Чтение онлайн

«Самобичевание? – подумал Сен. – Им стыдно за содеянное? А, нет… Это приемы самообороны без оружия».

– Хватит, – сдавленно сказал Лужж.

Изображение схлынуло, и появилась надпись: «Нет сигнала. Проверьте соединения или я уж и не знаю, что там у вас случилось».

Стало очень тихо.

4. В дело вмешивается МакКанарейкл

Первым очнулся Уинстон. Он поднял руку, чтобы потрепать несчастного Лужжа по плечу, но не решился и потрепал ректорского ленивца.

Вторым очнулся Гудвин. С радостным воплем, не раскрывая глаз, он бросился к заветной полочке, схватил обрывок бумаги и нацарапал: «Отрабатываем заднюю подножку…».

– Что это? – изумился прорицатель. – Причем тут подножка, да еще задняя? Это троллейбус? Что здесь было, пока я спал?

Ему никто не ответил.

Гудвин еще раз перечитал клочок, присовокупил его к остальным обрывкам видения грядущего и сказал:

– Если вы увидели что-то плохое, не падайте духом.

– Не падать духом? – тускло произнес Лужж. – А что же тогда? Отчаиваться? Убиваться? Завернуться в простыню и ползти на кладбище? Поставить на всем крест?

– Посмотреть другие варианты будущего, разумеется! Единственно возможного плохого не бывает, вы уж мне поверьте.

– А действительно, – приободрился Мордевольт. – Можно ведь скорректировать начальные данные и тогда все пойдет иначе…

Гудвин щелкнул пальцами:

– Девочка! Колыбельную!

Ведущий специалист не ошибся. Вариантов возможного плохого будущего оказалось великое множество. Изменения начальных данных, которые наперебой диктовали Мордевольту дети и Лужж, конечный результат не волновали. После разнообразных по силе и продолжительности потрясений популяция магов сжималась до начальных размеров с одним отличием – теперь ее окружали и атаковали обозленные мудлы.

Изменить будущее на что-нибудь приемлемое не удавалось ничем – ни сдачей Доброй Трубы в Департамент Безопасности, ни самыми изощренными системами охраны, учета и контроля, ни тайным наделением мудлов магическими свойствами без их ведома.

Мордевольт с непроницаемым лицом вбивал все новые и новые данные, Гудвин стонал и всхлипывал во сне, яркие картинки в медном тазу сменялись, как в рекламном ролике. Добрую Трубу похищали и переделывали в недобрую маги, обезмаженные, домовые, гоблины, тролли, друиды, иностранные магические разведки, мудловские ЦРУ, ФСБ и Microsoft. Один раз даже мелькнуло бородатое лицо беглого Бубльгума.

Апофеозом попыток осчастливить всех и не погубить то, что есть, стала Большая Труба. Это циклопическое сооружение наделяло магией все население Земли сразу. Затем за Большую Трубу начиналась Большая Драка между волшебной якудза и чудесной русской мафией. Завершалось все это очень быстрым доведением числа магов до одного.

После чего последний маг на земле, похожий на Шона Коннери и Кристофера Ламберта одновременно, падал со стремянки и ломал шею.

«Декабрь 2004 года, – сообщил магутор. – Количество магов на Земле – 0».

– Все, – произнес Сен, падая в кучку соломы. – Магии нет и не будет.

– Неужели нет даже крохотной возможности всего этого избежать? – спросила расстроенная Амели. – Ну хотя бы малюсенький шансик? Ну вот такой?

Магутор издал звук, похожий на смешок.

«Шансик избежать есть. Только я бы не сказал, что он маленький. Он сейчас будет здесь. Точнее она. Прикройте меня чем-нибудь».

– Я иду к тебе, милый! – сообщила мисс Сьюзан, проникая в лабораторию вместе с повисшим на ее ноге ментодером, ошметками какого-то защитного заклинания и фрагментом стены.

Порри запаниковал и прикрыл магутор собственным телом, но потом что-то сообразил и заменил тело куском кровельного железа.

– Ты дождался меня! – волоча спецназовца за собой, профессор МакКанарейкл рывками приближалась к профессору Мордевольту. Вокруг спасаемого мгновенно образовалось пустое пространство. Дождавшийся спасительницы Мордевольт быстро пятился влево-назад, вправо-назад, влево-назад… Пустое пространство не отставало, повторяя все его бесполезные маневры.

– Я освободила тебя! – и мисс Сью так стиснула Уинстона, что тот даже не смог прохрипеть что-нибудь вроде «Спасите…».

Ментодер, который продолжал пытаться помешать проникновению неопознанного объекта на охраняемый объект, наконец получил разумный приказ по рации, охотно разжал пальцы и резво покинул поле боя на четвереньках.

Утратив опору, мисс Сьюзан ахнула и упала в обморок. Несмотря на минимально возможную скорость падения (над самой землей она провисела секунд десять), Мордевольт на нетипичное поведение декана Орлодерра отреагировать не успел. Только минуту спустя он частично пришел в себя и наклонился над МакКанарейкл.

– Профессор! – сказал бывший Враг Волшебников. – Здесь не очень чисто, поднимитесь, пожалуйста! Возьмите меня за руку.

– Руку? – мисс Сью нашла в себе силы затрепетать ресницами. – Вы мне предлагаете руку? Это так неожиданно. Я должна подумать. Ну, что же ты стоишь, Уинстон? Отнеси меня на тахту, я видела в соседней комнате, на полу грязно. Бедный, тебя мучили в таком беспорядке! О, какой ты сильный! Ты знаешь, я подумала и решила, что согласна! Глупый, теперь ты должен меня поцеловать!

Профессор Мордевольт был очень дисциплинированным человеком и поцеловал профессора МакКанарейкл. Хотя чувствовал себя очень глупо.

3. Сен просчитывает варианты будущего

Когда мисс Сьюзан и Мордевольт уединились, чтобы обсудить приготовления к свадьбе[104], Гаттер поднял кусок железа, прикрывавший магутор.

«Ну вот вам и шанс, – высветилось в медном тазу. – Труба не будет усовершенствована, и все останется как было».

С бедным Лужжем случилось что-то вроде колдовской икоты: через равные промежутки времени он вздрагивал и выколдовывал очередного ленивца. Говорили они слаженным хором.

– Ну хотя бы обезмаженным! Усовершенствовать Трубу, вернуть магию обезмаженным и… – тут ректора перекосило… – и сломать ее! Хотя бы это возможно?

«Вероятность необратимого уничтожения Трубы после ее усовершенствования – 0,4%», – бесстрастно сообщил магутор.

Ленивцы один за другим сползали с плеч профессора и собирались у его ног в неторопливо шевелящуюся кучу. Они словно иллюстрировали тщетность всех попыток что-то изменить.

– Выходит, даже обезмаженным не получится помочь, – грустно сказала Амели. – А ведь им обещали, они ждут, надеются…