Чтение онлайн

Саймон быстро отговорил меня от этой мысли, как это мог сделать только он, указав на все случаи, когда Диана была рядом со мной на протяжении многих лет, и всех парней, что были у меня, даже когда у нее не было ни одного, и что если она и завидовала, то, скорее всего, потому что чувствовала, что ее значимость в моей жизни находится под угрозой, а это нормальное явление для лучших подруг в нашем возрасте.

Диана и я помирились в тот же день, после обильных слез и извинений, и она пообещала, что даст Кори еще один шанс. К счастью, спустя несколько месяцев появился Аарон, и я прочно опустилась на вторую ступеньку. Я не жалуюсь, хоть я и никогда раньше не видела Диану такой счастливой или чтобы она так серьезно относилась к парню. Буквально две недели назад она упомянула о покупке квартиры с Аароном в следующем году. Похоже, она наконец-то перестанет донимать меня просьбами переехать к ней. Я люблю свою лучшую подругу, но она опустошает баки с горячей водой своими долгими душами, чистит все разъедающим кожу отбеливателем, а еще любит стричь ногти на ногах во время просмотра телевизора. А если она не может заснуть? Никто не спит.

Повеселись, живя со всем этим, Аарон.

– Итак, когда ты едешь? – спрашивает Диана. Ее взгляд мечется туда-сюда, осматривая толпу, даже когда она разговаривает со мной.

Чем раньше, тем лучше, если мой отец собирается начать химиотерапию, или облучение, или что там рекомендуют врачи. До него единственным человеком с раком легких, которого я когда-либо знала, была миссис Хаглер, старушка, жившая в доме позади нас. Она была давней подругой родителей Саймона, и у нее не осталось родных, поэтому Саймон иногда подвозил ее в больницу на химиотерапию. Это продолжалось несколько лет, пока она не сдалась. Ближе к концу миссис Хаглер проводила много времени, сидя на заднем дворе в вязаной шапке, прикрывавшей ее редкий пух, и попыхивая сигаретой, в то время как кислородный баллон стоял всего в полуметре от нее. К этому моменту она уже смирилась с тем, что будет дальше.

– Подруга моего отца сказала, что есть свободное место на воскресенье, так что… Я думаю, может, тогда? Если оно не окажется занято до завтра. Она сказала, что купит билет, но я не хочу лететь туда за ее счет. Я имею в виду, что, если это окажется ужасной идеей и я захочу вернуться, как только приеду?

– Ты будешь чувствовать, что обязана остаться, – соглашается Диана. Она делает глоток из своего бокала и кривится. Эту порцию бармен намешал очень крепкой. – Пусть папочка Уорбакс [6] купит тебе билет из своей секретной заначки. Мы все знаем, что мозгоправ хорош для этого.

Диана убеждена, что у Саймона есть тайное хранилище под нашим столетним домом и он проводит ночи за описью горы золотых монет.

Но несмотря на то, что он делает большие деньги на хрупких психиках, маловероятно, что он когда-нибудь сможет накопить такое богатство, учитывая тягу моей матери к изысканным вещам. В этом отношении она даже хуже меня.

– Но давай серьезно, Калла, Саймон прав. Если ты не поедешь и твой отец не справится, ты будешь жалеть об этом. Я тебя знаю.

И она знает лучше, чем кто-либо другой. Мы с Дианой стали лучшими подругами с тех пор, как я начала учиться в частной школе, расположенной в нескольких кварталах от нашего дома. Мне было одиннадцать лет, и я не знала ни одной живой души в этом новом месте. На перемене Диана покрасила мои ногти в синий цвет яйца малиновки. Это по-прежнему мой любимый цвет. Она знает все о моем отце и о той душевной боли, которую он мне причинил. Она также знает все незаданные вопросы, на которые я до сих пор ищу ответы.

В первую очередь, почему «Дикая Аляска» важнее для Рена Флетчера, чем его собственная плоть и кровь?

Тем не менее встреча с ним кажется огромным риском. Я не уверена, что у меня хватит смелости на такое.

– А что, если он просто отец-неудачник?

