Чтение онлайн

– Поэт, значит, – хмыкнула Лиссандра, и отправила в рот очередную ложку супа.

– И ваш преданный раб до скончания времён.

– Ну, раз раб, тогда скидывай плащ и иди сюда.

Юноша на мгновение замялся. Судя по всему, он ждал какой-то другой реакции. Но потом решительно расстегнул фибулу вполне себе неплохого плаща и, бросив его на соседний стул, приблизился к девушке. Та встала ему навстречу, всё еще сжимая в ладони кухонный нож, но поэт этого даже не разглядел. Всё его внимание было приковано к слегка колыхнувшейся идеальной груди магички. От холода, её соски собрались в две соблазнительные горошины, зачаровавшие парня почище псионика. Закинув свободную руку на шею молодого мечтателя, Лиссандра прильнула губами к его неумелым губам, и, только когда он робко попытался ответить, перерезала нежное горло. Тугая струя крови ударила в её грудь и побежала вниз багровыми ручейками, а тёмная изо всех сил прижалась к мальчишке, впитывая чужую агонию каждой клеточкой своего тела. Восхитительно! Ничто на свете не заменит этого чувства!

Отбросив обмякшее тело в сторону, колдунья отправилась обыскивать дом. Нашла более или менее чистый мешок, куда и принялась запихивать все сколько-нибудь достойные её внимания вещи. Немного денег, маленькую подушку, две рубашки, остатки хлеба и сыра, ну, и так, по мелочи. Накинув на плечи плащ несчастного рифмоплёта и натянув его сапоги, Лиссандра покинула дом, не забыв вновь окутаться пологом незаметности. До бывшего обиталища местных нищих она добралась без всяких проблем. Теперь нужно было спуститься в затопленную пещеру, через которую тёмная впервые попала сюда, и доплыть до убежища. У самой воды девушка на мгновение задумалась, а потом неохотно вернулась в зал с мертвецами, сняла обувку и закинула её в один из углов. В следующий раз пригодится. Оставлять сапоги у колодца идея не самая лучшая. Мало ли, кто сюда забредёт и какие выводы сделает, увидев их там. Сбросив плащ, Лиссандра накинула его на мешок с добычей и накрыла всё это великолепие водонепроницаемой сферой. Потом создала конструкцию для дыхания под водой и прыгнула в ледяную воду, не забыв прихватить награбленное. На обратном пути чародейка увидела Схичлана, медленно кружащего над черепичной крышей одного из затопленных зданий. В руке ящер сжимал какой-то предмет. Опять нашёл что-нибудь незнакомое и будет приставать к ней с расспросами. В который раз Лиссандра залюбовалась могучим морским обитателем. В длину, если мерить от морды до кончика хвоста, в нём было примерно два человеческих роста. Именно хвост и был основным средством передвижения нагчи. Благодаря нему он и плавал, и ползал, если какая нелёгкая занесёт на сушу. Нижних конечностей у него не было, как и у наг. Имелись две верхних, мускулистых и покрытых сотнями толстых светло-синих чешуек, как и всё остальное тело. Заметив Лиссандру, Схичлан бросил бесцельно кружить над домом и устремился к той самой пещерке, в которую оттащил её после их первой встречи.

– Ес-сть хочеш-шь? – поинтересовался он, едва она выбралась из бассейна.

– Не сегодня. На этот раз, у меня есть для тебя кое-что вкусненькое.

– Ш-што? – его хищные глаза с интересом уставились на мешок.

– Бутерброд с сыром. Сейчас, погоди, – развязав тесёмки, Лиссандра достала снедь и быстро приготовила угощение, используя прихваченный с кухни нож. – Держи!

Нагча склонился поближе и недоверчиво втянул воздух узкими сдвоенными ноздрями. Подцепил бутерброд двумя пальцами и, поколебавшись мгновение, сунул в пасть. Клацнули мощные челюсти, а следом раздалось такое шипение, словно кто-то отдавил лапу гигантской кошке.

– С-сам еш-шь! – замотал головой ящер, недовольно отплёвываясь.

– Боги, ну сколько можно! Сама! Что непонятного?! Са-ма!

– Поч-щему с-сама? – в который раз начал спорить ящер. – Раньш-ше был с-сам!

– Потому, что мужчина – сам, а женщина – сама! Как же тебе объяснить, если разницы ты не видишь?!

Внезапно магичку посетила идея. У них там на Северном континенте, вроде как, белые медведи водятся…

– Смотри! – она создала иллюзию хищника, который, по идее, должен был быть Схичлану знаком. Правда, как выглядят белые мишки, девушка точно на знала, поэтому просто перекрасила привычного ей косолапого в нужный цвет. – Это медведь. Видел такого?

– Такого? – иллюзия нагчи несколько отличалась от творения тёмной, но определённое сходство, всё же, прослеживалось.

– Да, – она внесла в иллюзию необходимые коррективы. – А это маленький медведь. – Рядом с матёрым зверем нарисовался смешной медвежонок.

– Дитя, – согласился с ней собеседник.

– Именно. Чтобы появилось дитя, нужны двое: сам и сама.

Она опасалась, что чешуйчатый ученик ничего не поймёт, но тот опять зашипел, как будто Лиссандра ему второй бутерброд предложила.

