Чтение онлайн

– Здравия желаю, товарищ Генерал-полковник. – Официальным тоном поздоровался Егоров.

Затем, переведя взгляд на гражданского, сидевшего за конференц-столом по левую руку от генерала Потапова, отметил про себя не глаженую рубашку, сдвинутый на бок галстук, довольно-таки толстые линзы в очках, и практически седые всклоченные волосы (чем в сознание Егорова вызвал сходство с одуванчиком), подумав: "Учёный, не иначе", произнес:

– Доброе утро.

Затем, опять повернувшись к Потапову и став по стойке смирно, начал уставной доклад.

– Товарищ Генерал-полковник, Генерал-майор Егоров по-вашему прик… – А увидев поднятую ладонь Потапова, осёкся.

– Вольно, Николай Петрович, вольно. Тебя всё равно никто не услышит. Присаживайся.

С легкой улыбкой сказал Потапов рукой указывая на стул с высокой спинкой, справа от себя, напротив "одуванчика". Егоров сел, заметив на столе перед Потаповым, чёрную пластиковую коробочку с горящим зелёным цветом светодиодом. ""Глушилка" – а вот это уже интересно, очень интересно" – подумал про себя Егоров.

– Это так… на всякий случай. – Заметив взгляд Егорова, сказал генерал-полковник, и указав рукой на гражданского, произнес:

– Арон Семёнович Гольцман. – Затем, переведя взгляд на Гольцмана, и указав рукой на Егорова, продолжил: – Генерал-майор Егоров Николай Петрович, прошу любить и жаловать.

– Очень приятно познакомиться. – Подал голос "одуванчик", но Егоров в ответ только коротко кивнул головой, и оба снова обратились к Потапову.

– Арон Семёнович, руководитель проекта "Будильник", под грифом АС, и у него возникла проблема, решение которой, Николай Петрович, кроме тебя я больше доверить никому не могу.

А вот это уже было более чем серьёзно. Гриф АС (Абсолютно Секретно) объяснял присутствие лейтенантов в приёмной Потапова. Протокол грифа АС предписывал двум офицерам ДГО всегда и везде сопровождать всех лиц, непосредственно задействованных в проекте, исключая любые внешние контакты своих подопечных, на всё время разработки проекта, будь то неделя или годы.

И это обстоятельство ощутимо озадачило Егорова. Но генерал-майор Егоров был достаточно опытным игроком, чтобы позволить себе хоть малейшей тенью выказать свое недовольство. Продолжая спокойно смотреть на Потапова, Егоров уверенно сказал:

– Чтобы найти решение проблемы, мне необходимо знать суть этой проблемы.

– А вот Арон Семёнович сейчас и доведет до Вас эту суть. Арон Семёнович, будьте добры… – Ответил Потапов, предоставляя слово "одуванчику".

– Спасибо, Валерий Николаевич. – Живо отреагировал "одуванчик", и начал витиевато излагать свою проблему. – Наша проблема, в принципе, не столь велика. Есть конечно определённые требования, но суть проблемы в следующем… Для продолжения эксперимента нам необходимы две "Подопытные свинки".

После этих слов Егоров недоуменно посмотрел на Потапова, тот ухмыльнувшись, пришел ему на помощь.

– Арон Семёнович, Вы бы не могли быть столь любезны не использовать в своей речи ваши афоризмы, а называть вещи своими именами. Перед вами люди военные, привыкшие иметь дело с однозначными определениями.

– Прошу прощения господа Генералы. – Замахав руками, затараторил "одуванчик". – Прошу прощения, увлекся, с кем не бывает, уж будьте снисходительны к старику… Для дальнейшего проведения эксперимента, нам нужны люди… Два человека, отвечающих необходимым требованиям. Первое – оба должны быть в отличной физической форме. Второе – они должны иметь довольно высокую боевую подготовку. Третье – основное требование – у них должно присутствовать определенное количество серого вещества в черепной коробке… Ох, опять, прошу прощения… наличие ума. И четвертое – это не необходимое требование, а скорее желательное, отсутствие семейных уз. Вот, собственно, и всё.

