Чтение онлайн

Мешок, изрешечённый множеством попаданий, весь перемазан жёлтой слизью. Пуповина-щупальце более не висит - перебитая чьим-то метким выстрелом, она, словно хвост ящерицы, вертится по щебню, сбивая с ног неосторожно приблизившихся тварей. Её обрывок, пятная всё вокруг той же гадостью, дёргается из низа мешка, но все эти успехи ни о чём - новая волна накатывается на нас и мой молот снова в работе.

Удар!

Расколотый надвое тиранид валится на корпус, исчезая из виду под ногами спешащих занять его место собратьев.

Удар!

Отлетевшая в сторону тушка исчезает из виду и снизу раздаётся многоголосый визг принявших её на себя.

Удар!

Промахиваюсь и металл под ногами вздрагивает от моего промаха.

Удар!

Очередное создание валится с корпуса, сбитое моим попаданием. Слышу сзади вскрик, но оборачиваться некогда - клешни тянутся к моему горлу, и я бью мыском сапога, попадая в белые пластины, прикрывающие брюхо чужого. Они легко проламываются, и я прыгаю на одной ноге, пытаясь скинуть тушку с ноги. Длинное, блестящее металлом щупальце приходит на помощь - стрелой выскользнув из-за спины, оно бьёт дёргающего лапами тиранида и тот, соскользнув с сапога, исчезает из виду, сваливаясь с корпуса.

Визг, хруст и снова визг, только на сей раз отчаянный, как у пожираемого заживо существа.

Что? Ослаб контроль?

Удар!

Смотреть на Мозг некогда - очередной тиранид, лишившись неосторожно выставленной ноги, замирает. Упираясь клешнями в корпус корабля, он пытается купить себе секунды жизни и это ему удаётся. Второй удар, в последний момент я поворачиваю молот плашмя, подбрасывает его вверх и тушка, все долгие, подаренные ему мной секунды, крутится в воздухе, прежде чем рухнуть на крупный камень, раскалывающий его панцирь надвое.

Удар!

Сбоку рычит Торр и я, не обращая внимания на скребущие по нагруднику клыки, сбиваю сразу двух тиранид, висящих на его трубе.

– Отойди, - чуть подаюсь вперёд, прикрывая его от наседающих тварей.

– Нет!
– Труба, изрядно погнутая, взлетает над перемазанным своей и чужой кровью орком: - Я... Варбосса... Не оставлю!

Удар трубы и чужак, пришедший к нам не пойми откуда, лопается.

– Как скажешь, - поднимаю молот - он словно налит свинцом и роняю его на очередного тиранида. Роняю - сил просто нет. Я же не десантник. Это они привычные к такому...

– Ля...жем вместе!
– Хватая ртом воздух с трудом поднима. молот. Всё. Сил нет. Ещё два, ну три взмаха, и он выскочит из трясущихся рук.

– "Пофиг".
– Мной начинает овладевать апатия: - "Мы сделали что могли... Всё... Остальных пусть гвардия добивает..." - Мысли скачут короткими прыжками: - "Она же прибудет сюда? За техножрецом... Беглым... Вот..." - Отпихиваю молотом тиранида, поднявшегося почти вертикально, и он опрокидывается на спину, смешно суча лапами и клешнями в воздухе: - Вот гвардейцам весело... Будет... Шли за жрецом... А тут и он... И беглый инквизитор... И...

Что-то неуловимо меняется и клешни, поднятые в подобии примитивного блока, опускаются. Чужак неуверенно ими взмахивает, переворачивается на живот, но вместо того, чтобы наброситься на меня, пятится назад. Секунда, и он, словно увидев нечто более интересное, сигает вниз, откуда до нас доносится визг остальных и скрежет раздираемых на части панцирей.

Неужели?!

Отпихнув ногой ещё одного, бестолково тычущегося мне в ногу тиранида, поднимаю голову.

Да! Есть!

Кожистый мешок валяется на земле, придавив собой по по-прежнему дергающееся щупальце.

Успели!

Сажусь прямо на залитый слизью корпус и стаскиваю с головы шлем. Рядом, грохнув трубой, буквально валится Торр.

– А мы не легли... Варбосс, - шепчет он и мягко валится навзничь, теряя сознание.

– Аптечка?
– В руке подошедшего Тал-ка бледно зелёная коробка, но я отрицательно качаю головой:

– Орк. У них такая регенерация, что боги, и светлые, и тёмные от зависти сдохнут.

– Они же боги?
– Не понимая меня, он снимает шлем и покопавшись в поясных карманчиках достаёт макаронину: - Как они могут умереть?!

– Именно потому, что Боги. Сдохнут, воскреснут и снова сдохнут. И так - по кругу, до последнего орка. Шутка. Молодцы!
– Подняв руку, хлопаю его по плечу: - Вовремя вы его!

– Вовремя, - отломив кусок макаронины, Тал-ка протягивает его мне: - Возьми. Помянем парней. Как воины ушли.

– Кто?
– Не понимая его слов, оглядываюсь, но сзади никого, кроме техножреца: - Что? Погоди! Где Уй с Сидом?!

– Сорвались.
– Шас-вре немногословен: - Вниз. Оба. Когда тряхнуло.

Прикрываю глаза - их смерть на моей совести. В памяти всплывает дрожь корпуса после моего промаха и отчаянный крик раздираемого на части существа. Нет. Не существа - разумного, сорвавшегося с корпуса вниз.

– Хорошая смерть, командир. Не бери в голову, - он хрустит своим лакомством: - Как воины умерли. Чего ещё желать?

– Чего? Жизни! Они же молодыми совсем были! Тал-ка! Почему не уследил?!

– У нас другое отношение к смерти, - пожимает он плечами: - Они выполнили свой долг. Смерть в бою, защищая командира и товарищей почётна - их именами будут гордиться. Возьмите, - кусок макаронины перекочёвывает в мою ладонь, и я медленно хрущу дурью, наблюдая как расползаются по равнине остатки стада.

(КОНЕЦ СОХРАНЕННОГО УЧАСТКА 7 - Борт вольного торговца "Счастливая Кнопка")

(НАЧАЛО СОХРАНЕННОГО УЧАСТКА 8 - Борт мародёра, личного корабля техножреца)

Запись номер МХХР-24-ССВА-064

Внутренности корабля техножреца мало соответствовали моим представлением о комфорте. Да и не только моим - пространство единственного отсека, совмещённого с рубкой, единственного, способного вместить всех нас разом, было загромождено ящиками, в которых на разные голоса что-то попискивало, консолями с множеством перемигивавшихся лампочек и змеями кабелей, то толстыми лианами свешивавшихся с потолка, то кольцами, изгибавшимися на полу. Но увы, иного места, где наша четвёрка могла бы разместиться, здесь не было.

Более всех страдал Тал-ка. Ему, привыкшему к просторным и светлым коридорам и отсекам кораблей своей расы, проводить часы и складывавшиеся из них дни, в такой тесноте, было просто невыносимо. Если нанести дискомфорт на подобие шкалы, то следом за тау следовал орк.

Торру было просто тесно. Его крупная фигура с трудом, и, в большинстве случаев, только боком, могла перемещаться по кораблю. Он, надо отдать должное зеленокожему, не жаловался. Обилие механизмов, неизвестных и непонятных для нас систем, делало жизнь несостоявшегося ученика БигМека куда как более сносной, а согласие Виталия поделиться с ним знаниями, так и вовсе привело орка в состояние священного экстаза и теперь он неотрывно следовал за техножрецом, ловя каждое его слово и засыпая своего учителя вопросами.