Чтение онлайн

Становление научно-технического прогресса как стороны рассматриваемого соотношения совпадает со становлением науки как непосредственной производительной силы [452] . Превращение науки в необходимую основу производства и порождает научно-технический прогресс как закономерную форму технического прогресса. Превращение науки в непосредственную производительную силу может быть понято также под углом зрения определенной направленности ее развития. Некоторые авторы понимают эту направленность как процесс воплощения духовного в материальном, указывая на процесс перехода научных идей в вещественные факторы производства. Но с таким пониманием «превращения» науки в непосредственную производительную силу согласиться нельзя.

В процессе производства, отмечает А. К. Уледов, «духовное, реализуясь, воплощаясь в деятельности, в отношениях, перестает быть духовным…» [453] . Следует добавить: духовное несомненно также перестает быть духовным, когда воплощается в вещах. В этом смысле К. Маркс писал об овеществленной силе знания [454] . Но овеществленная сила знания — это опосредованное, а не непосредственное знание. Поэтому в качестве непосредственной производительной силы наука выступает лишь как духовное явление, именно как человеческая сущностная сила, сила его интеллекта, или, говоря словами К. Маркса, сила «всеобщего интеллекта».

О какой же направленности превращения науки в непосредственную производительную силу идет речь? На этот вопрос помогает ответить идея К. Маркса, заключенная в 11-м тезисе о Фейербахе, в котором К. Маркс писал: «Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» [455] . Это значит, что философия в прошлом выполняла объясняющую функцию. Преобразующая функция, которая реализуется в изменении мира, присуща марксистско-ленинской философии, выступающей научной управляющей силой по преобразованию современного мира на социалистических и коммунистических началах. Но переход от объясняющей к преобразующей функции свойствен не только философии, но и науке в целом, в том числе тем ее отраслям, которые обслуживают непосредственно производство, производительные силы. Этот переход и есть процесс превращения науки в непосредственную производительную силу.

Данный процесс характеризуется направленностью движения от фундаментальных к прикладным исследованиям и далее к разработкам. На стадии разработок наука и выполняет в конечном счете функцию непосредственной производительной силы. Например, теория относительности, квантовая механика, возникнув на рубеже XIX–XX вв., вначале лишь объясняли суть многих физических процессов. И только в середине XX в. идеи теории относительности, квантовой механики, воплощенные в прикладных исследованиях и разработках, стали играть преобразующую роль, вызвав к жизни атомные электростанции, квантовые генераторы электромагнитного излучения (лазеры, мазеры) и т. д. Можно сказать, что идея теории относительности и квантовой механики превратились в непосредственную производительную силу к середине XX в.

Направленность процесса превращения науки в непосредственную производительную силу — это направленность развития науки в рамках ее духовного бытия как силы человеческого интеллекта. Другими словами, это такое развитие человеческого интеллекта до стадии определенной зрелости, когда он оказывает практическое преобразующее воздействие на непосредственный производственный процесс. Таким образом, вопрос о превращении науки в непосредственную производительную силу является вопросом о направленности в развитии духовного, когда оно становится определенной стороной материальных производительных сил.

Материализм состоит не в том, чтобы овеществление считать признаком науки как производительной силы. Важно понимать, что сам процесс превращения науки в производительную силу определяется такой материальной основой, как крупная машинная индустрия, которая позволяет систематически применять данные науки к производству [456] . К. Маркс писал: «Принцип машинного производства — разлагать процесс производства на его составные фазы и разрешать возникающие таким образом задачи посредством применения механики, химии и т. д., короче говоря, естественных наук, — повсюду становится определяющим» [457] . Это имеет место в истории общества со времени промышленной революции конца XVIII — начала XIX в., которая привела к становлению крупной машинной индустрии. С этого времени, можно сказать, и начинается в широких масштабах превращение науки в непосредственную производительную силу, т. е. развитие у науки социальной функции непосредственной производительной силы как естественный, объективно обусловленный материальным производством процесс.

Таким образом, превращение науки в непосредственную производительную силу — это не независимый, спонтанный процесс, а процесс, определяемый в конечном счете материальной стороной жизни общества. Функция непосредственной производительной силы науки в рамках производительных сил вторична, обусловлена состоянием материального производства в целом. Что касается «овеществления» данных науки, то оно является материальным показателем. Именно в этом смысле, на наш взгляд, и следует понимать слова К. Маркса: «Развитие основного капитала является показателем того, до какой степени всеобщее общественное знание [Wissen, knowledge] превратилось в непосредственную производительную силу, и отсюда — показателем того, до какой степени условия самого общественного жизненного процесса подчинены контролю всеобщего интеллекта и преобразованы в соответствии с ним…» [458]

Это значит, что развитие основного капитала является показателем развития науки как непосредственной производительной силы, а следовательно, и показателем степени и скорости направленности движения науки от фундаментальных к прикладным знаниям, к разработкам, т. е. показателем силы непосредственного воздействия достижений человеческого знания на производство. Материализм состоит не в том, чтобы не признавать роль науки как духовного фактора в качестве непосредственной производительной силы, а в том, чтобы, признавая данную роль за наукой как духовным явлением, увидеть критерий развития науки в этой роли в материальных факторах производства — в оснащении современного производства средствами труда, созданными по последнему слову науки, или, как иногда говорят, «онаученной» техникой. Например, в условиях научно-технической революции показателем степени превращения современной науки в непосредственную производительную силу является мера развертывания новейших средств труда в производстве (станков с программным управлением, автоматизированных систем управления — АСУ, атомных электростанций — АЭС и т. д.). В свою очередь это развертывание в производстве новейшей техники, что тождественно развертыванию в производстве НТР, является критерием развития производительных сил в условиях социализма.

Превращение науки в непосредственную производительную силу как причина НТР имеет одну особенность. Если превращение науки в непосредственную производительную силу начинается с промышленной революции конца XVIII — начала ХIХ в., то для середины XX в., когда началась НТР, социальная функция науки как производительной силы претерпела качественные изменения. Теперь наука не только обслуживает производство, как это было в XIX в. [459] , но и приводит к созданию принципиально новых технологических процессов, новых видов техники и производств (лазеры, АЭС, МГД-генераторы и т. д.). Это значит, что в социальной функции науки как непосредственной производительной силы наступила новая, революционная фаза, т. е. в ее развитии осуществляется определенная направленность — прогресс.

Этот скачок был связан, во-первых, с накоплением нового информационного материала, опирающегося на революцию в теоретическом естествознании (конец XIX — начало XX в.) и на возникновение таких областей знания, как теория относительности, квантовая механика, а позднее кибернетика и т. д., с развитием прикладных разделов этих революционных областей науки, что позволило практически применить их достижения. Во-вторых, он был связан с созданием необходимой материальной базы в виде крупной машинной индустрии и больших материальных и человеческих трудовых ресурсов.

Кроме того, революционный скачок в выполнении наукой функции непосредственной производительной силы совершался в условиях новой социально-исторической обстановки. Она определялась становлением сил социализма, начавшимся с Великой Октябрьской социалистической революции, противоречиями между социализмом и капитализмом, а также глубокими противоречиями в империалистических странах, которые были вовлечены фашистской Германией во вторую мировую войну. Наука в этих условиях становилась не только важным средством решения внутренних задач развития производства и культуры, но и силой, использовавшейся для достижения политических целей, которые возникали в международных отношениях в различных формах и ситуациях войны и мира.