– Тогда ты раз и навсегда узнаешь, что он – отец-неудачник. – Диана замолкает. – А может быть, он на самом деле хороший парень и есть другая его сторона, которую ты узнаешь и полюбишь.

– Да, наверное, – с сомнением отвечаю я. Меня терзает иное, более мрачное беспокойство. – Но что, если ему не станет лучше? Это будет все равно что потерять его снова, только на этот раз не просто в мыслях.

– Зато у тебя появится что-то настоящее, за что можно держаться. Слушай, мы можем играть в эту игру «что, если» все лето, или ты можешь получить ответы. О, привет! – Диана машет кому-то позади меня.

Мгновение спустя – сюрприз, сюрприз! – влетает Аарон.

Я отвожу взгляд, пока они с Дианой обмениваются долгим, достойным киноэкрана поцелуем, и во мне вспыхивает раздражение. Обычно мне было бы все равно, но сегодня после тяжелого дня мне нужно безраздельное внимание моей лучшей подруги, хотя бы на этот раз.

– Слышал о работе, Кэлли. Это отстой.

При росте метр восемьдесят четыре, Аарон возвышается надо мной, даже если я на каблуках. Мне приходится откинуть голову, чтобы встретиться с его чернильносиними глазами.

– Это так. Но разве это не всего лишь работа, верно? – Забавно, что теперь, когда я отвлеклась на отца, эта фраза дается мне легче.

– Хотела бы я, чтобы меня уволили с зарплатой за четыре месяца, – сетует Диана.

Она работает помощником юриста в юридической фирме среднего размера и ненавидит каждую секунду этой работы, что, как я полагаю, и стало одной из причин, по которой она вкладывает столько энергии в наш побочный проект.

– Мой приятель – хедхантер для банков. Он сразу же устроит тебя на новую работу, – предлагает Аарон.

– Спасибо, – вздыхаю я, отгоняя мрачное настроение. – Кстати, отличная бородка.

Аарон проводит ладонью по тщательно подстриженным лакрично-черным волосам, покрывающим его челюсть.

– Держится неплохо, а?

– Да, – соглашаюсь я, любуясь четкими линиями. – Где ты только нашел настолько талантливого барбера?

– Это была барберетта вообще-то. – Он ухмыляется. – Горячая штучка барберетта…

– Перестань приставать к моей лучшей подруге. И придумывать слова. – Диана бросает на него строгий взгляд, но затем подмигивает.

Два месяца назад Диана решила, что нам нужно написать статью под названием «Преврати своего парняувальня в городского джентльмена». Для блага всего женского рода, настаивала она. Или, по крайней мере, для девушки привлекательного, но волосатого и неухоженного официанта, который угощал нас большим количеством вина и спанакопитой в греческом ресторане на авеню Данфорт.

Поэтому Диана пригласила Аарона стать нашим подопытным кроликом для живой демонстрации. Будучи благосклонным парнем, Аарон с его детским лицом обходился без бритья, пожаловавшись всего сто раз. Но он удивил нас – и самого себя – тем, что сумел отрастить довольно толстый слой волос.

Ни Диана, ни я никогда раньше не брили мужское лицо, но опыта работы с машинками для стрижки у меня оказалось побольше, поскольку в старших классах школы я работала волонтером в приюте для животных и провела целый семестр, украшая потрепанных псов, чтобы повысить их шансы на усыновление. Поэтому мы решили, что с этой задачей я справлюсь. В процессе подготовки я просмотрела десятки уроков на «Ютубе». А в прошлые выходные, под пристальным взглядом камеры айфона Дианы, преобразила потрепанную растительность Аарона до статуса бороды, достойной модели на обложке журнала.

Аарон наконец-то стал похож на двадцативосьмилетнего мужчину, а не на восемнадцатилетнего парня.

Диана тянется вверх, чтобы провести изящными пальцами по его челюсти.

– Это был самый популярный пост, который мы когда-либо делали. Все эти жаждущие самки…

Эти жаждущие самки, а еще тот факт, что компания, инструменты которой купила Диана, разместила наше видео в своих социальных сетях после того, как мы отметили бренд. У меня в ушах звенело еще добрых полчаса после того, как подруга позвонила мне, истерически визжа.