Чтение онлайн

– Для прогулок!

– Парк есть, – согласилась имперская безопасность. – Это вы хорошо придумали. Я скажу доктору, что все путём, да? А то он уже на мыло изошел… Кстати, вы тут упомянули имя: Катилина. О чем речьто шла, а? О дуэли?

– О селезёнке. Я сказал: Катилина сожрал мою прежнюю селезёнку.

– Да? – вяло удивилась старуха. – Как интересно…

III

Парк разбили в классическом стиле метрополии. Аккуратно подстриженные кусты лавра были высажены вдоль дорожек; сосны и белые акации, пинии и пробковые дубы чередовались в тщательно продуманном беспорядке; заросли лавровишни скрывали ажур беседок; на лужайках тянулись ряды каменных портиков, увитых плющом; блестел пруд в форме кляксы, за ним начиналась платановая аллея…

Каким образом парк уместился на ограниченной территории представительства, оставалось загадкой. Разве что имперские архитекторы, на зависть физикам Ойкумены, изобрели способ локального свёртывания пространства.

Гравий дорожки поскрипывал в такт шагам. С деревьев, кружась в прозрачном до звона воздухе, летели первые жёлтые листья. Их золото пятнало зелень травы. Аллея упиралась в фонтан: крылатые кони несли на спинах мраморную чашу. Точная копия музейной древности: оригинал Марку довелось видеть в какойто передаче. В чаше плыл одинокий листок, вызывающеалый. Черенок гордо вознёсся над гладью воды, уподобясь бушприту парусника.

Корабль цвета крови шел на закат.

Изза деревьев бесшумно выскользнул Катилина. Окинув Изэль оценивающим взором, нагуаль чтото решил для себя – и, подойдя вразвалочку, потёрся о ногу Марка. В виде особой милости он мазнул хвостом по щиколоткам астланки.

– Он с тобой? Моя Тепин – дома, на Астлантиде…

Глаза Изэли остались сухими. Голос не дрогнул, лицо сохраняло спокойствие. Так говорят о покойнике, когдато – родном, любимом, сейчас же – прахе, тени, памяти. Так калеки вспоминают о давно утраченной ноге. Умом Марк не до конца понимал, что значат нагуали для астлан. Чего греха таить, он и сам привязался к Катилине. Марк представил, что Катилину забрали и перевезли, к примеру, на Квинтилис. Космос, огромное расстояние, невозможность быть рядом… Ничего особенного он не почувствовал. Жаль, наверное. Потом он представил, что глаз и селезёнка потеряны навсегда. И снова – скорее логика, чем чувства: жаль, наверное.

Есть вещи, о разлуке с которыми не получается размышлять. Вещи, люди, животные. Части тела, наконец. Ты выстраиваешь модель отношений: замок на песке. Малейший ветер, и замку конец. Страдать от воображаемой разлуки – невозможно. Пока вы вместе, никакое воображение не способно сконструировать реальный разрыв. Значит, нет и страдания. Так, блеклый призрак.

– Тебе нужен новый нагуаль?

Они присели на скамейку. Из кустов явилась кошка – пушистая, сытая, трехцветная. Храбро игнорируя ягуара, нахалка вспрыгнула женщине на колени. Под ладонью Изэли кошка блаженно жмурилась, урчала маленьким трактором.

Катилина с презрением фыркнул.

– Бери её. Сама к тебе пришла.

– Шутишь? – вздохнула Изэль. – Тепин жива, я чувствую. У астланина не может быть двух нагуалей. И разве дело в Тепин…

– А в чём?

«Психоаналитик доморощенный!» Марка охватило раздражение. Он злился на самого себя. Встать? Уйти? Это работа. Твоя работа, господин консультант. Тут на маневровых не сядешь, тут всё сложнее. Ошибёшься – Изэль найдёт круглый стол, ляжет на него и закроет глаза. Вот пользыто отечеству будет…

– Когда высадились ваши, началась стрельба, – ладонь астланки механически, как манипулятор, ласкала мягкий мех. – Я испугалась. Растерялась. Ступор, шок. Я не бежала, не сопротивлялась…

– И что?

– Это не был честный плен! Я тупо шла, куда велели. Им даже подталкивать меня не пришлось!

– Ты в курсе, что кроме тебя, наши прихватили еще троих? Военных?

– Да. Они честно сопротивлялись…

– И теперь ждут отправки в солнце, так? Три месяца эйфории! Похоже, скоро они устанут ждать. Просто загнутся от такой радости.

– А меня солнце не примет.

– Глупости! Ты сама говорила: кастовый астланин уходит в солнце, как бы он ни умер! «Великий Космос! – мысленно застонал Марк. – Что я несу?!»

– Ты видел наших? – спросила Изэль. – Пленников?

– Видел.

– Они ведут себя в точности как дикари. Честный плен, эйфория, задержка на пути в солнце. Раньше на Острове Цапель были мы, кастовые, и дикари. А теперь появились вы. Раз кастовые ведут себя подикарски… Марчкх, для вас мы – то же самое, что дикари – для нас. Понимаешь?!

«Но мы никого не отправляем в солнце! – едва не выпалил Марк. К счастью, он вовремя прикусил язык. – Стоп! Этой темы лучше не касаться. По крайней мере, до выяснения, что ей наговорил доктор Лепид…»

– Ну какие же вы дикари? – его голос был голосом медсестры, беседующей с умирающим о погоде; голосом психоаналитика, обсуждающего с клиентом сексуальную тягу к пылесосу. – В любом случае, ты ведь не собираешься сию минуту…

– Уйти в солнце? Нет.

– Отлично! – оптимизм подступил к горлу, Марка едва не стошнило. – Это всегда успеется. Идем, мне нужно переговорить со своим начальством.

– Хорошо. Спасибо за прогулку.

– А кошку всётаки возьми. Ты ей понравилась.

– Мне не разрешат держать кошку.

– Разрешат. Хоть целую стаю.

– Кошки не живут стаями…

Алый кораблик добрался до края каменной чаши, перевалил через него – и, увлекаемый потоком, бесстрашно скользнул вниз, в неизвестность.

* * *

– Разблокировать двери. Снять охрану.

– Вы! Вы соображаете…

– Предоставить свободу перемещений. Полную свободу! Всем четверым. Наблюдать мягко, со стороны. Захотят выйти в город – сопровождать без давления. Вмешиваться только в крайнем случае. Обставлять дело так, чтобы они сами обращались за помощью.

– Вы с ума сошли! По какому праву…

– Принести искренние извинения. Это могу сделать я сам. Я лучше вас владею астланским языком.

– Вы забываетесь! Щенок! Я готов выслушивать твои идиотские советы, но приказывать ты не имеешь…

Забыв о докторе Лепиде, оберцентурион Тумидус поуставному, через левое плечо, развернулся к госпоже Зеро, молча наблюдавшей за драматической сценой:

– Астлан надо освободить.

– В смысле?! – возопил доктор.

– В прямом.

Старуха молчала.

– Зачем? – бесновался доктор. – Ну скажите мне: зачем?!

– Вы слышали наш разговор в парке? Разумеется, слышали. Требуется дополнительный перевод?

– Чушь! Чушь собачья! Религиозное мракобесие! Она, видите ли, решила, что превратилась в дикарку! И на этом основании…

– Гордитесь, – заметил Белый Страус, покусывая кончик ногтя. – Изэль включила нас в свою систему мироздания. В системе появился третий, более высокий ярус. И прекрасно, замечу, вписался в конструкцию.

– И вы? – Лепид стал рвать на себе волосы. – И вы туда же?!