Чтение онлайн

— Ты прочишь меня в спасители мира? Судя по твоим словам я должна быть очччень значимой фигурой со всеми положенными им атрибутами…

— Не надо спасать мир, достаточно спасти одного, чтобы он стал для тебя этим миром…у вас, женщин, совершенно другая логика, вы мыслите короткотактовыми процессами, которые со стороны смотрятся более приземленными и могу тебя утешить, что на роль спасителя ты не подходишь. Но тут есть один момент — реальность мира очень гибкая и она использует все способы, чтобы защититься от разрушения. Кто-то должен попасть в нужную точку в нужное время и попытаться снизить создавшееся там напряжение…речь не идет о конкретной личности, я говорю о любом, кто сможет хоть немного приподняться над стереотипами. Когда-то таким человеком стал Тигор.

— Тигор…меня все время интересовал вопрос, как он попал в этот мир? Что послужило причиной этого? Со мной понятно, Мирандина постаралась…уж очень она хотела поиметь мужика, похожего на Шандира, а вот с ним как дело обстояло?

— Она хотела…В меру своего понимания она работала на себя, а в меру непонимания на того, кто понимает больше.

— Не на тебя ли, случайно, Брайн?

— Нет, не на меня. Я в здешней иерархии не самый могущественный и умный. А что касается Тигора…вот что я скажу тебе, планеты это живые существа. И этот мир тоже живой, он чувствует отношение к себе, он чувствует опасность и угрозу своему существованию и защищается, как может. Тогда, триста лет назад, он почувствовал нешуточную угрозу и…решил эту проблему, перетянув сюда Тигора. Кто знает, как сложилась бы судьба королевства, если бы не один в меру умный, ответственный и циничный иномирянин? История не терпит сослагательного наклонения, но можно запросто предположить, что с лица этого мира пропали бы некоторые разумные расы, а другие были бы сведены до состояния рабов или скота. По-моему, ты уже в этом убедилась, относясь к Схаркру как к безграмотному кочевнику! И тут не играет уже роли некоторое воздействие магов на его предков…не все прошли тот путь, что проделал он, так что ты можешь им гордиться!

— Но Брайн, что я могу…

— Не ной! Сколько я знаю женщин, они бывают опаснее африканского буйвола, когда покушаются на их имущество! Под имуществом я понимаю мужей и детей. Вы же жуткие собственницы…стоит только попробовать отнять у вас то, что вы уже считаете своим, вы не считаясь ни с чем выходите на поле битвы и не останавливаетесь, пока не разбиваете врага! И если при этом еще мужчина говорит, что любит…да подтверждает это не раз…кто там вещал о самом дорогом, кого уносили на себе женщины из осажденного замка? То-то же! Не делай горестное лицо и не занимайся опять самокопанием, вспоминая Рея — он поддался раньше тебя, позволив маленькую слабость, на которой его и поймали. Твое подсознание разобралось с этим вопросом раньше тебя, не зря же ты ответила Аштаре, что тобой двигал долг по отношению к нему, а не любовь…Думай о том, кто сейчас рядом с тобой, думай о тех, кому ты нужна. Ради верных долгу чести друзей, ради того, кого любишь и кто любит тебя, можно не горы — миры свернуть! Песчинки уже падают, они перерастают в лавину, которая заставит признать ее силу!..

Как всегда, разговор с Брайном был содержательным, но совершенно бесполезным практически. Дайте мне совет, как изменить мир! По пунктам, конечно. Итак, берем молоток, щипцы и меняем траекторию планеты…тьфу! Насущные проблемы жгли огнем, кусали за пятки и чесались во всех местах.

