Чтение онлайн

Долго ждать не приходится - появившаяся девушка держит в руках объёмистый пакет, из которого свешивается рукав светло коричневой кожаной куртки.

– Это - пилота. Ему всё одно больше не понадобится. Переоденешься, - бросает она пакет мне на колени: - Палачей у нас, знаешь ли не любят.

– Как и инквизиторов, у нас, - киваю ей, и мы дружно смеёмся, признавая пусть примерный, но всё же знак равенства между нашими, казалось бы, настолько противоречивыми, мирами.

Запись 89

Интерлюдия 3

Окажись здесь случайный наблюдатель, то всё, что он бы смог увидеть, так это вязкие волны бледно зелёного тумана, накатывавшиеся друг на друга в своей бесконечной схватке. Верх, низ, стороны - подобных понятий в этом уголке пространства просто не существовало, да и само понятие "пространство" можно было употреблять только взяв его в большие и жирные кавычки. Ни направлений, ни времени, ни ничего прочего, что могло дать разуму смертного зацепку, способную удержать его от распада в этом абсолютном "ничто и нигде". Но это касалось только смертных - Богам, силами которых и было создано это убежище, находиться здесь было вполне комфортно. Можно было сказать - комфортно вдвойне, так как здесь они пребывали одновременно и в состоянии предрождения, наслаждаясь потоками энергий, ласкавшими их суть, и могли не беспокоиться, что хоть кто-то, или что-то проникнет снаружи, угрожая им, лишённым здесь какой бы то ни было защиты.

Сейчас в этом месте находились два сгустка энергий. И если один ярко сверкал, постоянно, словно играя меняя цвет, то второй был едва различим на общем бледном фоне.

– Ты вызвал наше беспокойство, брат, - второй, едва заметный сгусток, чуть прибавил яркость: - Наши наблюдения открыли то скрытое, что ты пытался утаить от нас. И это - печалит.

– Утаить?
– яркий сгусток чуть притух, но тотчас вспыхнул с новой силой: - Вы ошиблись. Как могу я обманывать...

– Ты - можешь.
– Перебил его тусклый: - Но на сей раз ты сам себя перехитрил, Отец Лжи. Ты что - и вправду решил, что мы ничего не знаем о путешествии Эшшаха, совершённым им, ещё до нашего рождения?

– Я должен был сам всё проверить. Вдруг это всего лишь глупая легенда, рождённая свихнувшейся железкой, шатавшейся по галактике?

– И поэтому ты так подстроил, что те смертные оказались рядом с ним?
– Тусклый совсем растворился в окружающем его тумане: - И даже сделал так, что они его разбудили? Только не ври, рассказывая мне, как позабыл о том, что собраться Эшшаха начали пробуждаться. И о том не ври, что не знал о планах этого некрона.

– Знал, - сущность Тзинча притухла, словно Бог испытывал смущение: - Он хотел провести туда своих соотечественников, надеясь, что они, своей массой, притянут потерянные души. Поэтому я решил ускорить течение событий. Разве это наказуемо? Я действовал ради всех нас!

– Ради всех нас...
– Сущность второго Бога чуть потемнела, обрисовывая контуры на фоне тумана: - И ради всех нас ты уложил его в сон на своей территории? Не юли!
– Сгусток энергии налился чернотой и по его телу поползли, змеясь, багровые змеи: - Ты надеялся раскусить его! Один! Принимая разные образы выпытать адрес Окна, а после - отправиться туда! Одному!
– Разросшиеся змеи полностью оплели его тело, скрывая черноту и даже туман подался в стороны от налитого гневом Бога.

– Вы мне ничего не сделаете! Я один из вас!
– Тзинч, его сущность, налилась ослепительным белым светом, способным выжечь зрение любому, взглянувшему на бушевавшую в нём ярость.

– Не сделаем, - начал медленно темнеть его собеседник: - Но наших сил более чем хватит, чтобы удерживать тебя здесь.

– Вы не посмеете!
– Потускнела сущность, признавая их силы: - Без меня у вас ничего не получится! Стена Снов подчиняется только мне!

