Чтение онлайн

Какой же завистью завидовала подруге Вика? Серой. Да, ни черной и ни белой, а чем-то средним между ними, серой. Потому что как бы ей ни было завидно, она ни в коем случае не желала Васе зла. Боже упаси! Она отродясь никому не желала зла, таким уж она была человеком. Наоборот, она была невероятно рада, и когда Леша сделал Василине предложение, и когда они подали заявление в ЗАГС, и сейчас, когда она едва не танцевала с этим манекеном, тоже была очень за нее рада.

Но и белой эту зависть, как бы ей не хотелось, она назвать не могла. Почему? Хотелось ей добиться того же? Оказаться на Васином месте, окунуться с головой в эти хлопоты, примерить на себя платье и статус невесты? Хотелось, конечно. А кому ж не хочется? А вот толкало ли ее счастье подруги на поиски собственного счастья? Могла ли она добиться того же? Увы, но нет... так, по крайней мере, считала она. И рада бы была она поверить в чудо, в сказку про Золушку, в то что “не надо печалиться, вся жизнь впереди” и в то что “солнце всем на планете одинаково светит, и принцессе и простой проводнице”. Да вот только, хоть ей и не было еще “немного за тридцать” (и слава Богу!), “пасмурно над нашей столицей”.

Принцев да рыцарей на горизонте видно не было, единственный парень, с которым у нее были серьезные отношения, бесстыдно лицемерил и подло использовал ее, а брат одноклассницы Симы Валера, которому она вроде как нравилась когда-то, остался в далеком детстве в далеком Североморске, да и хоть он был хорошим, он всегда был для нее только другом. Она даже его не видела с той поры как уехала с бабушкой в Питер, да и с Симой она не общалась сто лет, о том, как дела у Валеры, не знала и не интересовалась. Может быть и зря... Сейчас наверное он женат и нянчит детей, хорошо зарабатывает и счастливо живет... А она живет с младшей сестренкой и личной жизни не имеет. Вообще никакой. И никому она кроме самых близких не нужна. А самые близкие это сестра и подруги. Суждено ли когда-то этому кончится? Она не знала. И как бы не хотелось ей этого, но в “хэппи энд” своей судьбы она не верила...

Если Вика и думала, что Василина в порыве своего счастья будет ничего не видеть вокруг, то очень и очень ошибалась, потому что Вася уже так минуту молчала и внимательно всматривалась в печальную и погруженную в такие же печальные мысли подругу.

– Эй, Викусь, – позвала она наконец Куликовскую, – зря ты себя этими мыслями истязаешь.

– Ты о чем, Вась? – начала та отпираться, опомнившись.

– Ой, вот только за дуру меня держать и думать что я ничего не вижу не надо, – поморщилась и махнула рукой Василинка. – Ты думаешь о том, что на своей личной жизни можно давно ставить крест. Ну ведь я права, так? В глаза мне посмотри.

Вика посмотрела ей в глаза и вынуждена была опустить взгляд и вздохнуть, что означало провал ее попытки уйти от разговора.

– Ну а что, разве это не правда? – тихо и с горечью проговорила она, чувствуя как к горлу подкатывает пресловутый ком.

– Неа, ни-фи-га не правда, – покачала головой с сердечной улыбка Василина, глядя на Вику как на маленькую еще несмышленую девочку, говорящую всякие глупости, чисто по своему еще детскому неразумию.

– Мне двадцать четыре года, Вась... – начала было Вика.

– И что? – спокойно ответила Василина, наклонив свою рыжую голову набок. – А мне уже скоро двадцать шесть. Как видишь нашла своего принца и вот замуж выхожу.

– Ну это ты, Вась, ты красивая, веселая, а я...

– А что ты? – продолжала смотреть на Вику не мигая Василина и так по-простецки спросила. – Вот скажи мне, что ты? Чем ты хуже меня да и всех остальных?

Вика не знала и не могла ответить – изо всех последних сил держала слезы, готовые вот-вот политься из-за больной темы. Василина видимо это поняла – она вообще была в довесок ко всем своим качествам очень чуткая и чувствительная к чужим горестям – подошла к Вике, мягко взяла ее за руку и подвела к столику с большим зеркалом возле окна.

