Чтение онлайн

Гастингс остался на конспиративной квартире, получив от Розали указание охранять ее, хотя, пока мы крались в темноте, словно преследующая тень, я был вынужден думать, что она действительно оставила его, чтобы он не был замешан во всем, что случится, когда мы найдем Пайк. Она предложила оставить и меня с ним, но я не удостоил ее ответом, и она лишь ухмыльнулась моему молчанию, взяла меня за руку и потянула за дверь. Я ненавидел тот толчок, который дало мое сердце при прикосновении ее руки, ненавидел то, что мои глаза оставались прикованы к ней, хотя она уже давно отпустила меня, ненавидел правду о том, чем она стала для меня, потому что я не мог смириться с мыслью о том, что могу потерять ее, зная, что она не моя.

— У старого долговязого Джонсона была ферма, — прошептал Син, затаив дыхание. — И-А-И-А-О. И на этой ферме у него был Кейн. — Он бросил на меня взгляд через плечо, в его глазах появился лукавый блеск. — И-А-И-А-О. С сукой-стервой здесь и сукой-стервой там. Здесь стерва, там стерва, везде стерва.

— Заткнись, — прорычал я, и он захихикал. Да, передача его властям не вызвала бы у меня никаких угрызений совести. Но когда Розали улыбнулась ему, проклятие зудело у меня под кожей, предупреждая, что она может не почувствовать себя такой снисходительной, если я заберу ее сумасшедшего парня.

Я оказался между молотом и наковальней, но все равно следовал за Розали, куда бы она ни пошла. Сегодняшний вечер проверял пределы моей преданности ей. Если бы Начальница тюрьмы Пайк увидела меня среди ее группы, то завтра об этом сообщили бы в новостях и назвали бы меня настоящим предателем.

И все же, несмотря на это знание, я не замедлил шаг и даже не подумал о том, чтобы обернуться. Я был чертовым дураком, следуя за женщиной, которая, как я знал, никогда не выберет меня, но моя преданность ей была глубже, чем я когда-либо позволял себе признать вслух.

— Сюда, — объявила Розали, сворачивая в узкий переулок между двумя высотными зданиями, уходящими в сверкающее ночное небо.

Мы втроем последовали за ней в тень, и Син немного приотстал, чтобы погладить меня по плечу.

— Она узнает твое лицо, эта Пайки Пайк, — прошептал он, одарив меня извращенной ухмылкой. — Или она сможет лучше узнать твою задницу по той порке, которую она устроила, чтобы ты держался в рамках? Держу пари, она заставляла тебя спускать трусики и нагибаться, как непослушную школьницу, каждый раз, когда ты облажался. Ну и ну, что она сделает, когда увидит, как ее маленькая школьница играет с местными плохими мальчиками?

— Закрой свой рот, — прошипел я.

— Ты — неоригинален, все, что ты можешь сделать, это сказать «заткнись» и зарычать, как ворчливый медведь. А больше ты ничего не умеешь? Ты симпатичный, но я думаю, что моей секс-бомбочке нужно нечто большее, чем просто смазливая внешность, чтобы позволить тебе присоединиться к основной банде. Так что, возможно, она просто приняла твой Ч, чтобы купить твою преданность и помочь ей вырваться из клетки. Думаю, если так, то это сработало. — Он ударил меня по бицепсу, и я отпрыгнул, мои клыки нацелились на его горло, когда я толкнул его к кирпичной стене.

Прежде чем я успел укусить его, его кулак соприкоснулся с моей челюстью, но я уже был полностью озверевшим, бросил свой вес на него и уперся предплечьем ему в грудь, чтобы прижать его к себе. Он наклонился вперед, своей мощью заставляя мою руку поддаться, а затем крепко поцеловал меня в губы. Я в ярости отпрянул назад, а он, заливаясь маниакальным смехом, убежал по аллее. Я остался наедине с Розали, которая недоуменно вскинула бровь, в то время как Итан продолжал идти по аллее вслед за Сином.

— Проблемы? — спросила она.

