Чтение онлайн

— Ты помнишь те сотни и сотни солдат, расположившихся на подходах к плато, которых мы видели, когда шли сюда? — спросила Сестра Улиция.

Кэлен снова кивнула.

— Так вот, если ты еще раз ослушаешься меня, тогда я переломаю тебе все кости и заставлю пережить агонию тысячи смертей, а потом исцелю тебя, но только лишь для того, чтобы продать тем солдатам в качестве казарменной шлюхи. И ты проведешь остаток своей жизни там, переходя из рук в руки, а всем будет наплевать на тебя.

Кэлен знала, что Сестра Улиция никогда не расточает пустые угрозы. Она была безжалостна. Кэлен, всхлипнув, отвела глаза, не в силах выдержать изучающий взгляд Сестры.

Сестра Улиция поймала подбородок Кэлен и снова повернула ее лицо к себе.

— Ты уверена, что поняла, какова будет цена, если ты подведешь меня еще раз?

Кэлен попыталась кивнуть.

Она почувствовала, что сила, которая пришпиливала ее к стене, ослабла. Она рухнула на колени, задыхаясь от обжигающей боли по всей левой стороне ее головы. Она не знала, сломаны ли какие-нибудь кости, но ей так казалось.

— Что здесь происходит. — Спросил солдат.

Сестра Улиция и Тови развернулись и улыбнулись мужчине. Он взглянул на Кэлен и нахмурился. Она с мольбой смотрела на него, надеясь на спасение от этих монстров. Мужчина поднял взгляд на Сестер, открыв рот, чтобы сказать что-то, но ничего не произошло. Он перевел глаза с улыающейся Сестры Улиции на Сестру Тови и улыбнулся сам.

— Все в порядке, дамы?

— О, да, — с легким смешком произнесла сестра Тови. — Мы просто собирались отдохнуть немного, посидеть на скамейке. Моя спина опять разболелась, и все. Мы говорили о том, как неприятно стареть.

— Действительно. — Он склонил голову. — Приятного дня, дамы.

Он ушел, даже не подозревая о существовании Кэлен. Даже если он и видел ее, то забыл прежде, чем смог сказать хоть что-то. Кэлен поняла, что точно таким же образом, она забыла о себе сама.

— Встать, — раздалось сверху.

Кэлен постаралась подняться на ноги. Сестра Улиция снова дернула Кэлен за мешок, распахнула клапан и вытащила наружу зловещую черную шкатулку, завернутую в шелковое белое платье Кэлен.

Она передала сверток Сестре Тови.

— Мы слишком долго тут находимся и начинаем привлекать излишнее внимание. Возьми это и иди.

— Но это мое! — закричала Кэлен, вцепившись в платье.

Сестра Улиция с силой оттолкнула ее так, что щелкнули зубы. Она растянулась на полу. Лежа на полу на боку Кэлен подтянула к себе ноги, схватившись за голову в мучительной агонии. Всюду по мрамору была размазана кровь. Ее затрясло от ужаса, что эта боль никогда не кончится.

— Ты хочешь, чтобы я ушла без тебя? — Спросила Сестра Тови, крепче оборачивая шкатулку в белую материю.

— Я думаю, так было бы лучше. Будет гораздо безопаснее, если шкатулка отправится в путь, пока эта жалкая сучка заберет остальные. Если это займет также много времени, как и в первый раз, я бы не хотела, чтобы мы обе торчали здесь, дожидаясь, когда кто-нибудь из солдат обратит на нас внимание. Нам не нужно стычка, нам нужно ускользнуть отсюда как можно незаметнее.

Сестра Тови согласилась.

— Мне следует подождать тебя где-нибудь? Или продолжать путь до конечного пункта назначения?

— Тебе лучше не останавливаться. Мы с сестрами Цецилией и Эрминией встретимся с тобой на пути туда, куда нам нужно.

Сестра Тови нависла над пошатывающейся Кэлен.

— Полагаю, у тебя будет несколько дней в запасе, чтобы подумать о том, что я сделаю с тобой, когда мы снова встретимся.

Кэлен смогла только выдавить.

— Да, Сестра.

— Счастливого пути, — сказала Сестра Улиция.

Когда Сестра Тови удалилась, унося с собой красивое платье Кэлен, Сестра Улиция схватила в кулак волосы Кэлен и притянула ее голову к себе. Пальцы Сестры впились в лицо Кэлен, вынуждая ее вскрикнуть от боли.

— У тебя переломаны кости, — произнесла, изучив ее повреждения. — Закончи свое задание, и я тебя исцелю. Потерпи неудачу и это будет лишь началом. У нас с Сестрами есть еще много других дел, которые нужно завершить, чтобы достичь цели. Как и у тебя. Если ты выполнишь свое задание, ты будешь исцелена. Мы бы хотели, чтобы ты была здорова, дабы могла исполнять свои обязанности. — Сестра Улиция снисходительно похлопала её по щеке, — но мне не удастся перейти к другим делам, пока ты не закончишь этого. А теперь поторопись, и принеси мне остальные две шкатулки.

У нее, конечно же, не было выбора. Испытав столько мучений, она знала, что если не сделает этого, будет еще хуже. Сестра Улиция всегда показывала ей, что намного больше боли лишь ожидает ее. А еще Кэлен знала, что от Сестер нет спасения.

Она мечтала о возможности забыть боль, точно также как она забыла всю свою жизнь. Казалось, из всей жизни под сводами ее памяти осталось только самое жуткое.

Задержав дыхание и, стараясь не замечать пульсирующую боль, она подтянула мешок к себе, закинула его на спину и, просунув руку под лямки, поднялась.

— Тебе лучше сделать, как я говорю и принести их обе, — нахмурилась Сестра Улиция.

Кэлен кивнула и пошла по широкому коридору. Никто не замечал ее. Будто она невидимка. Несколько людей смотрели на нее пару мгновений, прежде чем забыть, даже, что заметили ее.

Кэлен схватила бронзовый череп обеими руками и потянула на себя одну из змеиных дверей. Она быстро шла по шикарным мягким коврам, скользя мимо стоящих стражей, прежде чем они могли поразиться тому, что видят.

Она понеслась вверх по лестнице, игнорируя солдат, патрулирующих зал. Некоторые из них коротко взглядывали на нее, словно стараясь сохранить память о ней, прежде чем потерять всякий интерес и вернуться к своим занятиям. Кэлен чувствовала себя привидением среди живых. Рядом, но ее нет.

Она с трудом приоткрыла одну из золоченых дверей настолько, чтобы только проскользнуть внутрь сада. Парализующая боль мешала ей двигаться достаточно быстро. Она только хотела побыстрее вернуться назад к Сестрам, чтобы они исцелили ее. Как и раньше, в саду было тихо, словно в святилище. Но у нее не было времени любоваться цветами и деревьями. Она остановилась на траве, неотрывно глядя на две черные шкатулки, стоящие на каменной подставке, словно парализованная их видом и тем, что должна совершить.

Она медленно преодолела оставшееся расстояние, даже не желая приближаться туда, не желая делать то, что должна. Но мучительная сверлящая боль в голове заставляла ее двигаться.

Остановившись перед алтарем, она стянула мешок с плеча и положила его рядом со шкатулками. Вытерла нос тыльной стороной ладони. Осторожно дотронулась до лица, боясь повредить его еще сильнее, и одновременно желая облегчить пульсирующую боль. Цепляясь за ускользающее сознание, она почувствовала под пальцами что-то острое. Кэлен не знала, был ли это обломок прута Сестры Улиции или сломанная кость. Ей стало дурно и едва не стошнило.