И с чувством выполненного долга, "одуванчик" откинулся на спинку стула, переводя взгляд с одного генерала на другого.

На некоторое время в кабинете повисла гнетущая тишина. "Одуванчик" молчал, ожидая ответа генералов. А оба генерала молчали, обдумывая услышанное. Наконец Егоров поднял глаза на Гольцмана:

– Арон Семёнович, Ваше первое, второе и третье требования вполне понятны и объяснимы, и в принципе у меня есть две кандидатуры, полностью соответствующие вашим требованиям, включая и четвертое. – Потом, переведя взгляд на Потапова продолжил. – Я уверен Валерий Николаевич, ты знаешь, кого я имею в виду.

– Догадываюсь. – Отозвался Потапов. – И признаться честно, никого другого я предположить и не мог.

– Но… – Продолжил Егоров. – Как я уже сказал, Арон Семёнович, Ваше первое и третье требования вполне понятны и объяснимы. А вот второе и четвёртое подразумевает определенные риски. Я должен знать какие.

– Определенные риски существуют, чисто теоретически, например, риск невозврата.

– Невозврата? – Переспросил Егоров.

– Эээ… Чтобы вам объяснить это, Николай Петрович, вы должны понимать суть эксперимента. – Гольцман посмотрел на Потапова, и получив утвердительный кивок Генерала, продолжил. – Видите ли в чем дело, Николай Петрович, мы создали Портал Пространственно-Временного Перехода, если изъясняться более общедоступными терминами – "Машину времени", и уже успешно осуществили более тридцати перемещений. Мы использовали хомячков, кроликов, собачек и шимпанзе. И почти во всех случаях подопытные благополучно возвращались назад.

– Вы сказали "ПОЧТИ во всех случаях"? – Снова переспросил его Егоров, особо выделяя слово "почти".

– Да, за исключением двух. В первом случае, обе собаки погнались за каким-то зверьком, удалившись от генератора пространственно-временного портала (ГПВП) на значительное расстояние. После этого мы стали крепить ГПВП на тела подопытных. Во втором случае, на шимпанзе, сразу после перемещения, было совершено нападение какого-то хищника, очень похожего на львицу. У нас есть видеозапись. Именно этим обстоятельством вызвана необходимость второго требования. Но это всё второстепенно. Основная трудность, из-за которой проект зашел в тупик – это отсутствие достоверной информации. Как вы сами понимаете, даже НАШИ зверушки не могут ни говорить, ни писать. А имеющегося у нас видеоматериала крайне недостаточно для определения места и времени перемещения. Что касается места, то по растительности на записи можно с уверенностью сказать, что это джунгли, а не пустыня или тундра. А вот сказать где находятся эти джунгли, в Индии или на берегах Амазонки… Увы. Тоже касается и времени. Было ли осуществлено перемещение во времена Юрского периода или на пару дней назад сказать крайне затруднительно.

– Ну что ж, теперь суть понятна. – Сказал Егоров доставая из кармана мобильник. Набрав сообщение: "Надо встретиться. Не срочно", нажал на клавишу "отправить", и ожидая ответа повернулся Потапову.

– Я поговорю с ними, но… Не уверен, что они согласятся.

– Почему? – Удивился Гольцман.

– Потому, что они не ученые, Арон Семёнович, а солдаты. – Ответил за Егорова Потапов.

В кабинете опять повисла гнетущая тишина. Спустя несколько минут, голос снова подал профессор Гольцман.

– Заинтересуйте их суммой. – И видя вопросительные взгляды генералов продолжил. – На наш проект выделяются просто колоссальные средства. Предложите им по миллиону, каждому.

Генералы переглянулись, и в этот момент поступил сигнал получения сообщения. Егоров прочитал: "Через три дня. Я наберу.", чертыхнулся и сказал:

– Я смогу встретиться с ними через четыре дня. – И упреждая вопрос, срывавшийся из обеих ртов, отрезал. – Раньше никак.

Оба его собеседника молча кивнули, один с недовольством, другой с пониманием. После этого Егоров обратился к Потапову.