Схаркр уже поднимался с кровати, но не восстанавливался так быстро, как хотелось бы, Крайн вообще лежал, оберегаемый Беххар от всех посещений и волнений, Кирдан уже крутился на лежаке и пытался поймать за юбку Венелу или меня за штаны, требуя новостей и общения. Все было ничего, только вот запасы донника заканчивались, а это здесь было наиглавнейшим лекарством. Назывался он тут каким-то длинным словом, но заканчивался словосочетанием, похожим на «дуоньик», вот отсюда и такое имечко. Странная неприметная травка обладала поистине чудодейственной силой — отвар из нее поднимал настроение, улучшалась регенерация тканей, пропадали боли, рассасывались рубцы и спайки, вырастали волосы, но самое главное — повышалась общая сила организма. Попив отвар, я чуть лучше стала видеть, а когда лица не различаешь на расстоянии десяти метров, это уже существенно! Малость погуще стали волосы, брови и ресницы…я бы пила этот донник и дальше, хоть по десять раз в день, но перебор был хуже, чем отсутствие и пришлось сделать перерыв. Зато раненых им только и поили! Так что ничего удивительного не было в том, что запасы его подошли к концу. Я обшарила всю кладовку, истерзала Венелу, Гранта, Веррена, но это пришлось принять, как данность — ребята лежали, а травы в крепости больше не было.

Помаявшись, я пристала к Дариэлю, чтобы тот пошел со мной до опушки леса, где мог расти донник. Тэльви поупирался для приличия, но когда я объяснила причину, согласился, хоть и не сразу. Все-таки тэльви был более проворен, чем люди, он мог раньше заметить опасность, да и бегал он быстрее. Поэтому сейчас я ползала на четвереньках в поисках вожделенной травки, а он осматривался вокруг.

— Все тихо, Рина. Ну что, нашла?

Я показала ему две сухие веточки, Дариэль рассмеялся и присел рядом.

— Ты путаешь травы. Это не дьонник, это саолеан, он помогает от боли в животе после еды. Дьонник…сейчас…вот он, смотри! Травка очень неприметная, надо ползать за ней чуть ли не носом в траве…ну да ты только так и можешь ее найти! Вон еще ее колоски, вон еще…собирай, сколько сможешь, я обойду тебя и посмотрю вокруг.

Дариэль исчез, а я, воодушевившись, начала собирать маленькие зеленые былинки, думая о тех, кому без этой травы было бы не подняться на ноги. Ползала я долго, Дариэль подходил, смотрел вокруг, на мой мешок и опять исчезал в траве. Вот еще, еще стебельки, там еще выше, толще…мешок уже был заполнен на треть…наполовину…я все выщипывала и выщипывала тонкие стебельки, радуясь богатой добыче — для отвара годилась небольшая горсточка, а у меня в мешке таких горсточек — ого-го, сколько! И растет донник в основном в этой части Тигории, а в землях тэльви много лекарственных трав, которые продаются на рынках за бешеные деньги, но и результат дают сногсшибательный. Мешок уже набился под завязку, я затянула его и встала. Пора назад, к крепости…мама дорогая, а где крепость-то? Вмиг от страха похолодели ноги, а Тилайн показался мне наилучшим местом в мире, потому что я стояла в лесу и никаких признаков крепости не наблюдалось! Не было даже примятой травы, по которой я ползла, как будто я вдруг спустилась с неба на парашюте! Так, я заблудилась, это понятно. Дома со мной такое уже бывало и меня никогда не отпускали от себя Андрей или его друзья, с которыми мы ездили за грибами. Один раз я заблудилась и разревелась в ужасе, что все меня бросили, пока на меня не натолкнулся парень из нашей компании, искренне удивившийся, чего это я реву в пяти метрах от дороги, где стоит машина…Но тут было все гораздо ужасней. Ладно, с Дариэлем потом разберемся, главное — выйти к Тилайну. Вроде я не крутилась, когда встала, значит, если двигаться задом, то я должна проползти мимо светлого ствола…а до него было справа темное что-то…я бодро поползла задом наперед, вспоминая увиденное боковым зрением и очень быстро уперлась в ствол. Да что за ерунда такая…чуть изменила путь и…опять уперлась задом в ствол. Что там за деревья такие? Мама миа…не деревья…сапоги…еще одни…все, приплыли…Медленно вставая на ноги, я уже поняла, что это тэльви…хорошо, если не убьют сразу…

