Дикая. Я тебя сломаю
Шрифт:
— Спасибо, — бурчу, переступая через себя.
— Должна будешь, — усмехается мажор с привычным сарказмом.
Я закатываю глаза.
— Пошёл ты, — привычно огрызаюсь и разворачиваюсь.
Автобус чинят довольно быстро, даже не ожидала, что этот треш так быстро закончится. Сергей Петрович загоняет студентов обратно в автобус.
Я захожу почти последней, сажусь на своё место. Вовчик уже сидит и тут же наклоняется ко мне.
— Ну что? — спрашивает он с какой-то странной, прикрытой злобой. — Как тебе компания моего друга?
— Нормально, — пожимаю плечами.
— Дина, — он смотрит на меня серьёзно. — Не стоит на него вестись. Ярослав меняет девушек, как перчатки, а то и чаще. Ты же умная девочка. Не хочу, чтобы ты стала очередной галочкой в его списке.
Я не выдерживаю и прыскаю со смеху.
— Ахах, — поворачиваюсь к нему. — Кто бы говорил. Ты ведь и сам такой.
Лицо Вовы меняется, будто я и его следом за Ярохиным ударила.
— Нет, — едва слышно шепчет. — Ты мне правда нравишься.
Господи…
Я устала от них обоих. От этих разговоров, взглядов и тупых намёков. Ничего не отвечаю, считая это очередной глупой уловкой от парня, который и сам не прочь затащить меня в постель.
— Расслабься. Вы с Ярохиным оба не в моем вкусе, — бросаю довольно дерзко, криво ухмыляясь и Вован тоже кривится, словно мои слова реально его задели.
Автобус трогается с места. Сергей Петрович начинает говорить о том, что мы потеряли время из-за поломки, что в гостиницу приедем уже ночью, ещё какие-то организационные моменты…
Я отворачиваюсь к окну, но в какой-то момент почему-то оборачиваюсь назад.
Наши с Ярославом взгляды встречаются. Он смотрит на меня пристально, лениво и до безумия прожигающе. Томно, будто знает что-то, чего не знаю я.
И хоть на мне больше нет его толстовки, я какого-то чёрта до сих пор ощущаю его запах.
Это бесит сильнее всего.
Глава 16
Ярослав
Мы наконец добираемся до Черноборска. Эта дорога казалась какой-то бесконечной вечностью, растянутой до предела. Было ощущение, что автобус едет уже не по трассе, а по кругу, и конца этому издевательству просто нет.
Вокруг глубокая ночь. Такая, что фонари светят будто в никуда, выхватывая из темноты куски асфальта и пустые обочины, а тишина звенит в ушах. Автобус останавливается с протяжным скрипом, и студенты начинают вываливаться наружу: сонные, перекошенные, с мутными глазами и лицами людей, которых подняли среди ночи без предупреждения.
Спускаюсь по ступенькам и чувствую, как ноги гудят от усталости. Спина ломит, шея затекла, а задница после этой грёбаной поездки просто горит огнём. Кажется, ещё немного, и я начну хромать. Хочется просто лечь и вытянуть ноги, почувствовать себя нормальным человеком, а не мешком с костями.
— Дорогие студенты! — бодро орёт Сергей Петрович, будто не он нас мурыжил в автобусе полдня. — Мы приехали. Здесь мы будем жить!
Он тычет пальцем в небольшой гостевой дом. Двухэтажный, аккуратный, с тускло светящимися окнами. Не пятизвёздочный отель, конечно, но, если честно, я ожидал увидеть разваливающийся барак. Для такой дыры ещё и вполне сносно, даже удивительно.
— Теперь вам нужно разбиться на пары, чтобы заселиться в номера! — продолжает он, перекрывая гул голосов. — Мальчики с мальчиками, девочки с девочками!
Мы выстраиваемся, как в детском саду. Плечо к плечу, сонные, еле стоящие на ногах. Рядом со мной стоит Вовчик, хмурый, челюсть напряжена, от него прям фонит раздражением. Я кожей чувствую, что он что-то вынашивает. Предъяву, конечно. Да мне похер, пусть думает что хочет.
Бросаю взгляд в сторону, Дина стоит одна. Не лезет ни к кому, не суетится. Гордая, бля, одиночка. И почему-то именно на неё взгляд всё время возвращается, словно по инерции и я сам себя за это мысленно посылаю нахер.
Заселение тянется медленно. Кто-то ржёт, кто-то зевает, кто-то уже шепчет про бухло и тусовки. Безрукин с моего курса, как и ожидалось, начинает качать тему:
— Да нахер спать, пацаны, давайте за приезд ебанём!
Но Сергей Петрович тут же обламывает:
— Никаких сабантуев! Завтра в восемь утра жду вас в холле. Бодрых, выспавшихся и без подозрительных запахов!
Все ржут, переглядываются. По глазам вижу, что хрен кто его послушает. А мне реально похер, я хочу только одного: просто лечь и отключиться.
Беру ключ, поднимаюсь по лестнице. Коридоры узкие, пахнет старым деревом и чистящим средством. Дины нигде не видно, значит, уже в номере. Ловлю себя на том, что ищу её взглядом, и снова мысленно матерюсь.
Захожу в номер, в нём кровати, шкаф, туалет. Скромно, для меня так особенно непривычно, даже телека нет, ну и ладно. Сумку кидаю у стены. Следом за мной молча заходит Вовчик.
Он включает воду, шумит кран. Я делаю вид, что всё нормально. Разбираю сумку, падаю на кровать, пялюсь в потолок. Белый, с кучей трещин. Заебись вид.
Вода выключается, Вовчик подходит почти бесшумно.
— Ты чё, на мою Дину запал? — выдаёт вдруг.
Я аж хмыкаю от неожиданности и сажусь.
— С чего ты взял? — сухо бросаю.
— А я, по-твоему, слепой, что ли?! — он повышает голос.
И вот это меня бесит.
— А ты чё орёшь на меня?
— Ты какого хрена её себе в пару выбрал? Подкатить решил?
— Ну даже если и так, то чё? — пожимаю плечами. — С чего ты вообще решил, что она твоя?
— Потому что ты знал, что она мне нравится!
— Охуеть, — фыркаю. — Давай ещё из-за какой-то левой тёлки поссоримся.
И тут он берёт и пихает меня в грудь.
Этот жест заводит меня с пол-оборота, я резко вскакиваю.
— Ты чё, охуел?!
— Это ты охуел! — орёт Вован так, будто в него демоны вселились. — Свали с дороги и не мешай мне!
— Ты не в её вкусе, — вылетает у меня само, и я тут же вижу, как у него в глазах вспыхивает огонь.
— Ты чё, гнида, с ней меня обсуждал?! — он подходит вплотную, мы почти лбами упираемся.