Чтение онлайн

Для уроков мы выбираем ровную, заасфальтированную площадку у самого выезда из города. Не знаю, что здесь планировалось, но получившееся в итоге отлично подходит для наших целей. Маг объясняет, для чего нужны педали и рычаг. Предназначение руля вполне очевидно и без пояснений. Во времена обучения на боевиков, отдельный спец-курс посвящали основам управления мобилем. Я прослушала пару лекций и перестала ходить. Все казалось чересчур скучным. Теперь, без нудных наставлений и часов теории, практика выглядит довольно привлекательно. Особенно, если не относиться к ней серьезно.

Мы меняемся местами и… Я никогда не думала, что управлять транспортным средством так весело. По крайней мере, мне. После первых двух попыток тронуться с места и глохнущего двигателя, я набираюсь достаточно злости и, сопровождая свои действия потоком нецензурных выражений, заставляю мобиль резво двинуться вперед.

— Тормози! Тормози! — дипломат упирается обеими руками в панель перед собой и совершенно не ценит мой энтузиазм. Зря…

Я выворачиваю руль влево, замечая край площадки. Мобиль немного заносит. Мага впечатывает в пассажирскую дверь. Но мы уверенно поворачиваем. И несемся к следующему краю. Нет. Ездить по кругу — не то, чего бы мне хотелось. Выворачиваю руль вправо. Затем резко влево. Краем уха слышу крайне красноречивые комментарии. Инерция разворачивает транспорт на сто восемьдесят градусов, и мы несемся обратно. Но расстояние до края площадки довольно мало. Поэтому следует еще один поворот. И следующие пятнадцать минут я выкручиваю замысловатые петли, зигзаги и восьмерки на ограниченном пространстве. Не отпуская педаль, отвечающую за движение…

Когда терпение Деметрия подходит к концу, я резко меняю педаль и торможу. Напарник едва не влетает головой в лобовое стекло. Мы останавливаемся ровно в центре площадки, где и начали сегодняшний урок. Откидываюсь в кресле и удовлетворенно выдыхаю. Встряхиваю руки, немного ноющие от напряжения. И почему я раньше не пробовала садиться за руль?

— Ты водишь хуже Олежа! — выдает свой комментарий маг и выбирается из мобиля, резко хлопнув дверцей.

Необычно для него. Хотя и неудивительно. Все же не каждый день кто-то столь изощренно играет на его эмоциях. Прикрываю глаза. Да. В какой-то мере сегодняшняя выходка — попытка получить хоть какую-то подпитку. Негативные эмоции — страх, раздражение, злость. Они не заменят мне утраченные способности, но могут немного подкормить изголодавшееся эго.

Медленно вдыхаю и выдыхаю. Что ж… Одной цели я точно достигла. Отвлеклась от мыслей о сыне и здоровье. Ненадолго. Собираюсь с силами и выхожу на улицу. Деметрий стоит в стороне и нервно курит. Точнее чередует затяжки и кашель. Подхожу ближе и забираю у него сигарету. Он никогда не умел курить. Глубоко затягиваюсь. Легкие наполняются горьким дымом. Во рту появляется неприятный привкус. Нос забивается запахом табака. Неплохие сигареты.

— Ты еще и куришь? — удивляется бывший сокурсник.

— Иногда…

Первый раз я попробовала курить после рождения Анджея. Пыталась справиться с напряжением. Быстро поняла, что мне не помогает. Бросила. Но с тех пор под настроение могу выкурить пару сигарет. В два затяга докуриваю отобранную у дипломата.

— Прости. За мобиль…

Он забирает у меня окурок, мгновенно превращая его в пепел. Кивает.

— Я не знаю, каково тебе сейчас. Но водишь ты действительно хуже Олежа.

С губ срывается нервный смешок. Маг тоже давится, чтобы сдержаться. А потом мы оба смеемся, отпуская нервное напряжение. Пасмурное с утра небо неожиданно прорезает солнечный луч. Ненадолго. Всего лишь пару мгновений мы видим краешек солнца, а затем просвет затягивает.

— Домой?

Я киваю в ответ на вопрос. Мы возвращаемся к мобилю. Садимся на привычные места. Прежде чем тронуться, Деметрий бросает на меня короткий взгляд:

— Если захочешь еще покататься — скажи. Я возьму с собой шлем и бронежилет.

Я невольно улыбаюсь. Пожалуй, есть еще одна неизменная вещь — близкие. Им можно доверять. Хотя бы немного.

