Чтение онлайн

Аманда вкратце рассказала Франку о своих приключениях в округе Милтон еще рано утром в пятницу. Он хотел немедленно лететь домой, но она уговорила его закончить свои дела. Пока они ждали багаж, Аманда рассказала отцу все, что случилось в доме в горах.

– Они уже знают, что это рука Кардони? – спросил Франк, поднимая свои чемоданы и направляясь к парковке.

Аманда кивнула.

– Мистер Скофилд позвонил мне на работу. Отпечатки совпали.

– Господи! – расстроился Франк. – Ты, наверное, до смерти перепугалась.

– Если бы я могла плавать так же быстро в бассейне, как я бежала из этого дома, у меня на стене давно бы висела золотая олимпийская медаль.

Франк скупо улыбнулся.

– Что насчет тела? – спросил он.

– Они там все перекопали, но к тому времени, как Скофилд звонил, ничего не нашли.

Некоторое время Франк и Аманда шли молча. Он погрузил свои вещи в багажник, и Аманда завела мотор. По дороге в город Франк рассказал дочери о сборе письменных показаний, а она рассказала, как идут дела в офисе. Когда они проехали полпути, отец дважды спросил Аманду про проект, который он ей поручил, прежде чем она ответила.

– Я чувствую, что тебя еще что-то беспокоит.

– Что?

– Я спрашиваю, у тебя есть еще повод для беспокойства?

– Почему ты так решил? – осторожно спросила Аманда.

– Я твой отец. Я тебя знаю. Расскажи мне, что стряслось?

– Ничего.

– Ты забыла, кого пытаешься обмануть. Самые лучшие вруны в этой стране пытались меня надуть.

Аманда вздохнула:

– Я чувствую себя такой дурой.

– И что тому виной, позвольте спросить?

– Не что, а кто. Этой ночью полицейские отпустили меня около трех часов. Я все еще была в расстроенных чувствах, когда вернулась в Портленд. Мне ужасно не хотелось оставаться одной, и я поехала к дому Тони.

Аманда покраснела. Так неловко было об этом рассказывать. Франк терпеливо ждал, когда она решится продолжить.

– Он был дома не один. Он… с ним была женщина.

Франк почувствовал, как сжалось сердце.

– Это была Джастин Касл. Я… я сбежала, даже не поговорив с ним. Не надо было себя вести так по-детски. Мы ведь просто несколько раз встречались, и никогда… У нас не было интимных отношений. Да ладно, все равно это теперь не имеет значения. Тони только что приняли стажером в больницу в Нью-Йорке, так что его вообще здесь не будет.

– Откуда ты об этом знаешь?

Аманда покраснела еще сильнее.

– Я позвонила ему, чтобы извиниться. – Она вздохнула. – Мне он в самом деле нравится, папа. Боюсь, что я очень разочарована, – сказала она так, что сердце у Франка заныло.

– Возможно, Тони не тот человек, с кем тебе стоит строить серьезные отношения.

Аманда взглянула на Франка, но тут же снова уставилась на дорогу.

– Тебе не нравится Тони?

– Он не сказал тебе, что встречается одновременно с Джастин Касл и с тобой?

– Между нами не было ничего серьезного. Он даже ни разу не попытался приставать ко мне. Если он встречался с Джастин, то это его личное дело. Он меня не вводил в заблуждение. Я… я надеялась без всяких оснований. И вообще, как я уже сказала, все кончено. Тони переезжает в Нью-Йорк.

Первое, что заметил Васкес, когда шериф Миллс ввел его в узкую и длинную комнату для допросов, была рука. С нее сняли отпечатки пальцев, вымыли и поместили в большой сосуд, где она плавала в специальной жидкости, придававшей коже слегка желтоватый оттенок. Сосуд стоял в конце стола перед Фредом Скофилдом. Фред был в рубашке с короткими рукавами, у которой две верхние пуговицы были расстегнуты, а галстук приспущен с мясистой шеи. В комнате было тепло, но Шон Маккарти так и не снял свой пиджак, на нем был шикарный галстук. Справа от Маккарти сидел мужчина по имени Рон Хатчинс из министерства внутренних дел, одетый как похоронных дел мастера. Он носил бородку. Шериф Миллс был в форме.

Скофилд показал на руку:

– Что скажешь по этому поводу, Бобби?

– Жуть кошмарная, – ответил Васкес. – Чья она?

– А ты не догадываешься? – спросил Скофилд.

– Это что, игра отгадай-ка?

– Садись, Бобби, – сказал Маккарти спокойно, без всякой угрозы в голосе.

Васкес уселся на свободный стул. Шериф сел за спиной Хатчинса. Все теперь смотрели на него. Бобби должен был чувствовать себя подавленным, но он не чувствовал вообще ничего.

– Как поживаешь? – спросил Маккарти так, будто в самом деле беспокоился.

– Как любой, чья карьера уничтожена и кого ждет тюрьма и банкротство, – ответил Васкес с усталой улыбкой.

Детектив из убойного отдела тоже улыбнулся:

– Я рад, что ты сохранил чувство юмора.

– Это единственное, что мне удалось сохранить, приятель.

– Где твой адвокат? – спросил Скофилд.

– Он берет почасовую оплату, да мне он и не нужен. Я знаю, как сослаться на Пятую поправку, если будет нужда.

– Справедливо, – заметил Скофилд.

– Хочешь что-нибудь выпить? – спросил Маккарти. – Кока-колы, кофе?

Васкес рассмеялся:

– А кто сегодня изображает плохого полицейского?

Маккарти усмехнулся:

– Нет плохих полицейских, Бобби. И потом, разве нам тебя обмануть? Ты ведь все трюки знаешь.

– Я не хочу пить, – сказал Васкес и посмотрел на руку. – Вы все еще не сказали мне, чья она.

– Это правая рука доктора Винсента Кардони, – сказал Маккарти, внимательно наблюдая за его реакцией. – Мы нашли ее в подвале в доме в округе Милтон.

– Шутите?

Маккарти показалось, что изумление Васкеса было искренним.

– Доктор Смерть собственной персоной, – добавил Скофилд. – Отпечатки совпадают.

– А где все остальное?

– Не знаем.

– Какая несправедливость.

– Я называю это хладнокровным убийством, – ответил Скофилд. – Мы здесь руководствуемся законом, Бобби. Вина определяется судом. Ну ты помнишь, жюри присяжных и все такое.

– Вы думаете, что это моя работа? – спросил Васкес, показывая на сосуд с его ужасным содержимым.

– Ты среди подозреваемых, – ответил Маккарти.

– Не откажите в любезности просветить меня, на каких таких основаниях? – спросил Васкес, наклоняясь вперед. Он старался выглядеть крутым, но Маккарти заметил, как напряглись его шея и плечи.

– Ты ведь зуб имеешь на Кардони и выбросил в помойку свою карьеру, чтобы достать его. Затем Прочаска положил тебя на обе лопатки, и Кардони пошел гулять на свободу.

– И что? Я собираюсь убивать каждого, кого мне не удалось прищучить?

– Ты так сильно хотел до него добраться, что ворвался в его дом и лгал под присягой.