Чтение онлайн

Но, думаю, весь смысл был в том, чтобы наказать её, и он это сделал.

Я не знал, что произойдёт после этого. Афина выглядела ошеломлённой и по уши в дерьме, и я понятия не имел, как она собирается собраться с силами и осуществить свой план. Это был наш последний шанс. Мой последний шанс не подчиняться указаниям грёбаного Дина Блэкмура до конца моей гребаной жизни. При других обстоятельствах я бы просто пошёл и трахнул её. Она уже дала мне добро.

Но она дала мне согласие наедине. Это должно быть публично. Ей нужно попросить меня, даже умолять, трахнуть её публично, на глазах у всех так, чтобы не было сомнений, что Дин не может быть победителем. Что он не единственный, у кого она была. Мы должны всё испортить по-крупному, и единственный способ, которым я могу это сделать, это если Афина сможет взять себя в руки достаточно надолго, чтобы довести дело до конца.

А потом эта маленькая белокурая шлюшка преподнесла мне возможность на блюдечке с голубой каёмочкой.

— Это нечестно! Эта трейлерная шлюха получает всех троих, хотя она явно принадлежит Дину! Они всё ещё хотят её, хотя и не могут заполучить! Это, блядь, нечестно! — Она поворачивается ко мне. — Что ты собираешься делать, никогда больше не трахаться? Она принадлежит Дину. Он только что трахнул её на глазах у всех. Ты даже не можешь её получить! — Она повторяет это заплетающимся языком, и я ухмыляюсь, потому что она только что дала мне всё, что мне нужно.

— О? — Я приподнимаю бровь и поворачиваюсь к Афине, которая медленно поднимается со стола. — Я в этом не уверен.

А потом я поворачиваюсь к Афине, запускаю руку в её волосы и притягиваю её к себе для поцелуя.

Чёрт, это здорово. Каждый дюйм земли, который я завоёвывал с ней до этого, давался мне с трудом, она боролась со мной, царапалась и кричала всё время. Но на этот раз мы работаем вместе. На этот раз Афина хочет этого, и даже если это для её собственных целей, даже если она использует меня так же, как я когда-то использовал её, мне всё равно.

Я собираюсь трахнуть её. Я собираюсь сделать с ней всё, что захочу, и она наконец-то будет умолять меня об этом, спустя столько времени.

Это так чертовски вкусно, что я мог бы кончить прямо сейчас.

И я никогда не думал, что это будет так здорово – просто целовать её.

Афина стонет, её руки тянутся к моему лицу, её рот накрывает мой, когда её губы приоткрываются. Мой язык проникает внутрь, переплетаясь с её, и она выгибается навстречу мне, её руки хватаются за подол моей рубашки, а обнажённые груди прижимаются ко мне.

— Какого хрена ты творишь? — Я слышу позади себя разъярённый голос Дина и улыбаюсь Афине в губы, потому что знал, что так и будет. Я чувствую, как его рука крепко сжимает моё плечо, разворачивая меня, и я хватаю его за запястье, выкручивая его до тех пор, пока его лицо не морщится, и он не кричит от боли.

— Я возвращаюсь в игру, — говорю я ему с ухмылкой, а затем киваю головой, глядя на четверых моих приятелей по регби, которые всё это время стояли в стороне.

— Придержите его, — говорю я им.

Дин сопротивляется, но ему не справиться с четырьмя регбистами. Они хватают его за руки, талию и плечи и оттаскивают назад, всё ещё на виду у зрителей, но они ничего не могут с этим поделать. И затем я с улыбкой поворачиваюсь к Афине, наслаждаясь ощущением, что каждая пара глаз в комнате смотрит на меня… на нас.

— На чем мы остановились?

Она одаривает меня широкой улыбкой. Макияж на её глазах растёкся, губная помада размазалась, одежда наполовину разорвана. Но всё, о чем я могу думать, это о том, что она чертовски красива, что она моя, чтобы терзать, пожирать, разрушать, что она моя малышка, моя игрушка, и я буду трахать её, пока она не кончит, и будет кончать снова и снова, требуя большего. Она никогда не забудет эту ночь.

И я тоже.

