Диктатор 2
Шрифт:
Времени на раздумья у меня резко не осталось. "Придется рисковать... Хотя, какой это риск? Что терять, если я уже почти мертв?! И "почти" исчезнет, если я буду и дальше считать ворон. Но, в крайнем случае, - нашептала мне бушующая в крови ненависть, - я заберу его с собой! В крови? Хм! Да! Теперь уже терять нечего!"
И я рванул вперед и влево. Дождался как Бейтс поймает меня "на мушку" и резко, с растяжением связок, сменил направление.
"Акцио кинжал!" - невербально крикнул-взмолился я, указывая волшебной палочкой в сторону своего ножа. И, к моему счастью, тот вроде бы дернулся в мою сторону. Бейтс что-то почуял и моментально перекрыл мне обзор, но, если заклинание призыва подействовало, это уже было совершенно не важно. Конечно, как только траектория притягивающего заклинания пересеклась с магическим щитом Бейта, то Акцио перестало действовать, ну и да ладно. Ведь дальше уже не нужно было никакой магии, достаточно было одной лишь простейшей физики. Защищающая только от чистой магии полусфера Протего не могла даже в принципе прикрыть спину Бейтса от уже набравшего скорость ритуального кинжала. Тем более это был материальный предмет, а не заклинание. А чтобы не дать врагу мгновения на реакцию я махнул палочкой:
– Вербейра Сангвинум.
Что-то возможное за спиной, слабое и невербальное, было Бейтсом посчитано меньшей угрозой, чем приближающийся маг, вооруженный плетью крови. Он закономерно повернулся лицом ко мне, бросил и даже попал в мой щит каким-то заклинанием, однако в это мгновение сзади его ударил разогнанный Акцио кинжал. Скорость там была небольшая, но чтобы войти в мягкий, ничем не защищенный бок многого и не нужно. Бейтс закричал от боли, рефлекторно повернул голову и выдернул кинжал из раны. Повернулся обратно в мою сторону, но спасительная для него дистанция между нами уже закончилась.
С разбега врезавшись в его щит левым, проклятым и поэтому уже практически ничего не чувствующим, плечом, я опрокинул Бейтса на пол.
– Авада ке...
– начал было произносить Непростительное лежащий на спине враг, но в клинче руки и ноги играют ничуть не меньше, чем магия.
– Хрен тебе!
– удар ноги выбивает палочку из руки Бейтса.
– Акцио!
– Клинок прыгает мне в свободную, вялую левую ладонь. Но она еще может сжиматься и достаточно плотно охватывает рукоять кинжала, особенно если придержать ее правой, сжимающей палочку.
Я прыгаю коленями на живот подвывающему от боли Бейтсу. Тот рефлекторно приподнимает вертикально верхнюю половину тела... И именно в нее, усиливая удар инерцией своего и его тела, я сверху вниз и бью ножом, разрезая-разрубая острейшим кинжалом грудь своего врага. Из последних сил Бейтс вцепляется и умудряется двумя руками отжать мою руку в сторону, не давая мне пронзить кинжалом его сердце. Но и не надо!
Я резко расслабляюсь и позволяю отвести кинжал в своей левой руке в сторону. А в ничем теперь не прикрытую рану на груди Бйтса в сторону сердца вонзается забытая моим противником нить Плети Крови.
Это было... невероятно. Наслаждение! Немыслимое и неописуемое наслаждение. Пронзившая чужое сердце нить из моей крови неведомым мне магическим образом связала наши жизни воедино. Но не так. Не единение. Не братство. Не дружба. Подчинение и паразитирование - вот более точные по смыслу определения. На мое тело сейчас работали сразу два сердца, две крови, две жизни!