Библиотека… Огромное помещение с множеством стеллажей и полок. Старинные свитки. Фолианты. Справочники. Древние словари, сохранившие память об исчезнувших языках. Тишина. Запах пыли и застоявшегося воздуха. Если говорить более романтично — здесь обитает аура истории нашего мира. Ее половины… Во времена после войны наследие, оставшееся от погибших материков, поделили строго пополам. И часть, доставшаяся Свету, представлена здесь.

Медленно бреду по лабиринту, ориентируясь на указатели. После утренних уроков вождения я не смогла сидеть дома. И к вечеру попросила Деметрия отвезти меня в штаб, откуда мы переместились на базу. Хранитель библиотеки — волшебница немного за сто лет с внимательным взглядом и бледной кожей — изучила мою карточку и позволила осматривать и читать все, что захочется. Но не выносить за пределы. Справедливо. У меня нет нужды тащить домой древние рукописи. Хватит времени, потраченного на них здесь. К тому же помощь Хранителя может пригодиться. По правилам библиотеки эту должность занимает тот, кто изучил мертвые языки. А без особого интереса и склонности освоить их весьма сложно… Я, например, бегло читаю лишь на одном. И понимаю по паре-тройке слов из оставшихся.

Останавливаюсь перед нужной секцией. Древняя литература. Здесь собрано то, что не поддается сортировке и не может быть использовано по прямому назначению. Самая заброшенная часть библиотеки. Больше половины занимают те самые древние словари. Полустершиеся рукописи, спасенные из погибших городов только чудом. Свитки, готовые рассыпаться в руках… Мечта любого историка.

Делаю глубокий вдох, предвкушая часы кропотливой работы, и… Оглушительно чихаю. Тьма забери всю эту древность. И проклятые правила хранения, не позволяющие применять чистящие заклинания для наведения уборки. Ведь «старинные рукописи должны храниться в соответствии с теми условиями, из которых были изъяты». Как будто они развалятся, если поместить их в стерильные упаковки.

Натягиваю на руки белые перчатки для работы. Поднимаю ворот свитера, чтобы закрыть нос и рот. Завтра нужно взять с собой защитную маску. Иначе я рискую здесь задохнуться. Или заработать аллергию. Что сейчас совсем не нужно. Здоровье и без того подорвано…

Направляюсь к ближайшей полке и начинаю изучать содержимое. Символ, оставленный на полу в доме князя еще осенью, оказался весьма редким и интересным. Отдельные его черты я находила в обозначении трав. Особенно тех, что сохранились со времен до Войны. После в общую систему обозначений внесли существенные изменения, но кое-что осталось прежним. Именно схожесть и заставила меня обратиться к более ранним источникам знаний.

Конечно, зная изощренность темных, можно предположить, что послание — не более чем отвлекающий маневр. Но… В конце концов, чем еще мне заниматься? Тратить полученные МДЕ на всякую чушь? Изводить себя мыслями о болезни? Предаваться тоске по сыну? На все это и так вполне хватает времени. А поиски дают призрачный шанс уцепиться за нечто стоящее.

Я аккуратно перебираю книги в твердых обложках. Атлас мира. Словарь какого-то мертвого языка. Правила этикета Империи. Да. Когда-то в нашем мире тоже существовали государства. Монархи. Придворные. Титулы. Война уничтожила все. Не осталось границ. Классов. Различий в народности. Кровь выживших смешалась, рождая нечто новое. От тех времен сохранились лишь мелкие особенности: более темная кожа, волосы и глаза у южан, более светлые оттенки у северян, узкий разрез глаз на востоке, более классические черты на западе. Язык стал общим и в его основу лег именно Имперский. Когда-то государство занимало едва ли не половину материка…

Перехожу к следующему стеллажу. Здесь содержимое более упорядочено. Видимо Хранитель хотя бы иногда заглядывает сюда, чтобы прибраться. Карты отдельных областей. Заметки путешественников. Справочники… А вот и то, что нужно. Травник. Если части символа впервые встретились мне именно в обозначениях растений, стоит начать именно с них.

Забираю книгу и иду к столу. В каждой секции оборудовано свое место для чтения. Включаю лампу. Кладу фолиант на специальную подставку. Открываю. На мое счастье он написан на имперском. И именно его из-за схожести с современным я могу бегло читать. Впрочем само содержание книги мало меня интересует. Большее внимание я уделаю символам, расположенным рядом с рисунком каждого растения.