– И ты её откроешь. Когда придёт время - когда мы скажем.

– Открою, - совсем погас Тзинч, признавая превосходство сил трёх Богов: - Только вам это не поможет. Эшшаху нужен ключ. Тот, кого он пообещал провести к окну. Остальные так, - он слабо сверкнул: - Пешки. А ключ вам не найти, - его сияние принялось разгораться: - Не найти! Я хорошо его спрятал. В одном из своих миров. И да - я открою Стену. Открою. Вот только это вам не поможет! Некрон древнее нас, и он даже вам не подчинится. А ключ, - его сияние вновь стало ослепительным: - У меня! Сделка, братец? У меня Эшшах и инквизитор, у вас - желание попасть к Окну. Надо вам со мной договариваться.

– Ты его потерял, - вновь ставший едва различимым на фоне тумана сгусток, не обратил никакого внимания на торжествующую пульсацию брата: - Ключа у тебя больше нет. Он выскочил из твоего кармана.

– Это невозможно! Оттуда, куда я его запихнул, выхода нет!

– Выберешься из убежища - сам убедишься, - второй Бог принялся уменьшаться в размерах, завершая встречу: - Ты запутался в своей лжи, Путаник Смыслов и теперь у тебя ничего нет. Дам тебе совет, - сгусток чуть замер, прежде чем окончательно пропасть: - Не попадайся нашему любящему кровь брату - он очень зол на тебя.

Запись 90

Борт угнанного корабля. Продолжение.

Чернота снаружи исчезла так же внезапно, как и появилась. Вот только ещё секунду назад вокруг господствовала она, укутав рубку непроницаемым покрывалом, и раз - появившиеся на её теле острые огоньки начинают радостно сверкать, словно приветствуя нас, появившихся из ниоткуда.

– Быстро что-то, - с сожалением закупорив бутылку, в которой оставалось ещё с треть пойла, Джессика протянула руки к рычагам и ещё через несколько секунд из-под корабля выплыл диск планеты.

– Сейчас главное что?
– Повернувшись ко мне она весело подмигнула: - Главное шум переждать. А другого места, кроме как в этой дыре, я не знаю.

Молча кивнув, перевожу взгляд на "дыру".

Планета как планета. С белой шапкой ледников на макушке, с отливающими зеленью морями и материком, большая часть которого покрыта чуть красноватой растительностью. Речки, небольшие озерца - детали особо разобрать не успеваю - пикирующий к поверхности корабль окутывает яркий кокон плазмы, и я прикрываю глаза. Всё, кино окончено, теперь только ждать посадки и надеяться, что сажать корабль она умеет лучше, чем приземляться на ноги после прыжка. Впрочем, моё брюзжание безосновательно - понятно, что в тот раз она ломала комедию, прикидываясь подранком, но ничего с собой поделать не могу - сжавшись в кресле кручу в памяти молитву, прося Его даровать успешную посадку.

Короткий, мягкий толчок и голос Джессики, обращённый ко мне, полон насмешки:

– Эй? Уснул, любовничек?

– Молился.

Она фыркает, а я, открыв глаза, осматриваю пейзаж.

Первое, что бросается в глаза - деревья. Самые обычные - липы, или клёны - совсем как на Терре. Ну очень похожи, вот только листья краснотой отдают.

Хм. А может здесь осень, а это - действительно клёны? Тогда...

От занятия ксено-дендро-чего-то-там меня отвлекают всхлип пробки, покидающей горлышко бутылки.

– Будешь?
– Перехватив мой взгляд, Джессика встряхивает содержимое: - Хорошая штука! Рекомендую!

– Не, - трясу головой, испытывая известные позывы в нижней части живота: - Мне наоборот бы.

– Отлить?
– С сожалением ставя бутылку на пульт она подходит ко мне и, не дойдя пары шагов, бросает ключ от кандалов, одновременно вытаскивая пистолет: - Давай. Только без глупостей. Совсем не хочу после твой труп наружу вытаскивать, да рубку отмывать.

– Да понял я, понял, - расщёлкиваю замки и с наслаждением потягиваюсь.