Чтение онлайн

Таким образом, не следует думать, что Кэнсё – это высшее и окончательное Просветление, которого достиг Гаутама Сиддхартха, это лишь первый полноценный шаг к нему. Дословно с японского языка Кэнсё переводится, как «видение своей [истинной] природы». Именно «видение», а не её реализация. То есть Кэнсё – это первая и малая часть Просветления, ведь у нас, если делить по-крупному, есть три сознания: поверхностное сознание, подсознание и сверхподсознание, в каждом из которых есть множество более мелких частей – сознание многослойно. Пережив этот опыт, я думаю, что Кэнсё – это остановка поверхностного сознания, его возвращение в изначальное состояние Спокойствия и Созерцания. А далее, аналогично, продолжая практику, человек переходит к остальным, более глубоким слоям сознания, возвращая их в первоначальное состояние. Когда все уровни сознания полностью остановлены, достигается Нирвана. Само Просветление на любом уровне (слое) сознания – это одно и то же переживание, один и тот же опыт. Конечно, существует разница в глубине этого опыта, однако это не глубина познания чего-либо, как обычно считается. Глубина, о которой идёт речь – это расширение этого состояния прекращения, его перенос в более глубокие слои сознания, но суть этого опыта одинакова. И первым реальным шагом на этом пути к Просветлению является Кэнсё. Мастер Хакуин говорил так: «Всякий, кто назовёт себя членом семьи Дзэн, должен прежде всего достичь Кэнсё, которое есть воплощение Пути Будды. Жестоко мошенничает тот, кто называет себя последователем Дзэн, но при этом не достиг Кэнсё».

Как мне описать этот опыт? В наши дни в кино часто используют такой эффект: показывают, например, огромный стадион или другое многолюдное и шумное место. Вдруг, в какой-то особенный момент, чтобы подчеркнуть важность или необычность происходящего, шум резко прекращается, наступает почти полная тишина, замедляется скорость видеоряда и герой словно остаётся один, хотя рядом может находиться много людей и что-то происходить. Этот эффект подчёркивает внезапный переход, разграничивающий два важных момента: «до» и «после». Хочу отметить, что это состояние пришло не резко: внезапно – да, но – не резко. Иногда говорится, что Просветление – это как удар молнии. Возможно, это просто красивая аллегория, но в моём представлении удар молнии – это что-то резкое, грубое и тревожное. Лучше всего Кэнсё можно сравнить с тем, как солнце выходит из-за облака – быстро, но при этом естественно, спокойно, а не резко.

Наверное, словосочетание «остановка сознания» или «прекращение мышления» пугает или, как минимум, смущает современного человека. Бывает, что у людей это ассоциируется с психическими расстройствами, а не с изначальным состоянием сознания. Я считаю своим долгом развеять эти заблуждения.

Прежде всего, это состояние совершенно отлично от состояния, например, опьянения или состояния, когда теряешь сознание, вследствие удара по голове, или иных причин. Все состояния сознания, вызванные любыми внешними воздействиями – наркотиками, алкоголем или чем бы то ни было ещё – грубые, «мутные», но, самое главное, все они – неконтролируемые, по сравнению с этим естественным, необусловленным состоянием Спокойствия и Созерцания. Это очень ясное, живое состояние, но при этом действительно полностью отсутствуют любые мысли. Это не транс, не прострация, или, проще говоря, «отключка», вызванная внешним или внутренним воздействием, когда не понимаешь, что происходит. Остановка сознания – это не прекращение восприятия как такового, но прекращение двойственного мышления, рождающего все наши иллюзии и заблуждения. Другими словами, процесс – движение сознания – отождествление – различение – желание – останавливается в момент возвращения нашего сознания в это изначальное состояние. Изначальное просветлённое состояние – это не подмена некой «негативной» работы сознания на некую «позитивную», а полная остановка сознания, ничем необусловленное состояние Спокойствия и Созерцания. Это не стремление к каким-то «правильным» объектам, а видение пустоты всех объектов и отсутствие движения сознания в их сторону, поэтому – единство с ними и свобода от них. Это не различение объектов на основе какой-то особенной «космической информации, доступной только просветлённому», а полная остановка двойственного мышления, или различения.