— Он меня достал, — пробормотал я, чувствуя себя дураком под ее пристальным взглядом.

— Он всех достает, — сказала она, подойдя ко мне ближе.

С момента побега мы ни на минуту не оставались наедине, и я чувствовал, как напряжение между нами проникает в атмосферу. Все, чего мне хотелось, — это схватить ее и притянуть к себе, сказать, что я хочу ее любым способом. Но моя гордость не позволяла произнести эти слова, да и вообще это была глупая надежда. У нее было два Лунных партнера и одичавший Инкуб, чтобы удовлетворить ее. Я вряд ли привнес бы что-то большее в эту ситуацию и не понимал, как смогу смириться с тем, что на нее претендуют трое других мужчин. Мы не были предназначены друг для друга, и то, что сказал Син, было правдой, которая не давала мне покоя. Я был для Розали ключом к спасению, не более того. Но я все еще шел по ее следу, как бродячая собака, надеющаяся на объедки. Это было жалко.

— Мейсон… — Ее голос смягчился, а брови нахмурились, когда она придвинулась ближе, протягивая ко мне руку. — Почему ты все еще следуешь за мной в хаос? Ты знаешь, чем это обернется для тебя сегодня.

Ее мысли явно совпадали с моими. Она видела мою глупость такой, какой она была, и теперь от нее было не скрыться.

— Я не смогу покинуть тебя, пока ты не снимешь это проклятие. — Глупый, мать его, ответ. Ответ труса. Я коснулся запястья, на котором вилась лоза розы — след лунного проклятия, сулившего мне смерть. Я не знал, когда и как, но сомневался, что мне осталось жить долго. Почему-то это больше не казалось самым насущным вопросом моей души. Вместо этого были ее потребности и желания, и идти по этому пути, чтобы помочь ей их исполнить, было единственным, где бы я хотел идти.

Ее глаза потемнели, и она внезапно стала холодной, отгораживаясь от меня.

— Мм… — Она повернулась ко мне спиной и направилась за остальными, а я выругался про себя.

Я стоял там две долгие секунды, прежде чем последовать за ней, и мое решение уже было принято. Я не собирался отступать.

Итан ждал у подножия пожарной лестницы, а Син уже начал подниматься по ней, снова напевая свою фермерскую песенку и покачивая задницей из стороны в сторону, пока поднимался. Благодаря заглушающему пузырю его безумные бредни не были слышны никому за пределами нашей группы, но я, к несчастью, оказался внутри него.

— И на той ферме у него был Итан, И-А-И-А-О. С тайником в заднице здесь и тайником в заднице там. Здесь виноград, там виноград, везде одна испорченная виноградинка.

— Может, помолчишь и сосредоточишься? — окликнул его Итан, поджав губы. Розали ступила на лестницу, проскользнув мимо Итана и одарив его соблазнительным взглядом. Он положил руки ей на бедра, будто помогая подняться, хотя она явно не нуждалась в помощи, и его пальцы скользнули вниз к ее ягодицам, обхватив их, прежде чем он отпустил и усмехнулся, когда она полезла дальше от него. Затем полез он, а я последовал за ним, взбираясь по зданию, пока мы не добрались до пентхауса на самой вершине.

Син уже распахнул окно и исчезал внутри, а Розали следовала за ним. Когда Итан вошел внутрь, я слетел за ним с лестницы, приземлившись в темном коридоре, и единственным звуком между нами было отдаленное гудение холодильника.

Син наконец-то замолчал и с яростным видом, задрав голову, зашагал по коридору.

— Выходи, выходи, маленький надзиратель.

В этот момент мне следовало бы спрятать лицо, поработать над заклинаниями, чтобы замаскироваться чтобы меня не узнали. Но когда Розали встретилась с моим взглядом, в душе зашевелилась какая-то темная защитная сила, и я понял, что хочу, чтобы меня видели здесь, с ней. Как ни безумна была эта мысль, она не позволила мне спрятаться, и я шагнул к ней в знак единения.