Чтение онлайн

– А мы тут знакомились. Нептун, это мой спутник, альд Лаэрт. Лаэрт, познакомься, это хозяин реки Нептун, - представила она мужчин друг другу как можно более дружелюбно.

Лаэрт ничего не сказал, продолжая сверлить водяного взглядом, ну это Эва так решила, так как мимику стоящего за спиной мужчины не видела, только чувствовала напряжение рук, продолжавших сжимать ее плечи.

– Хорошая ведьмочка, умная и сильная, - первым отозвался Нептун и добавил неожиданное: - Твоя?

– Моя!

– Береги ее! Эва, заглядывай в гости, если будешь еще проездом в наших краях!

И водяной скрылся в воде, только мощный хвост плеснул.

– Это что за сцена была?

– Тебе еще учиться и учиться, - вздохнул Лаэрт, - ты разве не знаешь, что водяные и русалки путников одурманивают и под воду утаскивают? Они показываются в самом желанном для человека виде и тот не может сопротивляться колдовскому обаянию, идет в воду с радостью, как привязанный.

– Ну я бы не сказала, что рыбоглазый водяной — герой моих фантазий, - хихикнула Эва.

– Значит, без морока показался, в истинном виде, - задумчиво протянул альд, - Признал значит, это хорошо, сильная ведьма мне досталась, - и он чмокнул девушку в макушку, не выпуская из рук.

Эва вывернулась и негодующе выпалила:

– Вообще-то я своя собственная.

– Это пока, - ухмыльнулся упертый тип, подхватывая левитацией рыбин, параллельно произнося какую-то формулу и делая пас рукой в сторону Эвиной одежды, очищая ее, и невозмутимо отправился к лагерю.

А девушка подхватила уже сухую одежду, прижала к груди подаренные сокровища и побежала следом.

Прода 29.11

Точно, у нее же еще ужин не съеденный и сон неспанный!

У костра ее ждал молчаливый и задумчивый альд. Эва подошла к мужчине и наигранно жизнерадостно поинтересовалась:

– Так, а кормить меня сегодня будут? Проголодалась, устала, так есть хочется, что переночевать негде, вспомнила она старую шутку своего мира.

Мужчина так же молча снял с камня у костра разогретую рыбу и передал Эве.

Сам продолжил сидеть, сверля глазами девушку.

– Под таким недобрым взглядом мне кусок в горло не полезет, - буркнула Эва, растеряв свою жизнерадостность, - Что тебя гложет, старче?

– Да вот думаю, за что мне Богиня такок подарок преподнесла.

– Может, не подарок, а урок? — глубокомысленно изрекла Эва, подсаживаясь поближе к мужчине и развязывая мешочек с солью: - Вот посоли рыбку, ешь и добрей. Иногда жизнь проще, чем кажется. А в вещах, словах или событиях нет двойного смысла.

Альд задумчиво посмотрел на нее и кивнул, принимая соль и сдабривая свой пресный кусок ужина.

– Вот еще бы хлеба или лепешку, было бы вообще прекрасно, - заявила девушка, допивая воду из фляги. Она была сыта, в тепле и относительной безопасности, и настроение неумолимо ползло вверх, подталкивая ее на разговоры и какие-нибудь мелкие безумства, о которых она потом пожалеет… или нет.

– Завтра к обеду дойдем до деревни, будет тебе хлеб, горячий суп, может, даже постель мягкая и банька, - хмыкнул альд. Вот кто после сытного ужина никак не подобрел.

– Так не расскажешь, в чем твоя печаль?

– Нет, вряд ли ты чем поможешь.

– А как же утверждение, что надо выговориться и полегчает?

– Не тот случай.

– Но у тебя все нормально, ничего не болит, не беспокоит?

– Нет, как у Вас говорят, душа у меня болит.

– Ну чужая душа- потемки, - выдала Эва избитую фразу и отстала от притихшего спутника.

Она развязала второй мешочек с сокровищами, и высыпала жемчужины на ладонь. Бусины сияли и переливались в неровном свете костра. Одна, особенно крупная, привлекла ее внимание, руки зудели покатать ее в ладонях и рассмотреть внимательнее, не отвлекаясь на ее сестер. Эва ссыпала оставшиеся кругляши в мешочек, накрепко завязав его, и оставила себе одну, самую красивую, на ее взгляд. Она катала ее на ладони, вглядывалась в таинственно мерцающую глубину, и казалось ей, что еще чуть-чуть, и она поймет что-то очень важное.

Из транса ее вывел громкий выкрик и резкий рывок за плечо. Эва перевела взгляд на альда, не сразу понимая, что происходит, с трудом выныривая из зыбкого марева какого-то вязкого забытья. Она посмотрела на бусину в своих руках, которая теперь мерцала ярче и была еще привлекательнее, посмотрела на практически догоревший костер, потом на взбудораженного мужчину.

– Учиться тебе надо, нельзя так бездумно силу вбухивать. Завтра весь день будешь слабость чувствовать.

– Я не вбухивала, я рассматривала и размышляла.

– И о чем?

– Не помню, про дорогу, про чудеса мира, дорогу нашу, такую длинную, но такую нужную для чего-то.

Лаэрт странно посмотрел на нее:

– Теперь это накопитель с твоей силой, подучишься, и сможешь еще заклятия наложить, будет мощный амулет, бытовой или боевой.

– А как накопителя, от него можно подпитываться?

– Можно.

– Тогда, может, себе оставишь, вдруг пригодится?

– Не уж-то даришь подарок, ведьмочка?

– А почему бы и нет?

– Спасибо, -альд бережно и с удовольствием забрал у нее из рук жемчужину, пошептал над ней и пристроил к ленте, перехватывающей кончик косы. Лента плотно оплела бусину, почти скрывая от посторонних глаз.

Эва наблюдала за очередным волшебством, она никогда не перестанет удивляться этому миру!

– А теперь спать! — Лаэрт подкинул в костер еще бодро затрещавших веток. Затем обошел вокруг лагеря, старя чуть мерцающий полог. И финально увлек Эву в на очередной созданный волшебством матрас, невидимый, но вполне функциональный. Девушка не сопротивлялась, она чувствовала странную усталость, а забота альда и его надежное крепкое тело под боком придавали ей спокойствия и расслабляли. С такими мыслями Эва уплыла в сон, ничуть не сопротивляясь, когда чужие руки собственнически подгребли ее поближе, прижимая к сильному телу, а горячие губы прошептали в макушку:

– Спи, любимая вредная ведьмочка.

Вот это ей, наверняка, показалось.

Прода 03.12.

Утро было добрым, Эва открыла глаза и обнаружила, что уютно устроилась к крепких объятиях альда. Она не позволила себе наслаждаться моментом, ведь, наверняка, уже проснулся и почувствовал, что она не спит.

– Доброе утро, ведьмочка, - Эва получила нежный поцелуй в макушку, - пора вставать и в путь.

– Доброе, - не стала возмущаться, что ее так бессовестно тискают, выбралась из их импровизированной постели и отправилась умываться. Когда она вернулась, Лаэрт, что-то мурлыкая, разогревал остатки их вчерашнего ужина на весело потрескивающем костре.