Поэтому Кэнсё нельзя «вызвать» усилием воли, невозможно искусственно «заставить» сознание остановиться, за исключением тех случаев, когда горе-практикующие прибегают к использованию каких-либо «веществ» – об этом я уже сказал: ничего общего с Кэнсё вызванное состояние не имеет.

Кэнсё – это не подавление эмоций, желаний или мыслей волевым усилием, что очень похоже на следующий пример. Допустим, есть кастрюля с кипящей водой. Закипев, вода бурлит и «пытается убежать». И вот кто-то, видимо не знающий законов физики, пытается «удержать» кипящую воду в кастрюле. Для этого он накрывает кастрюлю крышкой. Понятно, что он ничего не добьётся: пар просто вытолкнет крышку и кипящая вода всё равно вырвется наружу. То же самое и с сознанием: его невозможно «затормозить» или удержать искусственно. Даже если на мгновение показалось, что за счёт чего-то удалось остановить поток мысли, это не будет Кэнсё. Снимите кастрюлю с огня, вода остынет и успокоится, вернувшись в своё изначальное состояние, при котором поверхность станет совершенно гладкой, и вода сможет отражать любой объект без искажений.

Таким образом, у нас не должно возникать ошибочных представлений, что Кэнсё – это «не думать о чём-либо». «Думать» и «не думать», равно как и «хотеть» и «не хотеть» это одно и то же, а именно – двойственная работа нашего сознания. Если попытаться объяснить переживание Кэнсё с позиции этой двойственности (что, разумеется, заранее обречено на провал), то Кэнсё, или, шире, Просветление, на любом уровне – это не думать и не не думать. Почему это так?

В двойственном мышлении «думать/не думать» можно выделить три аспекта.

Во-первых, это поток мыслей и образов, возникающий ежемоментно в нашем сознании. Например, мы вспоминаем о чём-либо или предвкушаем то, что должно произойти. Из-за действия прошлого опыта нам кажется, что эти мысли, образы, воспоминания или мечты приятны или неприятны нам.

Во-вторых, если у нас развита сила воли, а значит и концентрация, мы можем до некоторой степени контролировать этот поток. Например, мы можем попытаться беспристрастно анализировать всплывающие в сознании желания и представления, за счёт концентрации «отлепляя» от них своё сознание.

В-третьих, когда мысли, воспоминания или ожидание будущего окончательно одолели и измучили нас, мы пытаемся прекратить думать о том, что неприятно или надоело нам. Однако в этом случае мы пытаемся убежать от собственной тени: чем быстрее бежишь, тем быстрее она преследует. Другими словами, чем сильнее мы пытаемся не думать, тем сильнее и мучительнее для нас становится работа нашего сознания.

Однако, когда мы переживаем совершенную остановку сознания, объект, о котором мы думали, например, информация о произошедшем в прошлом событии или о событии, которое должно произойти в будущем, остаётся, но поскольку сознание остановлено, мы действительно не думаем и не не думаем об этом объекте. Вследствие чего объект не рассматривается «хорошим» или «плохим» и совершенно не оказывает на нас влияния. В результате мы (то есть Атман) становимся едины с любым объектом, а значит свободны от влияния любого объекта. Состояние единства с объектом возникает потому, что наше сознание остановлено – оно не движется в сторону воспринимаемого объекта. Другими словами, у нас не возникает никакой работы сознания по отношению к воспринимаемому объекту.

