Чтение онлайн

Глаза Байрони расширились от смущения, а Брент наклонился и нежно поцеловал ее сжатые губы.

— Я нетерпеливый мужчина, любимая, — проговорил он, чуть прикоснувшись губами к ее щеке. — Пойдем же, и делай, как я прошу.

Ему захотелось рассмеяться, глядя в лицо ошеломленной Байрони, но вместо этого на его губах появилась насмешливая ухмылка.

— Ты умница, Байрони, и, возможно, возьмешь верх надо мной в будущем. В отдаленном будущем.

— Ненавижу тебя, — прошептала она.

— Не правда. Ты просто проиграла. — Брент принялся расстегивать пуговицы на спине ее платья.

Прошу, хотелось ей сказать, пожалуйста, не делай этого. Но она оставалась безмолвной. Она чувствовала, как быстро поддавались пуговицы его ловким пальцам, и мысль о том, что он не раз раздевал женщин, заставила ее забыть о своей покорности и пассивности.

— Нет! — Байрони вырвалась от него. — Не надо, Брент!

Брент помолчал, потирая длинными пальцами подбородок. Потом отвернулся от Байрони и запер дверь.

Он слышал ее учащенное дыхание.

— Я справлюсь с тобой, дорогая, — очень спокойно проговорил он. — Нет, Байрони, я не стану тебя насиловать, хотя беру на себя смелость утверждать, что такое насилие доставило бы тебе наслаждение уже хотя бы потому, что подтвердило бы твою мысль, что я оказался таким же подонком, как твой отец и брат-недоносок.

— Но ты такой и есть! Все мужчины такие! Нет, не приближайся ко мне, Брент!

Но он подошел. Крепко удерживая ее около себя, он медленно снял с нее платье и белье. На ней остались только рубашка и чулки, когда она качнулась к нему, обессиленная попытками сопротивляться.

— Я буду кричать, — предупредила она.

— Если будешь кричать, вставлю тебе в рот кляп. — Он подвел ее к кровати, поднял и положил на спину. Байрони смотрела настороженно и гневно.

Он молча снял с нее то, что на ней оставалось. — Ну а теперь, — спокойно сказал он, отступив от кровати, — пожалуйста, лежи спокойно, Байрони. И накройся, если хочешь.

Натянув на себя одеяло, Байрони уставилась в потолок. Она слышала, как раздевался Брент, но решила не замечать его присутствия. «Я перехитрю его, — проснулась в ней неопределенная надежда, — буду безучастна, не стану отвечать».

Подойдя к ней, Брент внимательно посмотрел на ее профиль. Так вот, значит, в какую игру она решила сыграть, подумал он ухмыльнувшись. Дурочка! Не понимала, что женщина, познавшая наслаждение, которое он ей подарил, не может долго оставаться безжизненной и бесчувственной. Он сунул руку под одеяло и нащупал грудь Байрони Она мгновенно напряглась и попыталась увернуться. Тогда он отбросил одеяло и лег на нее, лишив возможности шевельнуться. Опершись локтями на постель, он всматривался в ее лицо.

— Я твой муж, — заговорил он, — за которого ты добровольно согласилась выйти. Я лишил тебя девственности и научил наслаждаться. Почувствуй меня, Байрони.

— Нет, — возразила она, отвернувшись. — Не стану.

— Ты совсем ребенок, — тихо проговорил он и принялся ее целовать. — Стань для меня женщиной, Байрони.

Она попыталась отбросить всякие эмоции, сосредоточиться на его вероломстве, на мыслях о его любовнице. Но чувствовала его прикосновения, ощущала влагу и тепло его губ, сомкнувшихся вокруг ее соска. И, не в силах удержаться, выгнулась вверх. Он покусывал, целовал ее грудь, а руки его нежно обнимали ее.

— Нет, — шептала Байрони, уже не ему, а себе, но волшебные пальцы Брента и его искусный язык продолжали блуждать по ее телу. Вожделение охватило ее. — Нет! — крикнула она снова, надеясь звуком собственного голоса заглушить невероятные ощущения.

Он раздвинул ей ноги, склонился к ней лицом.

— Какая ты белая и мягкая, — восхищался Брент, изучая все изгибы ее тела, и она помимо воли воспламенялась еще больше. — А эти мягкие вьющиеся волосы — сущее наслаждение. — Брент нежно ласкал ее пальцами.

Байрони стонала.

— Я ненавижу тебя! — снова закричала она, не сознавая, что уже сжимает плечи Брента и гладит его волосы.

— Ну конечно, любовь моя. — Он целовал ее бедра, говорил о том, какая она очаровательная, как восхитительно отзывается на его ласки.

Брент намеревался, по крайней мере вначале, наказать ее, подвести к высшей точке наслаждения и оставить наедине с ощущениями. Но не смог — он хотел ее и стремился, чтобы она получила удовольствие.

Она выгнулась ему навстречу, и он накрыл своим ртом ее губы, упиваясь их сладостью и удивительной нежностью. Брент приподнял ее бедра, ощущая пробегавшие по ней судороги наслаждения и слыша ее стоны. Приподнявшись над Байрони, он ворвался в нее. Она закричала, задрожала и обхватила бедрами бока Брента.

«Ты не должен», — твердил себе Брент, боясь, что не сможет в нужный момент вырваться из нее. Но неимоверным усилием воли заставил себя это сделать.

Байрони почувствовала на себе весь вес тела Брента, услышала его неровное дыхание. Ее все еще сотрясала дрожь.

— Ты вышел из меня, — удивленно и разочарованно пробормотала она.

— Да, — еле откликнулся Брент, слабый и разбитый. Ему хотелось сжать ее в объятиях, целовать и ласкать, пока она не уснет на его груди. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и в его ноздри во рвался запах магнолии — аромат Лорел. Брент встал с постели, пристально посмотрел на Байрони.

— Ты получила урок, Байрони. Никогда больше не отвергай меня. Ты только проиграешь. — Но она победила", — подумал он, вспомнив свое неодолимое желание. Брент застыл и прищурил глаза. — И никакого насилия, не правда ли? — лениво протянул ин.

Байрони подняла на него усталые, разочарованные глаза.

— Нет, насилия не было. — Она медленно натянула на себя одеяло и повернулась на бок, спиной к Бренту. Она чувствовала себя опустошенной, отвергнутой. Она свернулась калачиком, подтянув колени к груди и опустив голову.

— Черт возьми, — тихо проговорил Брент.

«Надо уйти от нее, вернуть самообладание». Он быстро оделся, ни разу не взглянув на нее, однако, подойдя к двери, не удержался и оглянулся. Байрони не пошевелилась, но и не плакала.

Брент снова выругался и плотно закрыл за собой дверь спальни.

— Байрони! Что такое? Что это вы до сих пор в постели?

Она с трудом сообразила, что был уже вечер. В спальне было темно. Она сощурилась от света, прорвавшегося из гостиной и высветившего в дверях силуэт Мэгги.

— Послушайте, вы не заболели?

Да, ей нездоровилось, но Сента звать не хотелось.

Она с трудом распрямила одеревеневшее тело и снова медленно опустила голову на подушку. Натянув до подбородка одеяло, Байрони тупо уставилась на Мэгги.

— Нет, — ответила она, — я не заболела, просто устала.

Прищурив глаза, Мэгги вошла в спальню. Она зажгла лампы, остановилась у кровати.

— Вы беременны?

Прямо поставленный вопрос ошеломил Байрони.

Она хмыкнула:

— Беременна? Я? Я еще слишком молода.