Чтение онлайн

Магия покалывала мои ладони, когда я вымылась дочиста, а затем вылила зелье для снятия краски на волосы и стояла под струями воды, пока вода не стала прозрачной вокруг моих ног.

Я оделась в джинсы и черную кофточку, мокрые волосы струились по позвоночнику, пока я спускалась по лестнице босыми ногами под восхитительный запах стряпни моей тетушки Бьянки.

Я вошла на кухню и увидела, что несколько моих кузенов смотрят на меня и широко улыбаются при моем появлении. Данте расположился на своем месте во главе стола, занимавшего центральное место в огромной комнате, и смотрел на газету, хотя кивком головы дал понять, что знает о моем приходе.

— Дайте Альфам спокойно поесть, — бросила Бьянка на Волков, которые подошли поближе, чтобы поприветствовать меня, и они зарычали, когда она вытолкала их из комнаты, яростно размахивая посудой и издавая громкие шипящие звуки.

Я весело фыркнула, опустилась на свое место в противоположном от Данте конце стола и поблагодарила тетушку, пока она выкладывала горячую выпечку из духовки на тарелку передо мной вместе с миской, переполненной фруктами, кружкой кофе и высоким стаканом апельсинового сока.

— Твоя еда — это, наверное, то, по чему я больше всего скучала, пока была заперта в той дыре, — призналась я, протягивая руку за булочкой с корицей и впиваясь в нее зубами с протяжным стоном удовольствия.

— О, да ладно тебе, — укорила Бьянка, хотя по улыбке на ее щеках было понятно, что комплимент ей приятен.

Она вымыла руки и вышла из комнаты, пробормотав на ходу о состоянии моих волос, а я с улыбкой принялась за следующий кусочек еды.

— Четырнадцать часов, — размышлял Данте, переворачивая страницу в своей газете.

— Что? — спросила я.

— Именно столько времени ФБР рылись в наших вещах, и топтали виноградники издеваясь над маминым домом.

От его слов меня скрутило, и я со вздохом отложила пирожное.

— Аресты есть? — спросила я.

— Фернандо не удержался и разинул рот, а Кларисса нанесла удар. Оба уже отпущены под подписку о невыезде. Удивительно, но большая часть вели себя прилично или, по крайней мере, убрались отсюда, а не болтались поблизости, создавая проблемы.

Я кивнула с явным облегчением, и Данте отложил газету в сторону, впившись взглядом в меня.

— Я знаю, что famiglia12 страдает из-за того, что я принесла к нашему порогу… — начала я, но он отмахнулся от меня.

— Среди нас нет ни одного Волка, который хотел бы, чтобы ты поступила иначе, piccola regina13. Я лишь хочу убедиться, что все это того стоит. Я не хочу, чтобы кого-то из вас поймали — даже того Инкуба, который качается на лимонном дереве и без устали дразнит щенков. Я хочу покончить с этим, чтобы мы все могли жить дальше.

Я кивнула, мысленно прикидывая, что нужно для этого сделать.

— Мне нужно вернуть Льва Роари и убить тех уродов, которые его забрали. Нельзя допустить распространения такого рода знаний. Если идея обмена и торговля Орденами распространится, то это будет только началом того, на что пойдут некоторые фейри, лишь бы иметь возможность заявить о своих жалких желаниях. На бедных и обездоленных фейри с мощными или ценными Орденами будут охотиться или убеждать расстаться с ними за полный карман золота. Будут похищения, убийства. Это приведет ко всем видам дальнейшего разврата и сильнее всего ударит по наименее обеспеченным фейри. Сама Алестрия может пасть.

— Я знаю, — сказал Данте, его голос превратился в грохочущее рычание, а в глазах мелькнули рептилоидные щели, когда его Дракон поднял голову и посмотрел на меня. — Именно поэтому все нужно сделать быстро и тихо. Пока на него не положили глаз еще больше развращенных мудаков. Чем меньше людей об этом узнает, тем лучше.

Я кивнула в знак согласия.

— У меня есть человек, чья специальность — находить людей, которые не хотят, чтобы их находили. Я собираюсь встретиться с ним сегодня в надежде, что он укажет мне на Варда.

— Хорошо. — Данте снова взял в руки газету, и его внимание было поглощено ею, а я вернулась к еде, и решимость словно железо застыла в моей душе.

Вернулась тетушка Бьянка, и я немного расслабилась, пока она расчесывала и заплетала мои волосы, мягко перебирая шелковистые пряди, отчего напряжение во мне спало. Как только она закончила, я поднялась на ноги, без лишних слов направилась к двери и позвала Сина присоединиться ко мне.

Итан появился вместе с ним, и я проводила его долгим взглядом: черные тренировочные штаны низко висели на бедрах, светлые волосы все еще были взъерошены после сна и других занятий, которые занимали нас всю ночь.

— Тише, мальчик, — сказала я, прижав кончики пальцев к его груди и останавливая его на месте. — Мне для этого нужен только Син, и, думаю, нам пока лучше не появляться на людях слишком большим составом.

Син закричал, обхватил меня за талию и прижал к своей груди, после чего закружил нас. На его плече снова сидел его новый питомец — он спал неизвестно где прошлой ночью, но выглядел вполне счастливым.

— Не повезло тебе, котик, — промурлыкал Син, погладив Итана по голове, пока мы шли к входной двери.

— Не задерживайтесь, — сказал Итан, глядя нам вслед, и нахмурил брови.

— Оу, ты беспокоишься обо мне? — поддразнила я.

— Всегда. Отчасти потому, что я безнадежно влюблен в тебя, а отчасти потому, что ты видишь опасность и шагаешь прямо к ней. Ты опасна, Розали.

— Другой ты бы меня и не хотел, — ответила я, одарив его дразнящей улыбкой.

Син снял воронью тварь с плеча, бережно положил его на плечо Итана и погладил по голове, а затем поцеловал. Клянусь, птица защебетала, и Итан неуверенно посмотрел на нее.

— И что же мне с ним делать? — спросил Итан.

— На завтрак у него должны быть тарелка жареных червей, а потом несколько мучнистых жуков, пережеванных фейри, если ты, конечно, сможешь этим заняться, Ити-пирожок. — Син похлопал его по щеке. — Жуй мучнистых жуков медленно, чтобы он не подавился, и можешь позволить ему поесть из твоего рта тоже. Это напомнит ему о днях гнездования, спасибо. Пока-а-а.

— Что? — рявкнул Итан, но Син вывел меня за дверь и захлопнул ее за нами, так что растерянные возгласы Итана стали более приглушенными.