Дикая для Тихого
Шрифт:
Господи! А если, она погибла.
Я пребывала в непонятном для себя состоянии. Я эту женщину совсем не помню и родственными чувствами не успела воспылать. Но смерть — это всегда грустно.
Решила расспросить о произошедшем у соседей. На глаза попался мужчина, средних лет, который крутился возле припаркованной машины у ворот соседнего дома.
— Здравствуйте, вы меня помните, — брякнула не думая.
Мужчина резко поднял голову, окинул меня быстрым взглядом. Потом обернулся и посмотрел на окна дома. Даже не заметила, когда он оказаться рядом. Дёрнул грубо за руку, затащив за машину. Схватил рукой за горло, припечатал к машине.
— Это чё я вчера с тобой?..
Его глаза метались испуганно, то на меня, то на окна дома. Он очень нервничал. От напряжения даже выступил пот над верхней губой.
— Я не понимаю, — попыталась освободиться. — Пустите, мне больно, — он несколько раз встряхнул меня, ударив головой об машину.
В глазах сразу появились мушки. Сильная боль прострелила голову. И это не предвещает ничего хорошего. Головные боли, так и не проходят, а наоборот усиливаются, стоит мне попытаться что-то вспомнить. Врачи пояснили, что это следствие сильнейшего удара и серьезной травмы головы. Назначили обезболивающие. Боль притупляется, но не уходит совсем. А скоро вообще произойдет привыкание и они перестанут помогать.
— Я был пьян! Ясно тебе, — встряхнул ещё раз. Спасибо, хоть головой перестал бить. — Чё приперлась. Я тебе вчера хорошо заплатил.
— Да, ничего мне не нужно! — поморщилась от боли. — Я про пожар хотела спросить.
— Какой ещё пожар? — посмотрел удивительно. — Я ничего не поджигал, — начал оправдываться.
— Вот про этот дом, — показываю на пепелище.
— Ааа... а чё спрашивать, проводка коротнула. Пых, и нет дома.
— Кто-нибудь погиб? — спросила с замиранием сердца.
— Да, вроде нет. На работе они были.
— А где сейчас?
— А я откуда знаю, — пожал плечами. — Я с ними не общался. А ты значит... не эта? Ну...
— Нет, — обрубила. — Я здесь жила, вы меня не помните. Соседи вроде.
— Я недавно здесь живу. К соседям знакомиться не ходил. Но с тобой бы завёл знакомство, — стрельнул глазами и положил руку на талию. — Чё вечером сегодня делаешь?
— Всего доброго, — откинула его руку, развернулась и пошла в сторону остановки.
Настоящее время
Окунувшись в воспоминания не заметила, как дошла до парка. Решив обдумать дальнейший план действий, присела на лавочку, стоявшую под большим тополем, который создавал тень.
— Илья! Илья! Стой, кому говорят!
Моё внимание привлек мальчик, бежавший по дорожке громко смеясь. За ним спешила молодая девушка. Малыш оглядывался, хохотал, но останавливаться не спешил. Наоборот только увеличивал скорость.
Мальчик свернул с тротуара и выбежал на велодорожку. Где на него на большой скорости мчался велосипедист.
Быстро подскочила и побежала навстречу ребёнку. В последнюю долю секунды до столкновения оттолкнула его в сторону на газон. Сама не успеваю отскочить и получаю сильный удар в бедро колесом.
Глава 42: Тихон
— Ты, блять, что здесь устроила, — вернулся в спальню, где велел Лизе меня ждать. Смотрю на неё взбешённый взглядом.
Элла убежала, хлопнув дверью.
Это мой косяк! Я опять опростоволосился. Да, я расстался с Лизой. Облегчив жизнь ей и себе. Дальше тянуть смысла не было, у нас всё равно бы ничего не получилось? Но не объяснился, как следует. А она видимо затаила желание всё вернуть, вот и пришла.
Перед расставанием с ней, многое переосмыслил и понял, что Лиза никогда не будет со мной счастлива. Я ничего не смогу дать ей, потому что вижу в ней лишь ухудшенную копию Эллы.
Я считаю так, что лучше быть одному, чем с человеком, которого не любишь. Чтобы не превратить обе жизни в настоящий кошмар.
Мне было по-настоящему ее жаль. Жаль себя. Жаль того, что могло бы быть и не произошло. Но такова жизнь. Не всегда выходит так, как планируешь. И надо уметь проигрывать. Уметь не зацикливаться на неудачах, идти дальше смело смотреть вперед… в будущее. Ведь что бы ни произошло, оно всегда есть это будущее. Всегда.
Лиза в тот день осталась у меня. Я работал в другой комнате. Закончив проект глубокой ночью, пошёл на кухню. Она не спала, сидела за столом и пила чай. Услышав шаги, подняла на меня тревожные глаза. Мне кажется она уже предчувствовала конец. У нас в последнее время совсем не ладилось.
— Я хочу поговорить с тобой, — тихо произнес, не сводя с нее прямого открытого взгляда.
Увидел, как наполнились страхом ее глаза. Мысленно выругал себя за то, что столько времени тянул с разговором, вселяя в неё надежду.
— И о чём же? — произнесла. — Будешь чай? — её голос звучал как-то отстранено.
— Нет. — отрицательно мотнул головой, усаживаясь на табурет напротив нее.
На некоторое время в кухне установилась тишина, которую не в силах был никто нарушить, как бы тягостной она ни казалась обоим.
— Говори, — Лиза первой не выдержала гнетущего чувства, порождаемого нашим обоюдным молчанием.
Я внимательно посмотрел на девушку, сидевшую перед собой. Ну почему я так и не смог ее полюбить? Почему каждый раз образ Эллы, прочно обосновавшийся в моей голове, останавливал? Ведь я старался стать счастливым… без неё. Верно храня память о ней глубоко в сердце. И теперь вынужден признать, что у меня ничего не получилось.
Не получилось с Лизой, но с Эллой всё впереди... Всё обязательно получится.
А может, и не надо было стараться? Нельзя себя заставить кого-то полюбить. Потому что любовь — это что-то необъяснимое, что-то такое, что порхает словно бабочка, перелетающая с цветка на цветок. Она может быть переменчива, многолика, но настолько притягательна, что хочется зарыться с головой в это легкое облако чувственных отношений, ласкающее тебя и согревающее своим теплом.
Я это испытал два года назад с Эллой. Хочу ещё... Моя любовь не прошла и не угасла, она где-то далеко томится и мечтает вырваться наружу.
Лиза молча смотрела на меня.
— Прости, — лишь произнёс.
И все.
Глаза ее наполнились слезами. Она машинально поднесла чашку к губам, сделала глоток уже остывшего чая и тихо произнесла:
— Хорошо. Я завтра заберу все вещи.
Спали мы в разных комнатах. Рано утром, пока я спал, она собрала свои вещи, которых оказалось не так уж мало, и ушла.
И вот спустя две недели она заявилась с подобным заявлением. Наговорила Элле всякого, а та конечно, поверила. Раз умчалась, только след простыл.