– Скажи, кого ты видишь здесь в зеркале рядом со мной? – спросила Вася, вглядываясь в их с Викой отражения.

– Эм, – чуть замялась Вика и наконец, чуть подумав, выдавила из себя, – себя. Просто себя. Самую обыкновенную и ничем не примечательную.

– Исчерпывающий ответ, – вздохнула Вася и тут же улыбнулась своей очаровательной улыбкой. – А вот я вижу рядом со мной очень милую и хорошенькую, редкой доброты хозяйственную с золотым умом девушку с шикарными карими глазами, которые пленят любого!

– Что-то, как видишь, пока они никого не пленили особо, – усмехнулась Вика, настроение которой несколько улучшилось.

– Ну все правильно! – не растерялась Вася, лихо обняв Вику за плечи и выдала хитрую лисью улыбку. – Любой нам не нужен! Нам нужен только самый прекрасный, всем хороший... А впрочем, главное чтоб он был таким прежде всего для тебя. Так что в плен эти глаза возьмут лишь того в кого они будут по-настоящему влюблены, раз и на всю жизнь!

– По-настоящему говоришь? – эхом повторила Вика, все всматриваясь в свое отражение в зеркале.

– Конечно же по-настоящему! – подтвердила Вася.

– А это как? – задала такой банальный вопрос Куликовская.

– Это... это... – чуть замялась Вася, подбирая слова, – это как что-то особое, чего никогда не было раньше, такое родное и теплое, когда ты целиком и полностью доверяешь и ничего не боишься.

– С Леней было точь-в-точь так как ты и говорила, – горько усмехнулась Вика, – и то чего никогда не было, и родное и теплое, и доверие. И ты помнишь чем это все в итоге закончилось и как мои якобы влюбленные глаза его пленили.

– Я тебя понимаю, Вик, – вздохнула Василина, – на твоем месте я бы думала точно так же и считала все эти рассуждения о настоящей любви романтичным утопическим бредом. Но поверь, я все это говорю не для того чтоб отвлечь тебя от всех этих мыслей, вернее не только ради этого. Я это говорю прежде всего потому что это правда. Можно конечно возразить на это такой же правдой, что правда у каждого своя. Но, Викуль, есть такие истины которые верны и правдивы без исключения для всех, в нашем случае для всех у кого хоть немного но есть сердце. Не в смысле мышечный жизненеобходимый орган, а в смысле человеческая способность любить и сопереживать, быть живым человеком одним словом. Прости за всю эту тавтологию, ты же знаешь, я не больно сильна в красноречии, поэтому сказала как уж сумела но как есть. И ты из нас далеко не самая глупая, главный смысл должна понять. Да, встретился тебе вот такой подлец, такое могло произойти с каждой и произошло это с тобой, как не нелепо, из-за того что ты была самой лучшей в своем деле. Но это не значит что все вокруг такие!

– Да я и не думаю совсем что вокруг все такие, – возразила Куликовская. – Просто....

– Просто ты еще не встретила того, кого бы ты полюбила взаимно и счастливо, – завершила за нее Василина.

Вика уже готова была возразить или даже взорваться но.. сдалась, ибо все ее существо внутри говорило о том, что подруга права. Она действительно еще такого не встретила. А встретит ли?

– Но обязательно встретишь, и очень скоро, – улыбнулась и вновь приобняла Вику за плечи Вася, словно прочитав Викины мысли, что впрочем было не трудно. – Я вот чувствую, что это уже близко!

– Правда? – спросила с печальной улыбкой Виктория.

– Ну конечно правда! Ты же знаешь, моя интуиция еще никого не подводила! – рассмеялась Вася.

– Спасибо тебе, Вась! Ты такая хорошая! – смахнула украдкой слезинку и крепко обняла подругу Вика.

– Ой да лаадно тебе, – сердечно рассмеялась Василина и взаимно крепко обняла Куликовскую. – На то я и подруга. Как и мы все! И я, и Поля, и Яна, и Тома и все-все-все! – чуть погодя она вздохнула и выпустила Вику из объятий. – Ладно, уберу-ка я пока до прихода девчонок платье обратно.