Чтение онлайн

Несмотря на неказистый вид скал, холод и ветер, одиночество и высо?ты, от которых кружилась голова, эти земли казались отражением её отца – пугающим совершенством.

В самом сердце княжества располагалось место, которое особенно любила Га Юань. Это было озеро. Замёрзшее озеро, к берегам которого девушка неизменно возвращалась, чтобы заглянуть в него и посмотреть на собственное отражение. Вокруг расцветали узоры ледяных кристаллов, и замёрзший покров обволакивал своей безупречностью чёрные воды озера, в которых Га Юань не суждено было погрузиться. В прозрачных водах девушка могла разглядеть глубины озера, где проблесками показывались замёрзшие водоросли. Га Юань думала о матери. Матери, которую она никогда не знала и которая умерла, дав ей жизнь.

В самом сердце княжества располагалось место, которое особенно любила Га Юань.

«Совершенство княжества нарушает то, что у меня нет матери», – подумала она.

Девушка взмахнула мечом. Взвилась, высоко прыгнула и закружилась. Рассекла воздух, будто сражаясь с противником.

Больше всего Га Юань страшило, что со временем она тоже постигала совершенство. Отец научил её каллиграфии и познакомил с боевыми искусствами. Девушка писала хорошие стихи, считалась превосходной фехтовальщицей и великолепной наездницей. И кроме того, день от дня её красота расцветала всё ярче. Нельзя было не сдаться ей: со временем Га Юань заберёт трон отца, следуя пути, что он уготовил ей и которого ей желал. Все обожали княжну. И восхваляли её исключительные добродетели.

Её слава разошлась далеко за пределы княжества, и вот уже начали появляться женихи, готовые предложить золото в обмен на её сердце.

Отец Га Юань не поддавался. Он обещал дочери, что не станет навязывать ей мужа.

Когда придёт время, она сама выберет человека, с которым разделит жизнь.

Всё шло своим чередом, пока не вмешался император.

Императору отказать нельзя, а повелитель требовал многого. Он жаждал обладать всем, что было самым красивым, самым редким на свете. Его дворец напоминал музей, а удивительная коллекция ломилась от музыкальных инструментов, картин мастеров и древних вековых рукописей. Он собрал бессчётные шелка, роскошные ткани, фарфоровые изделия и драгоценности. Эти многочисленные сокровища не только не возвышали славу императора, но и свидетельствовали о его неумолимой жестокости. Большинство редкостей он отнял силой. Страхом. Император не знал пощады. Он уничтожал целые семьи за нежелание расставаться с самым ценным, что у них было.

Услышав о Га Юань, император расплылся в довольной улыбке. Скоро его коллекция пополнится. Он приказал своим слугам привести девушку, чтобы сделать её своей женой. Га Юань должна была заменить его нынешнюю жену. И как можно скорее.

– Приведите её ко мне до того, как зацветёт это сливовое дерево, – велел император.

И уселся ждать в тени сливы. У его ног во всю длину вытянулся лев. Лев с угрозой глядел на дерево: на его ветвях уже набухали сотни готовых распуститься почек.

Впервые в жизни отец Га Юань оказался перед жестоким выбором. Кто он в первую очередь – родитель или господин? Кого ему защищать прежде – свой народ или свою дочь? Если он позволит людям императора забрать своё дитя, то не лишится княжества, но нарушит слово, данное Га Юань. Если же останется верным обещанию, то сохранит дочь, но развяжет войну. Он знал, что его скромная армия не сумеет противостоять безупречно обученным войскам императора. Оба варианта ставили его мудрость под сомнение. Правильного решения не было. И выбора – тоже. Совершенный мир, в котором, как казалось князю, он жил так долго, разбился вдребезги. Соседние князья уже строили заговоры, готовые объединить силы, с ним или без него, в попытке свергнуть империю. Каждый из них мечтал стать лидером и занять место императора. Скоро должна была пролиться кровь…

Отец Га Юань продолжал тяготиться этим, и на сердце его было тяжко от мысли, что ему придётся участвовать в кровавой бойне, пока, наконец, дочь не нашла способ сохранить его совесть незапятнанной.

– Ты обещал, что я сама изберу свою судьбу, – напомнила девушка. – В таком случае, я решила по собственной воле выйти замуж за императора.

Га Юань собрала кое-что из вещей, попрощалась с обитателями замка и ушла с гордо поднятой головой. Её отец так и не сделал выбора. Народ уже сожалел об уходе княжны. Одни восхищались её самопожертвованием, другие представляли, как она изменит лицо мира. Га Юань ушла до рассвета. Она больше не была их княжной; теперь она стала императрицей чужого мира.

Путь через империю длился не дольше антракта в театре. В сопровождении своры всадников Га Юань проезжала пейзажи, которые так мало походили на пейзажи её детства, что казались ненастоящими. Нарисованные декорации. Бумажные леса. Долины, похожие на огромные фарфоровые коридоры, по которым текут гладкие реки. Через окошко паланкина Га Юань наблюдала за разворачивающимся театром света и тени и лихорадочно ощупывала свои немногочисленные пожитки. Девушка взяла с собой только самое необходимое. Меч и кисти. Что же она забыла?

– Ветер, – подумала она. – Я забыла взять с собой ветер.

Нефрит. Именно этого цвета были распускавшиеся почки сливы в мгновение, когда Га Юань вошла во дворец императора. Чтобы поприветствовать её, император облачился в парчовый халат с узором из орхидей. Лицо его было наполовину закрыто деревянной лакированной маской. Глаза императора под ней были тёмными, черты лица суровыми. Усы и рыжая борода оттеняли нижнюю часть лица.

– Добро пожаловать, – приветствовал он.

Однако его голос, острый, как кинжал, говорил совершенно об обратном. Га Юань поклонилась, а затем, услышав рёв, затаила дыхание. Её ноги обнюхивал лев.

– Не бойся, – рассмеялся император. – Этот зверь слушается меня, и его хорошо кормят. Он не собирается тебя есть.

Га Юань заставила себя улыбнуться, и настал черёд императора затаить дыхание. Никогда прежде ему не доводилось видеть такой обезоруживающей улыбки. И такой ослепительной. Не зная, что сказать, он дважды щёлкнул пальцами. При первом щелчке чудовище отступило. На втором три служанки вынесли подносы с яствами.

– Подкрепи силы, – наконец, немного заикаясь, произнёс император. – Когда ты будешь готова, я покажу тебе свои сокровища.

Га Юань ела неторопливо. Она пробовала всё, не придерживаясь какого-либо порядка. Сладкие пшённые лепёшки с запечённой перепёлкой, наваристый черепаховый суп, рисовые пирожки с начинкой из измельчённого имбиря. С каждым глотком она любовалась великолепием дворца. Вокруг неё тлели палочки сандалового дерева. Их сладкий дым плавно поднимался вдоль киноварных колонн, окутывая фрески до самого сводчатого потолка. Не было лишь ветра. Ни малейшего дуновения.

Император не снимал маску. Одной рукой он играл с рукоятью кинжала, а другой поглаживал львиную гриву. Несомненно, император считал себя уродливым или уязвимым. Он предпочитал носить деревянное лицо и держать рядом дикого зверя, чтобы утвердить своё всемогущество, внушить страх и убедиться, что никто не забыл: это он – император, глава всех княжеств, и его желания – приказ.

Покончив с едой, Га Юань посмотрела в глаза хозяину дворца. Вернее, в узкие прорези его маски.