Я прижимаю её спиной к столу, когда мои губы снова прижимаются к её губам, и я запускаю пальцы в её волосы, провожу языком по её губам и крепко целую её. Она целует меня в ответ, и, боже, я никогда не знал, насколько хорошей может быть Афина Сейнт, когда захочет. Принуждение меркнет по сравнению с тем, что я делаю сейчас, и, возможно, уже никогда не будет прежним. Она – огонь, когда борется, но она чёртова богиня, когда хочет этого, яростная и страстная, как её тёзка, а я такой твёрдый, что, кажется, вот-вот прорву перед своих джоггеров. Мой член пульсирует, болит, на боксерах мокрое пятно от моей спермы, и я прерываю поцелуй, задыхаясь, чтобы оглядеть толпу.

— Дин Блэкмур не победил, — твёрдо говорю я. — Он не был первым выбором нашего питомца, и он не является её выбором сейчас. Она хочет, чтобы я взял её во все её дырочки, и она будет умолять меня, и после этого эта игра не закончится. Вы всё увидите сами.

Я вижу, как меняется выражение лица Афины при упоминании всех её дырочек, потому что одна из них определенно не входила в соглашение. Но теперь у Дина были все, и я не собираюсь позволять ему оставить хоть одну её часть себе.

Толпа наблюдает, затаив дыхание. Даже те, кто дурачился, остановились. Для них это лучше секса, лучше любого реалити-шоу, любой драмы в социальных сетях. Это настоящая, хорошая драма, происходящая в реальной жизни, то, о чем они будут говорить неделями, и я смеюсь, когда слышу, как Дин кричит у меня за спиной.

— Прекрати, блядь, сейчас же, Кейд! Прекрати это дерьмо, и я забуду об этом! Не смей, блядь, трогать то, что принадлежит мне!

— Она не твоя. — Я оглядываюсь на Афину. — Ты?

Она облизывает губы и вызывающе вздёргивает подбородок, качая головой.

— Нет. Нет, я не его.

Я ухмыляюсь. У меня такое чувство, что я ждал этого момента всю свою грёбаную жизнь.

— Тогда скажи это, Афина. Скажи это достаточно громко, чтобы все услышали.

Она с трудом сглатывает.

— Кейд, — начинает она, и её голос на секунду дрожит, но она берет себя в руки. — Кейд, пожалуйста, позволь мне отсосать у тебя.

— Это ничего не значит! — Я слышу крик Дина у себя за спиной. — Она уже делала это раньше. Это имеет значение, только если ты...

— Заткните его, черт возьми, — бросаю я через плечо, и секундой позже слышу глухой удар кулака о плоть, и Дин замолкает.

— Тогда встань на колени, малышка Сейнт, и вытащи его.

Смотреть, как Афина по собственной воле опускается передо мной на колени, это, по-моему, самое горячее зрелище, которое я когда-либо видел. Она откидывает волосы с лица, тянется к поясу моих джоггеров, и я так возбуждён, что мой член почти ударяет её по лицу, когда она стягивает их. Но в ту секунду, когда я высвобождаюсь, её рука обхватывает мой член. В следующую секунду она высовывает свой прелестный розовый язычок и проводит им по всей длине моего члена, обводя его вокруг кончика, глядя на меня своими огромными тёмно-синими глазами цвета бушующего океана.

Блядь. Это всё, что я могу сделать, чтобы не кончить тут же. Она чертовски фантастическая, и когда её полные красные губы, неаккуратно размазанные её помадой, обхватывают головку моего члена, я стону от удовольствия, сжимая в кулаке её волосы.

— Возьми его весь, — стону я, и она подчиняется, опускаясь дюйм за дюймом, пока её губы не соприкасаются с кожей, а я не погружаюсь глубоко в её горло.

Это так чертовски хорошо. Ничто, никакое воображение не смогло бы подготовить меня к тому, что спустя столько лет Афина Сейнт добровольно встанет на колени и будет сосать мой член так, словно от этого зависит её жизнь. Это чертовски восхитительно, её губы плотно обхватывают мой член, её язык кружит вокруг моего кончика, слизывая мою предварительную сперму, как грёбаное мороженое, её голова качается вверх-вниз, когда она снова и снова глубоко заглатывает меня, мышцы её горла крепко сжимают меня.