Чтение онлайн

Как его понимала Роза! Как никто другой!

Розалинда вошла в здание санатория так, словно являлась сотрудником секретной службы или преступником. Она озиралась, заглядывала во все углы и кралась чуть ли не на цыпочках – потому что очень не хотела повстречаться с кем-нибудь из знакомых. За последние сутки ей задали огромное количество вопросов, на многие из которых у нее ответов-то и не было. Да и вспоминать все случившееся с ней было жутковато.

Доктор Снегирева проскочила мимо парочки неизвестных ей пациентов и открыла свой кабинет, в котором за время ее отсутствия появился запах затхлости. От взметнувшейся пыли она немедленно чихнула и вздохнула: «Так ведь и не убирают…»

– Кого я вижу! – раздалось у нее за спиной.

Роза закатила глаза. Анастасия Леонидовна была последним человеком, кого ей хотелось бы видеть. Но у заведующей был словно нюх на нее.

– Розалинда, Розалинда… Когда я предоставила тебе отпуск, то и предположить не могла, что ты снова вляпаешься в такую историю.

– «Вляпаешься…» Именно то слово! – вздохнула Розалинда.

– Я даже поверить не могу… Ведь Василий за тобой ухаживал? Он правда вампир? Он пил кровь? А Славик-то наш… Как жалко! Скажи, его действительно съели? Ходят такие слухи… Нам ужасно интересно! А информации – ноль. Но ты ведь там была! Ну, расскажи… Слушай, а тебя правда изнасиловал тот маньяк? – щебетала Анастасия Леонидовна.

– Да замолчите же вы! Заткнитесь! Чего вы как цепи-то сорвались? – огрызнулась Розалинда. – Что за идиотские вопросы?

– Ну, интересно же… – захлопала накрашенными ресницами заведующая.

– Мне дали несколько дней отгула?

– Дали…

– Вот и все! Считайте, что меня здесь нет! – сказала, как отрезала, Розалинда.

Заведующая состроила недовольную физиономию и со словами «как знаешь» удалилась прочь.

А Розалинда, между прочим, зашла на работу не просто так. Ей надо было забрать кое-какие документы и зайти в лабораторию за анализами – она же пообещала старушке, у которой внук страдал анемией, обследовать мальчика. Даниэль уже компенсировал бабульке стоимость изведенного бычка, теперь дело было за ней.

Доктор Снегирева не пошла длинным коридором мимо пациентов и своих коллег, а свернула за угол к грузовому лифту, чтобы спуститься в лабораторию. Как только за ней закрылись двери лифта, свет сразу же померк в ее глазах. Но вовсе не из-за того, что в кабине не было освещения, а оттого, что Розалинде опять стало плохо. Волна страха накатила в сотую долю секунды. Ей моментально стало не хватать воздуха, спина покрылась липким, холодным потом, а в голове все крутилось: «Ну открывайтесь же, двери! Быстрее! Совсем нечем дышать! Сколько человек может быть без воздуха? Скорее!»

Почти бездыханное тело Розалинды вывалилось из металлических дверей лифта, когда тот наконец остановился, прямо в руки Кирилла Лавриковича. Токсиколог выглядел, как всегда: с взъерошенными волосами, в криво застегнутом медицинском халате, с отсутствующим взглядом и с папкой документов под мышкой.

– Боже мой, Розалинда! Что с тобой? На тебе лица нет! Ты вся холодная… Ты сознание потеряла, что ли? Душно?

– Кирилл… Нет, мне нужны воздух, свет и пространство. Помоги мне… – прошептала она и отключилась, повиснув у него на шее.

Роза в детстве, как все девчонки, конечно, хотела быть принцессой. Или хотя бы Аленушкой, Золушкой или Василисой Прекрасной. Но быть Мертвой Царевной в хрустальном гробу не мечтала никогда. И вот сейчас ей было холодно, потому что Роза была мертвой, а вокруг нее стояли в несколько рядов стеклянные пробирки и колбочки, имитирующие края хрустального гроба. Она покоилась на столе, ворот у нее был расстегнут, окно открыто настежь.

На лбу у нее лежала холодная мокрая тряпка, а в вене торчала иголка – Кирилл Лаврикович делал ей инъекцию.

– Что со мной?

– Сейчас придешь в себя, – ответил токсиколог. – Зажми ватку. Давно это у тебя?

– Что?

– Клаустрофобия.

– А это она?

– Несомненно, – твердо ответил Кирилл Лаврикович и почесал поршнем шприца голову. Он сел напротив нее и подпер подбородок руками.

– Заболевание психическое, между прочим, и запускать его нельзя. Поэтому очень важно не допустить развития болезни. Очень хорошо, что клаустрофобия началась у тебя недавно, значит, мы сможем найти ее причину, то есть от чего она началась, очень быстро, по свежим следам.

– А должна быть причина?

– Конечно! Если заболевание психическое, то и причина чисто психологическая. Что-то случилось, а потом – через малый промежуток времени начинается заболевание, проявляющееся в таких вот приступах. Иногда приходится вводить человека в глубокий гипноз, чтобы докопаться до сути.

Розалинда с восхищением посмотрела на Кирилла Лавриковича.

– Ты и в этом разбираешься?

– Да, немного… – засмущался тот. – Мне вообще человек интересен в целом. И мертвый, и живой, и его сердце, и его психика.

– Тебе, наверное, трудно было определиться со специализацией в институте, – отметила Роза. – То-то ты всех подменяешь. А мне поможешь?

– С удовольствием. Только не сейчас.

– Почему?

– Насколько мне известно, ты испытала жуткий стресс. Поэтому сейчас можешь думать только о самом последнем событии…

Розалинда вскочила со стола, смахнув пару пробирок на пол.

– Ой, прости…

– Ничего.

– Кирилл, умоляю! Сними с меня этот груз! Я не могу! Со мной что-то происходит! Помоги!

– Ну, хорошо, – сразу же сдался Кирилл Лаврикович. – Выпьешь для расслабления?

– Почему все в последнее время хотят меня споить? Я и так давно уже расслабленная. Приступай!

– Ну, ладно, – вздохнул Кирилл и с унылым видом препроводил Розу в свой захламленный кабинет непризнанного гения.

Дальше все происходило как в каком-то фильме. Роза легла на кушетку, закрыла глаза и погрузилась в глубины своего сознания, ведомая одним только голосом Кирилла Лавриковича. Она не очень верила в успех этого мероприятия, но очень хотела, чтобы у нее прекратились жуткие приступы страха, поэтому желание пересилило недоверие.