Девятый. Книга четвертая
Шрифт:
Челнок немного пролетел по ангару Немезиды и приземлился на пол. Ангар на Немезиде ничем не отличался от ангаров на других объектов Древних. Поэтому не особо рассматривая все вокруг Девятый в сопровождении остальных пошел к дверям, ведущим из ангара, он уже подключился к искину Немезиды и знал куда ему нужно было идти. Искин оказался довольно общительным и ничего не скрывал от Девятого, как и Девятый ничего не скрывал от искина и сразу сообщил цель своего визита. Искин успел сообщить Девятому что последний раз тут были Древние несколько тысячелетий назад, после них тут больше никого не было и искин был удивлен неожиданным посетителям. Так искин сказал, что станция Немезида, которой он управлял находиться в отличном состоянии и что ближайших двадцать тысяч лет она продержится насамообеспечении. Так общаясь с искином они и добрались до центра управления.
Центр управления был просто огромным, вокруг было множество мониторов и все они работали. Не было ни одного устройства, которое бы не работало, одаренные и инсектоиды начали разбредаться по центру управлению. Возле Девятого остались только Камилла и четыре одаренных держащих в руках Архив. Девятый уже собирался идти искать место, когда к нему подошел Александр.
— Девятый ты что сейчас будешь делать, а то мы сюда добрались, а ты нам так ничего и не рассказал? — любезно спросил одаренный.
— Да в принципе ничего интересного, сейчас найдем место для Архива, и кое-что изменим в программном коде Немезиды.
— И для чего это нужно? — нахмурил брови Александр.
— Да все просто устраним багги оставленные Древними и у инсектоидов прекратятся Исходы.
— А не проще выключить здесь все и тогда точно не будет никаких угроз, — простодушно сказал одаренный.
— Нельзя, тогда к нам могут заявиться кое кто похуже инсектоидов и не хотелось бы даже знать, что будет тогда.
— Тогда может оставим все как есть, тем более определенный баланс в галактике уже есть и любые изменения чреваты.
— Любые изменения всегда нарушают баланс, но эти изменения могут привести и к лучшему, — сказал Девятый, а у самого начала нарастать чувство тревоги и причину ей он не мог найти.
— Молодец, правильно думаешь. Пойду пока помогу парням.
Александр пошел к остальным одаренным, а Девятый наконец-то узнав куда нужно устанавливать Архив повел с собой инсектоидов, Камилла продолжала идти рядом с ним и по ее лицу он видел, что та была напряжена. Девятый хотел с ней поговорить, но в этот момент инсектоиды поставили Архив на постамент и ему стал не до того. Девятый увлекся подключением Архива и не замечал, что происходит вокруг. И тут он почувствовал опасность и оторвав внимания от Архива повернулся.
И увидел то чего совершенно не ожидал. Камилла стреляла из автоматического пистолета-пулемета прикрываясь неизвестно откуда взявшимся энергетическим щитом. В это же время к ним приближалось два десятка дареных и стреляли в щит Камиллы, стоящих недалеко инсектоидов и самого Девятого, которого и прикрывала Камилла. В руках, одаренных было какое-то оружие каким они не стесняясь пользовались, так же они использовали и способности. Меньше чем через секунду четыре инсектоида лежали на полу, а между одарёнными и Девятым была только Камилла.
Девятый еще только собирался что-нибудь предпринять, когда вперед вышел Александр и создав молнию толщиной с руку направил ее в Девятого. Девятый катастрофически не успевал и понимал, что сейчас молния попадёт прям в него и… и тут прямо перед ним стала Камилла, продолжавшаяся прикрываться щитом. Молния попала в щит и тот сразу же исчез, а затем молния нашла следующее препятствие. Камилла могла попытаться уйти в сторону, но она осталась стоять на месте, и молния попала ей в грудь, разрывая её. Дыра в груди была просто огромной у Камиллы подкосились ноги, и она сломанной куклой начала падать на пол.
Все вокруг Девятого остановилось, он еще не до конца понял, что только что произошло, но он видел, что только что ценой своей жизни Камилла спасла ему жизнь. Сердца замерло и было такое чувство что оно только что остановилось, такая боль накатила на него что ему захотелось чтобы эту боль разделили и все остальные. Глаза у Девятого полностью почернели, его разум заволокло пеленой, и он решил утонуть в ней полностью. Он решил стать тем, про кого читал в пророчестве…