Допустим, некий человек говорит вам ужасные вещи, оскорбляет и угрожает вам. В вас может закипеть ярость, может возникнуть страх, может появится и то и другое. В любом случае вы будете страдать. Однако, если в процессе диалога между вами и этим человеком вы абсолютно не будете понимать смысл произносимых им слов или, если мы говорим о ещё более высоком уровне, не будете осознавать даже самих произнесённых им звуков, то вы освободитесь от всех страданий, которые причиняет вам этот человек12. Но, как только вы начнёте осознавать голос объекта, то есть «думать/не думать», тут же заработают 12 Стадий Обусловленного Возникновения: движение сознания – отождествление – различение – желание/нежелание – страдание. Таким образом, переживание изначального состояния Спокойствия и Созерцания – это полное освобождение от процесса познания объекта, формирование абсолютно неподвижного сознания, которое не приходит в движение при появлении внешних или внутренних объектов. Это Состояние Отсутствия Собственности и Состояние Отсутствия Восприятия и Невосприятия, о которых я рассказывал в томе I, главе 3. В момент Кэнсё мы переживаем эти Состояния на уровне поверхностного сознания. Далее мы повторяем этот опыт в медитации, на уровне подсознания и сверхподсознания. Высший уровень сверхподсознания – это Состояние Отсутствия Восприятия и Невосприятия, превзойдя которое, мы переживаем опыт Нирваны. Однако всё начинается с первого Просветления, Кэнсё – остановки поверхностного сознания, или переживания изначального состояния Спокойствия и Созерцания в Мире Явлений на уровне поверхностного сознания.

Нередко приходится слышать о том, что Просветление – это некое «особое состояние» и, соответственно, «восприятие объектов». Нет, это не так. Просветление – это восприятие без восприятия. Что это означает? Когда мы пребываем в изначальном состоянии сознания, любые объекты для нас существуют и не существуют одновременно. Почему же объекты существуют, не существуя? Потому что наше сознание, или ложное «я», в этот момент полностью остановлено. Поскольку нет двойственности «субъект-объект», а также двойственности «хорошо-плохо» это состояние вне пределов достижимости слов.

Ещё раз хочу акцентировать внимание читателя на том, что Кэнсё, Спокойствие и Созерцание – это наше подлинное изначальное состояние сознания, которое мы раскрываем, пробуждаем посредством правильной духовной практики. Это состояние абсолютно естественно. Это состояние не является чем-то внешним. Это состояние нельзя «обрести», «приобрести» или «получить», как в случае с любыми объектами наших желаний. Это – не знания, приобретённые, например, из книг или посредством обучения. Как говорил Бодхидхарма: «Если все живые существа находятся в смятении, не пробуждаясь, то они не знают, что наше сознание и есть Будда. Если знать, что твоё сознание и есть Будда, то не нужно искать Будду вне сознания. Буддой не измеришь Будду. Если будешь искать Будду, опираясь на интеллект, не познаешь его. Однако те, кто считают, что Будда находится вовне, не знают, что наше сознание и есть Будда».

В тот момент, когда я впервые испытал это состояние, я попытался «протестировать» его. Например, я попробовал вспомнить, что было утром, какие были планы на день – я прекрасно помнил всё это. Я попробовал осознать текущий момент: на какой улице я сейчас нахожусь, куда нужно идти дальше? Я прекрасно понимал это. Я обратил внимание, что стал намного чётче всё воспринимать – сознание было очень ясным. Однако чтобы я ни вспоминал, о чём бы я ни пытался думать, что бы я не видел вокруг – всё это не оказывало на меня никого влияния, моё сознание не приходило в движение! Если нужно было о чём-то подумать – я думал, нужно было что-то вспомнить – я вспоминал, нужно было посмотреть куда-то – я смотрел, но при этом моё сознание оставалось неизменным, не приходило в движение, не цеплялось за воспринимаемый объект. Действительно возникло состояние, когда я воспринимал, не воспринимая. Мне вспомнилась аналогия с чистым зеркалом. Действительно, ровное и чистое зеркало отражает любые объекты такими, какие они есть, но при этом само зеркало не меняется.