Нечеловечески красивые холодные лица, кожаные куртки грязно-зеленого цвета, светлые волосы — их было…шесть…или семь…за плечами виднелись луки, на поясах мечи. Один что-то сказал мелодичным голосом, двое рассмеялись, еще один посмотрел брезгливо, как на раздавленную гусеницу, а тот, кто был выше всех подхватил меня за ноги и забросил к себе на плечо, не обращая внимания на тщетные попытки освободиться. Ну да, так можно было бы колотить по каменной стене и пытаться вырваться из тазика с застывшим цементом! Ехать на плече было страшно неудобно — дыхание спирало, в живот воткнулись кости плеча и я скоро повисла, как тряпичная кукла, роняя злые слезы. Впрочем, путешествие было не столь долгим, заржали рядом лошади и меня, как куль с картошкой, легко бросили одной из них на шею, придавив спину тяжелыми руками. Лошадь бодро потрусила, в живот начало опять что-то впиваться, вдобавок тот, кто придавил меня, не давал даже поднять головы, отчего в ней начали гудеть и стучать многочисленные молотки. Поерзав и получив ощутимый тычок кулаком в бок, я поняла, что дальше будет еще хуже…

— Слушай, ты, можно как-нибудь поаккуратней, не мешок с дерьмом везешь все-таки! Я сейчас просто обблюю тебе всю лощадь и сапоги заодно! Больно мне, идиот! Не понимаешь, что ли?

В ответ над головой раздался мелодичный голос, ему откликнулись один, второй, засмеялись обидно и презрительно. Никто и не подумал переместить меня хоть куда-нибудь.

— Кретин! Ну хоть бы по-человечески говорили, что ли! Чего вам надо от меня? Идиоты чертовы, у меня муж в крепости помирает, а вы…

Опять смех и перебрасывание фразами на незнакомом языке. Что за фашисты такие? Ведь ясно чувствую, что понимают, о чем я говорю, но издеваются…

— И кто это у нас муж, который помирает, расскажи нам! — второй голос, подъехавший ближе, прозвучал с таким презрением и сарказмом, что захотелось плюнуть ему в рожу, несмотря на всю красивость. Вот плюну, гордо выпрямившись, а там будь что будет…

— Капитан ар Рихдар, комендант Тилайна! — подавитесь, гады!

Опять смех, переговоры, «ар Рихдар» пошло гулять от одного тэльви к другому, а мой тэльви отпустил какие-то скабрезности, которые я поняла и без перевода. Еще полчаса…или полдня мучений, когда голова мотается, как ватная, а в боку горит от тыкающегося туда при каждом шаге лошади чего-то твердого…меня дернули за ноги и я кулем свалилась на землю. Ура, я могу дышать свободно и перед глазами не лошадиный бок, воняющий потом, а зеленая трава…лучше уж так лежать и не подниматься.

Лошадиные ноги переступали перед самым носом, но я не собиралась вставать. Надо будет, поднимут, а корчить из себя Зою Космодемьянскую я не буду, а то упаду запросто. Голосов становилось все больше, уже различались повелительные нотки в одних, оправдательные в других, кто-то ругался, кто-то смеялся — не знай, что это тэльви, так самые обычные наемники иностранного легиона. Вдалеке один голос рапортовал другому, фразы звучали мелодично, но коротко и отрывисто. Опять услышала явственное «ар Рихдар». Радуются, что при смерти лежит? Не дождетесь, сволочи…

— Поднимайся, женщина. С тобой сейчас будут говорить.

Двое подхватили меня и поставили на ноги. Ну что ж, вот только волосы причешу пятерней и буду первым посланником мира в отдельно взятом регионе…

— Ты сказала, что твой муж — капитан ар Рихдар. Это правда? — инкубаторский тэльви, ничем не отличающийся на мой взгляд от других, свысока смотрел на меня. Ну и жлобы они тут…хотя я не такая уж высокая, да и сапоги без каблуков…

— Правда.

Фашист рассматривал меня, как козявку перед тем, чтобы насадить ее на булавку. Отвратительное чувство незащищенности…