– У вас-с, чтобы дитя, нужно двое?

– Ну да!

– Гадос-сть!

Однако! Этому слову она его не учила. Видимо, тут стоит сказать спасибо прежнему наставнику нагчи.

– А что, – заинтересовалась Лиссандра, – у вас не так?

– Нет.

С ума сойти. Ей точно пора бросать некромантию и садиться писать диссертацию. Это ведь совершенно уникальные сведения! Причём, ставящие с ног на голову всю устоявшуюся расовую классификацию. Ведь у наг точно имеются и самцы, и самки. Это общеизвестно. Но если у нагчи их нет, то и потомства общего у этих двух рас быть не может. А ведь конгломераты Лю и Эль как раз по этому принципу и разделяются. Две группы, по три расы в каждой, и у любых двух из группы могут быть полукровки. Выходит, конгломерат Наг стоит наособицу не только из-за отсутствия третьей расы, но и из-за невозможности произвести на свет полукровок.

– Нет, так нет, – кивнула Лиссандра. – А что ты там такое нашёл?

– С-сейчас-с, – похоже, Схичлан и сам был не прочь соскочить с неприятной темы. Скрывшись под водой, он уже через десяток секунд вновь вынырнул на поверхность, сжимая в руке тяжеленную нагрудную цепь червонного золота. – Зач-щем?

– Носить, – пожала плечами девушка, принимая массивное украшение. Придержав волосы, чтобы не запутались в звеньях, она накинула цепь на грудь, поёжившись от прикосновения ледяного металла.

– Яс-сно. Но в воде – глупос-сть. Тяжес-сть.

– Понятное дело, – она отбросила дорогую вещичку в угол и вновь склонилась над мешком со своей добычей.

Вообще, в том, что касается освоения общеимперского, Схичлан делал просто-таки прорывные успехи. Мозгов у ящера было, как у убелённого сединами наставника магической академии, а то и поболе. Правда, сказывалась огромная разница в условиях жизни, обычаях и физиологии, из-за чего понять друг друга им порой было невероятно трудно. Но ничего, она никуда не торопится. Его высочество всё равно до конца зимы будет сидеть в Синальте, а с ним и Вирден. Тёмная вспомнила колючий взгляд чародея, которым тот буравил её в казематах замка. Ничего, милый, я до тебя ещё доберусь… Главное – не терять головы. Этот гадёныш явно сильнее её, причём значительно. Рука сама собой схватилась за нож, недавно вскрывший горло безымянного парня, и девушка ощутила дикое желание воткнуть его во что-нибудь мягкое.

– Я ч-щуял с-смерть, – донеслось из-за спины шипение её любознательной ящерки. – дралс-с… дралас-сь?

Смерть? Скорее всего, речь идёт о крови мальчишки, попавшей в воду. Некоторые рыбы, говорят, её за лиги чуют. Возможно, и нагчи тоже.

– Дралась, – согласилась Лиссандра, накидывая рубашку и кутаясь в плащ. А если ещё на подушку усесться, а не на ледяной пол, будет вообще отлично…

– Зач-щем?

– Не зачем, а за что, – магичка указала рукой на порядком похудевший мешок. – За это.

– Обыч-щай? – немедленно уточнил собеседник.

– Не совсем. Это сложно. Как-нибудь потом объясню. Лучше скажи, ты знаешь, что значит «год»?

– Знаю. Цикл.

– А откуда знаешь?

– С-сам рас-сказал.

Очевидно, «сам» – первый наставник Схичлана.

– Всё верно. И сколько циклов тебе?

Нагча ненадолго задумался, после чего сотворил в воздухе шесть вертикальных пурпурных палочек. Убедившись, что чародейка пристально наблюдает за его действиями, он добавил ещё одну, горизонтальную, поверх ровного ряда. Через мгновение она исчезла, а вертикальные палочки резко размножились. Двенадцать… двадцать четыре… тридцать шесть! Повинуясь воле хвостатого мага, лишние чёрточки вдруг исчезли, и в воздухе остались всё те же шесть, с которых всё начиналось. Дальше, над ними появилось уже две горизонтальных полоски, и непонятная операция повторилась. Лиссандра ненадолго зависла, пересчитывая заполонившие треть пещеры рисочки. Вроде как двести шестнадцать. А сперва было тридцать шесть… Похоже на степень. Ну, точно, шесть в кубе! Откуда взялась такая система счета, в принципе, ясно. У нагчи две трёхпалые ладони, вот и выходит шесть. Аналог десятиричной системы у сухопутных разумных.

– Поняла, – кивнула девушка, обернувшись к Схичлану. – Тебе где-то столько же или больше?

– Больш-ше, – судя по всему, вопрос его позабавил. Снова убрав лишние чёрточки, он начертил над шестёркой уже три горизонтальных полоски. – И ещ-щё, – рядом появилось шесть в третьей степени.

Либо она чего-то не поняла, либо… шесть в четвёртой и ещё шесть в кубе… Полторы тыщи лет?! Эта рыба, что вдвое старше империи?!

– Не шутишь? – в кои-то веки всегдашняя самоуверенность Лиссандры ей отказала.