Чтение онлайн

Филдинг чуть заметно усмехнулся:

— А кроме этого?

— А также сказала, что его обожаемая газета только выиграет от этой нашей встречи. Что ты не отказываешься общаться с прессой, а у меня все-таки есть какой-никакой шанс узнать, как все было на самом деле.

Филдинг почти грустно покачал головой. Раньше его считали бескомпромиссным полицейским, самозабвенно преданным своему делу, а теперь казалось, будто это было в другой жизни. Но куда ему до Джоанны! Вот настоящий пример, как надо любить свою работу. Она никогда, ни на секунду не забудет, что она — журналистка, и ее муж — Майк в этом не сомневался — был сделан из того же теста, только еще более крутого замеса.

— Это немыслимо. Таких, как ты и твой Пол, в жизни не бывает, — проговорил он.

Похоже, она не поняла его замечание. «Как всегда, живет в своем собственном странном мире и не ведает, что бывает иначе», — подумал Филдинг.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Джо, если ты сама не понимаешь, то не имеет смысла даже пытаться что-либо тебе объяснить.

С несколько озадаченным видом она покачала головой:

— Послушай, у нас мало времени. Майк, мне необходимо знать, что произошло на самом деле. Для себя, не для газеты. Да пошла эта газета… сам знаешь куда!

Секунду-другую он смотрел на нее насмешливо. «Да пошла эта газета! Ушам своим не верю, — думал он. — И это говорит Джоанна. Нет, милая, никогда ты ее не пошлешь. И никто из вас, репортеров, не пошлет. А Джоанна Бартлетт — особенно».

— Я еще раньше сказал тебе: если ты сама не знаешь ответа на этот вопрос, тогда непонятно, о чем нам говорить, — напомнил он, чувствуя, как в нем закипает злость. Как обычно, она гораздо быстрее, чем кто-либо другой, выводила его из себя. Такое бывает с людьми, на которых тебе действительно не наплевать. Во всяком случае, у него было именно так. — Однажды ты уже пошла против меня, — огрызнулся он. — Ты пыталась влезть в мой компьютер. И тем самым ясно дала понять, что подозреваешь меня. Но это твоя проблема, не моя.

— Я не хочу подозревать, я просто хочу знать…

— Да что ты говоришь?.. — Филдинг уже едва сдерживался. — Пора бы для разнообразия задать пару умных вопросов и себе. В моем компе находят какую-то дрянь и на основании этого меня обвиняют. Я уверен, ты уже все знаешь об этом, если, конечно, передо мной прежняя Джоанна. Так скажи мне, почему я не избавился от этого проклятого компа?! Разбил бы его вдребезги, выбросил бы глухой ночью в море где-нибудь в Эксмуте или Долиш-Уоррене? А? Задай себе такой вопрос. Да мало ли что еще можно сделать. Даже у Лодочника хватило мозгов расколотить свой винч. Неужели ты правда веришь, что я не избавился бы от компьютера, на котором остались файлы, доказывающие, что я организовал это убийство?

— Ты хочешь сказать, что тебе их подбросили?

— Я не знаю, Джо. А ты что думаешь? Если ты все еще думаешь…

— Конечно, думаю.

— Вот и отлично, тогда и подумай насчет всего этого. И не только о том, что мне их подбросили. Вот ты могла бы хоть на мгновение вообразить, что меня сразу же упрячут в тюрьму, если бы я не был полицейским? Отпустили бы под залог! То, что они накопали по мне, ни один суд не примет к рассмотрению, во всяком случае в таком виде. Представь, какой поднялся бы шум, если бы этот долбаный Тодд Маллетт строевым шагом вошел в твою редакцию и реквизировал твой ноутбук!

— Майк, но ведь ты — полицейский, хотя, конечно, правила должны быть для всех одинаковыми, но…

Он не дал ей договорить:

— Джо, тебе лучше уйти. Меня уже тошнит от тебя и твоих полунамеков. Просто уйди.

Одной рукой он подал знак тюремщику, а другой помахал ей на прощание.

