Дикая Дульсинея
Шрифт:
– Не тяжело. Я привык. – Подал голос обсуждаемый мужик. Наумова резво развернулась и укоризненно посмотрела на подкравшегося к ним шпиона. – А двери во всех подъездах маленькие. Дусь, поехали? – Трогательно приподнял он брови.
– Мгм. – Согласилась Дуся и обошла мрачную Наумовну.
– Дуська, а может ну его. Не прокормишь же. – Донеслось ей в спину.
– Я сам готовлю. – Ответил мужчина, открыв дверь какого-то сине-зеленого танка на огромных колесах.
– Ну, если чего, я машину запомнила. И мужика. Фоторобот потом сможем составить….
– Извините. Наумовна просто всем личное счастье все время пытается устроить. – Пробормотала Дуся, когда оказалась в машине. Ей действительно было стыдно за действия соседки.
– Это ничего. Ты еще мою мать не видела. Вот кто в плане устройства личного счастья на крайности готов пойти. – Борис мягко улыбнулся.
До Хвостиковой только сейчас дошло, что он ее сегодня с самого утра на «ты» называет. Вот уже две минуты как…. И почему она с утра пораньше кухню по диагонали не померила, чтобы убедиться в том, что сантиметровой ленты там никакой не хватит? Она ж всего полтора метра. И вообще, кухня нормальная. Ей хватает.
– И как? Крайности помогли? – Неуверенно спросила она, заглянув в сумочку. Лента лежала на месте. Кухни только под рукой не было….
– Нет. Все потенциальные дамы сердца бежали, едва меня видели. – Грустно поведал Борислав. – Мама пилит, что мне уже тридцать пять, а внуков нет.
– Странно. – Дуся выглянула за окно танка и только потом поняла, что они уже едут. Ничего нигде не тарахтело, и их ни разу не тряхнуло, несмотря на то что общее состояние асфальта в городе вызывало опасение даже у пешеходов.
– Ничего странного. – Пожал плечами мужчина, восприняв предыдущую реплику в свой адрес. – Я большой – они маленькие. Значит, боятся меня. А как жить с тем, кого боишься?
– Плохо. – Честно ответила Хвостикова, точно знавшая, как жить с тем, кого боишься. – И страшно. – Добавила, подумав. – Но вы не подумайте. Я вас не боюсь совсем.
Борис хмыкнул и покосился на нее карим глазом.
– Почему это?
– Я же с вами не живу. – Честно ответила ее женская интуиция.
– Вы ни с кем не живете. Мне Заринка говорила. – Ответил он ей. – А это не считается. Ты, если бы стала со мной жить, то….
– Не дай бог. – Перебила она его. – Вы же мне всю квартиру разнесете…. И на кровать не поместитесь.
– Зачем квартиру разносить, если у меня дом есть? Большой. Я в него влезаю. – Похвастался Борис и снова покосился на нее. – И машину себе большую собрал. В нее я тоже влезаю. – Он хлопнул по рулю пудовой ладошкой. – И кровать у меня такая, что в нее я тоже влезаю.
– В одежду только не влезаете. – Напомнила Дуся.
– Это да. – Кивнул тот, сворачивая к каким-то гаражам на окраине города. – С одеждой проблема. Но ты же поможешь, - он вдруг улыбнулся и одну руку закинул на спинку соседнего сиденья. Дуся, не ожидавшая такого движения, резко отпрянула к двери и инстинктивно прикрыла голову руками. – Извини. – Рука была тут же убрана, а помрачневший Борис остановил машину и пристально вгляделся в ее испуганное лицо.
– Н-ничего. – Дуся медленно убрала локоть от лица и сильно покраснела, поняв, что выдала непроизвольную реакцию.
– Приехали. – Он все так же не сводил с нее настороженного взгляда.
Она кивнула и медленно перевела взгляд за окно. Они действительно стояли перед большим ангаром с не менее большими воротами. Рядом базировались такие же танки, как тот, в котором они сидели. Но какие-то были размером чуть меньше, какие-то чуть больше. И все разноцветные. Выразительных ярких цветов. И все на большущих колесах.
– Это вездеходы? – Тут же полюбопытствовала Дуся.
– Да. Все сами собирали. – Кивнул Борис и открыл дверь.
Внутри ангар выглядел не меньше, чем снаружи. И было как-то слишком уж чисто для того места, где возятся со всякими техническими приспособлениями. Для измерения персонала Дусе отвели небольшой, но теплый, кабинет. И выдали стремянку для удобства. Борис сам вызвался помогать держать ленту, если это могло понадобиться. А сам все наблюдал за молодой женщиной и думал.
Ведь непросто же так она в машине испугалась? Заринка что-то такое говорила, что муж у Дуси умер, но у него возникло нехорошее подозрение, что до своей смерти тот поднимал на жену руку. И эту руку захотелось вывернуть и сжать так, чтобы каждая косточка захрустела. Неожиданные для него эмоции по отношению к уже почившему человеку.
Борислав считал себя очень спокойным человеком. Иногда даже слишком. И это спокойствие часто пугало окружающих. А чего ему волноваться? К нему ж только самоубийца полезет. И тот слепой. И сегодняшняя вспышка ярости его самого напугала, не то что сидящую рядом с ним хрупкую женщину.
Нет, точнее, глухое раздражение он испытал еще вчера, когда входная дверь после короткого стука буквально упала к нему в руки. И потом он обнаружил, что ситуация в квартире не лучше, чем с входной дверью. Все в руках разваливается. И дело не в том, что там давно мужика не было. Дело было в том, что он там когда-то был. Борис матери ремонт делал лет десять назад, и до сих пор все функционирует без каких-либо проблем, отцу даже ничего исправлять не приходится. А тот, кто был у Дуси…, Дульсинеи Петровны, – не мужик вовсе, если на годы вперед свою женщину комфортом не обеспечил.
Вот сегодня и прорвало. Сегодня он понял, что «немужик» Дусю ее еще и бил. Не может для ее реакции быть другого объяснения. И это вызывало определенные эмоции. Сильные эмоции.
Борис тряхнул головой и все с тем же раздражением принялся наблюдать, как самый молодой в их бригаде Филька играет бицепсами, старясь выглядеть перед симпатичной швеей в более выгодном свете. А бицепсы у Филимона лишь немногим уступают его собственным. И ростом он совсем немного уступает. Сантиметров на десять….
– Чего ты дергаешься? – Возмутился все же Борислав. – Дай человеку нормально измерить. А то пришьет рукав к….
– Так я просто показываю, что просторно должно быть. Когда мы раму поднимать будем, порвется же все…. – Ответил Филька, голосом которого можно было бетон крошить, настолько низким он был.
– У меня не порвется. – Спокойно ответила Дуся, записав данные в блокнот. – Все, можете одеваться. Следующего можете пригласить.
Борис проводил ухмыльнувшегося Филимона тяжелым взглядом и переключился на мастерицу.
– Этот последний был. – Проворчал он, и тут же дал себе мысленного подзатыльника. – Давайте, теперь съездим, пообедаем. И ткань купим. – Неловко добавил он, вдруг сообразив, что слишком давно никуда не приглашал женщин.
– Проголодались? – Дуся закрыла блокнот и сложила свои вещи обратно в сумку. – В центре есть хорошая столовая….
– Я думал, хотя бы… кафе…. Ресторан, может быть? – Мужчина еще раз раздраженно выдохнул. Так себе из него романтик. Вчера глупостей наделал, сегодня наговорил….