Дикие сны Кассандры
Шрифт:
Затаив дыхание, Кассандра рассматривала бойницы и сторожевые башни на крепостных стенах. Около сотни стражников, сверкая стальными щитами и мечами, охраняли подъездные ворота. Поверх лат на них развевались длинные красно-черные плащи, расшитые серебром. Ни один из них не приветствовал прибывшего сеньора. Хуже того, на Кедедрина с грозным видом смотрели свирепые лица стражников.
Мост через крепостной ров медленно опустился на железных цепях, и Кедедрин со спутницей подошли к нему. Два ряда стражников верхом на конях проскакали через первый мост и, подняв копья, преградили им дорогу.
Кедедрин, величественно восседавший верхом на вороном коне, остановился перед первым воином.
— Роберт Макдуф, — приветствовал он главного стража, — прошло десять лет с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Тебе, должно быть, уже стукнуло пятьдесят, но ты совсем не изменился со времен, когда я был десятилетним мальцом.
Стражник не сразу узнал хозяина, глядя на него со второго моста.
— Молодой Кедедрин Кенмур?
— Граф Эбердурский, к вашим услугам. — Кедедрин сделал легкий поклон. — Я вернулся в свой дом. Надеюсь, мне здесь рады?
— Граф? — изумленно воскликнул Роберт Макдуф и, нарушая правила этикета, подскочил на коне вплотную к Кедедрину. Он внимательно всматривался в его лицо и лишь беглым взглядом окинул Кассандру. — Былой титул отца?
— Да, король вернул мне наш родовой титул, — ответил Кедедрин, с удовлетворением глядя на выправку солдат и хорошо укрепленный крепостной ров. — Вижу, в своих докладах ты не преувеличил своих заслуг. Замок в хорошем состоянии. Отец был бы доволен тобой.
— Я всегда был предан Лайэму, да упокой Бог его душу, а сейчас я ваш верный слуга, Кедедрин Кенмур. К сожалению, должен вам доложить, что крестьяне совсем распустились, работать не хотят, боятся, что их земли и стада захватят соседние кланы. Возможно, теперь, когда вы вернулись домой, господин, наконец прекратятся эти набеги и распри и люди снова выйдут на поля?
Упираясь в стремя, Макдуф сделал круг на лошади.
— Трубите во все горны! Наш сеньор вернулся! Пусть знают все: наш сеньор вернулся!
Стражники опустили копья, сбившись по краям моста, а молодой воин со всех ног бросился разносить известие о прибытии хозяина Эбердура среди остальных солдат.
Вскоре вся округа огласилась звуками горнов и звоном мечей, возвещавшими о возвращении хозяина, которые были слышны на несколько миль вокруг.
Кедедрин и Кассандра торжественно въехали во двор в сопровождении Роберта Макдуфа и дюжины других стражников.
Навстречу им торопилась полноватая пожилая женщина с седыми волосами, сияя от радости.
— Кедедрин! Ты вернулся, мой мальчик! Мы знаем, что ты был у короля, и ждали известия о твоем приезде. Гонец опоздал, и ты прибыл раньше его!
— Мокси — моя старая няня. Теперь она управляет замком, — объяснил Кедедрин, обращаясь к Кассандре, и, улыбаясь, спрыгнул с коня. — Мокси, познакомься, это леди Кассандра. — Отдав поводья конюшему, он помог ей сойти с лошади и, высоко подняв ее руку, объявил: — Леди Кассандра, новая хозяйка Эбердура.
Собравшаяся во дворе челядь вытянула шеи, рассматривая девушку. Даже стражи были поражены этим известием. Всех поразил ее вид: Кассандра сидела верхом без седла, в истрепанном платье, с огненно-рыжими, разметавшимися по спине волосами. Да, необычную леди привел к ним Кедедрин.
Ожидая, что за ними должна следовать свита, Мокси в растерянности увидела, что никто их не сопровождает. Кассандра покраснела от стыда, когда Мокси не обнаружила никакой свиты. В этот момент Мокси всплеснула руками и, улыбаясь во все лицо, схватила Кассандру в объятия.
— Как хорошо, что вы вернулись. Женщина, которая любит Кедедрина и которую любит он, — самый желанный человек в этом доме. Точно такой желанной была и Сара, невеста Лайэма. Сейчас я отведу вас в ваши покои. Вы сможете освежиться и отдохнуть после дальней дороги, а потом вас официально представят в замке.
Вырвавшись из ее объятий, Кассандра отпрянула назад.
— Нет, — резко заявила она. — Вы все неправильно поняли. Я еще не дала согласия выйти замуж за графа. Просто я сопровождала Кедедрина до Эбердура, потому что он… Он похитил моего четвероногого друга, Триу-кэр.
Мокси в недоумении взглянула на Кедедрина.
— Но, моя дорогая, — забормотала она, — я никого здесь не вижу.
— Это неважно, — крикнула Кассандра, — я устала от всех этих условностей. Я хочу только одного — вернуться к себе домой.
— Леди Кассандра очень устала с дороги, — пояснил Кедедрин, обращаясь к слугам, которые были ошеломлены этой выходкой.
Кивнув всем присутствующим, Кассандра сжала кулак и занесла его над головой Кедедрина. Тот вовремя уклонился, быстро обняв Кассандру за плечи.
— Удивительная женщина, — воскликнул Кедедрин. — Смелая и рискованная. Теперь вы понимаете, почему я собираюсь взять ее в жены? — продолжал он, не обращая внимания на ее разъяренный взгляд. — Пожалуйста, проводите леди Кассандру в ее покои и срочно пришлите мне гонца. Мне надо сегодня же передать ему важное послание.
Он ласково подтолкнул Кассандру к Мокси и, отвязав веревку, которой Триу-кэр была привязана к седлу, взял ее на руки.
— Идемте со мной, миледи, — сказала Мокси. — Вам надо помыться и отдохнуть, а потом все обсудите с графом.
— Я останусь здесь только на одну ночь, — заявила Кассандра.
Кедедрин улыбнулся и показал жестом, чтобы она отправлялась в замок.
В сопровождении Мокси Кассандра нерешительно вошла в просторный вестибюль, за ними на значительном расстоянии следовали Кедедрин и Роберт.
Войдя в зал, Кассандра остановилась, ошеломленная его размерами. Он был в несколько раз больше любого зала, который она видела в своей жизни. На стенах висели гобелены, отображавшие историю рода Кенмуров. Половину зала занимал гигантский резной стол с массивными ножками, вокруг которого по обеим сторонам стояли пятнадцать резных стульев.
Чтобы ободрить Кассандру, Мокси положила руку на ее плечо.
— Последний сеньор Кенмур и его жена были большими поклонниками искусства и часто приглашали к себе художников. Они много потрудились здесь, чтобы украсить замок своими работами.
— Но мать Кедедрина, кажется, была крестьянкой? А эти вещи здесь… Это настоящие произведения искусства.
— Не простая крестьянка. Она обладала большим вкусом. Он познакомился с ней, когда поручил ее отцу, резчику по дереву, мистеру Дугласу Тейту изготовить кресло для большой столовой. Лайэм сразу влюбился в его дочь, заказывал ему все больше работ — только бы чаще видеть Сару. — Мокси указала на стулья. — Работа над каждым стулом занимала неделю, и покойный граф настоял, чтобы мастер с дочерью поселились на все это время в его замке. Как же граф любил эту девушку! Они были созданы друг для друга. Их связывала настоящая любовь.