Джоанна поняла, что спорить бесполезно. Она молча встала, повернулась и пошла к двери, не поднимая глаз. Она лишь мельком взглянула на него через плечо, когда он снова заговорил, обращаясь к ней:

— Джо, а ты уверена, что в тот вечер в отеле тебе так и не удалось забраться в мой ноутбук? Ты же у нас умная, а? И все умеешь делать быстро. Может, все-таки тебе хватило времени…

Филдинг с удовлетворением отметил ее потрясенный вид. Он устало поднялся со стула и направился к двери, которая выходила в коридор, ведущий обратно в камеру. Когда у тебя в голове полная каша, может, это и хорошо, что тебя лишают свободы.

Несколько секунд Джоанна смотрела ему вслед. Что он имел в виду? Он что, подозревает ее? Что она влезла в его ноутбук и подбросила ему эти файлы? Мысли путались в голове. Ее чувства играли друг с другом в пинг-понг. От его злых слов на глаза навернулись слезы. Как ему удается так легко задеть ее за живое, притом что его сегодняшние слова демонстрировали только презрение к ней? Это ставило ее в тупик.

В тюремных воротах Джоанна столкнулась с миниатюрной рыжеволосой толстушкой. Джо шла, глядя себе под ноги. Она старалась скрыть слезы, которые к тому времени уже ручейками текли по щекам. Она совсем не смотрела, куда идет, вот и наткнулась на другую женщину. Вина была полностью ее. Подняв взгляд и бормоча извинения, она с ужасом узнала в той, другой, жену Филдинга. Джо видела ее фотографию в кабинете у Майка, в тот самый первый раз, когда они были вместе, а затем — у него в бумажнике. Когда он доставал кредитку, фотокарточка часто вываливалась. Волосы у Рут Филдинг были совсем такими, как на снимке, — ярко-рыжие и, похоже, некрашеные, как ревниво отметила Джо. И еще веснушки.

Жена Филдинга выглядела располневшей. Мешки под глазами и вполне понятная усталость на лице. Теперь она уже не была такой хорошенькой, как на той фотографии. Если она и узнала Джоанну, то не подала виду. «Ничего страшного, — пробормотала она, а затем добавила: — Простите». Чисто английская привычка — извиняться без причины. И она прошла в ворота.

Джоанна всегда подозревала, что Майк никогда не говорил со своей женой о ней, несмотря на все его путаные истории о нервном срыве Рут и об отчаянии их дочери. Все это — даже, наверное, умирающая теща — было плодом его воображения. У нее и прежде появлялась смутная догадка, что он тщательно скрывал от семьи их роман. И тем не менее сейчас ей было больно. «Почти наверняка Рут Филдинг ничего не знала и не знает о моем существовании, — думала Джоанна, — как и о связи, хотя ее муженек не раз заявлял, что это самые важные для него отношения, важнее даже брачных уз».

Джо — довольно популярная журналистка, ее фотографии регулярно появляются на страницах «Комет», иногда она выступает на телевидении. Известность пришла к ней задолго до того злосчастного суда над О’Доннеллом. Но фотография, где они с Филдингом вместе на одном снимке, обошла многие газеты, не говоря уже об инсинуациях в «Прайвит ай». Если бы миссис Филдинг подозревала мужа в любовном романе с Джоанной, вряд ли ей удалось бы так искусно это скрыть. Сама-то Джо довольно быстро узнала жену Майка, хотя никогда не встречала ее раньше.

Джо медленно пошла к своей машине, снова перебирая в памяти события последних нескольких минут. Что же все это значит? Неужели Майка подставили? С одной стороны, он никогда не страдал недостатком самоуверенности, и его возражения по поводу ноутбука тоже были небезупречны. Возможно, он считал, что удалил все следы с компьютера. Джоанне еще раз вспомнилось сенсационное дело хакеров, рассылавших вирус с любовными письмами. Ведь их все-таки удалось вычислить. А Майк, с его самоуверенностью, мог решить, что раз он принял нужные меры, то от компьютера избавляться незачем. Джо по-прежнему не знала, чему верить. И в довершение всего под конец он намекает, что, может, это она и подставила его. Вряд ли, конечно, Филдинг считает так на самом деле, но с ним никогда не знаешь, что ему взбредет в голову.