От взбурлившей в венах насыщеной энергии я на несколько мгновений опьянел. Наверное, так себя чувствуют пресловутые вампиры, когда пьют кровь своей жертвы после длительной Жажды. Казалось, я пальцем сейчас могу пробить стену, а если взмахну руками, то поднимусь ввысь как птица, вообще без всякой магии. Внезапно резко заболела на миг, и сразу же прошла, левая половина моего пораженного проклятием тела. Брошенный быстрый взгляд вниз помог убедиться в мгновенной догадке. Действительно, теперь мое плечо выглядело абсолютно здоровым.
Но если мне было сейчас очень хорошо, то о Бейтсе такого сказать было нельзя. Дряблая, посеревшая, в крупных каплях пота кожа. Тяжелые синяки под провалами глаз. Пробивающаяся седина... Жить ему, если я не отменю испивающую жизнь магию оставалось совсем недолго. И она убьет его гораздо быстрее и вернее той серьезной раны в груди.
По глазам Бейтса я увидел, что тот все понял. И сломался. Страх осознания приближающейся смерти кардинально изменил поведение моего врага. Куда делся гордый и надменный наследник чистокровного рода?
– Пожалуйста...
– одними губами прошептал лежащий на полу совсем молодой еще парень, который совсем не хотел умирать. Из глаза тонкой ниточкой к виску побежала прозрачная влажная дорожка.
– Пощади...
– Ты еще можешь шипеть?
– все еще во власти всепоглощающей сладкой ненависти с злобным удивлением спросил я.
– Э-э-э, нет! Так не пойдет!
– я поудобнее перехватил левой рукой свой ритуальный клинок, как рычагом лезвием раздвинул челюсти Бейста, чуть наклонил и с силой двинул его вниз, калеча язык и горло.
– Никто тебя за твой поганый язык не тянул!
– объяснил я захлебывающемуся кровью врагу.
– Ты сам все выбрал!
Встав на ноги я еще раз полюбовался на бьющегося в агонии врага и произнес:
– Ладно. Я сегодня добрый, ибо встретил Ее. Так что я пощажу тебя. Не буду больше мучить, - и, увидев облегчение в глазах Бейста, растянул губы в максимально мерзкой ухмылке. Тот, кто не верит классическому голливудскому штампу, когда Главный Враг над телом Главного Героя рассказывает все-все-все, тот никогда не ненавидел по-настоящему. Это такое наслаждение, раздавить не только физически, но и морально. Ощутить, как сила и надежда твоего врага уступают место отчаянью и безнадежности, наркотически привлекательно! И вот сейчас, во власти этого чувства я закончил фразу:
– ...и убью быстро! Я слишком много в детстве читал сказок, чтобы оставить такого как ты врага в живых! Ха-ха-ха! Умри, тварь!
Откуда-то я знал, что именно сейчас мне нужно сделать. Мое желание напряжением передалось по связывающей нас в единое целое кровяной нити. И, выполнив мой приказ, чужое, но подчиненное мне сердце взорвалось из раны фонтаном жизни и крови, который окатил меня с ног до головы, забав с собой ненависть и оставив спокойствие здоровой силы.
Умиротворенный, я развеял непроизвольно трепещущую в поисках следующей добычи многохвостую плеть крови и опустил волшебную палочку. Наклонился и вытащил из ошметков тела свой клинок. Вытер и убрал его в ножны.
Тем временем дуэльный щит рассеялся, и я обратил внимание на то, что в зале царило потрясенное молчание. Внезапно, тишину разорвали шаги за моей спиной. Я обернулся и уперся взглядом в четыре направленные на меня волшебные палочки, которые держали в руках люди в красном. Авроры.
– Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб, - заговорил тот, что стоял прямо передо мной.
– Вы арестованы за применение темномагического ритуала жертвоприношения. Сдайте палочку и не оказывайте сопротивления, иначе мы вынуждены будем бить на поражение!
Глава опубликована: 24.01.2017
Интерлюдия 16
В последние дни Трейси Дэвис была всем окружающим ее миром очень недовольна. Нет, Трейси Дэвис была просто в диком бешенстве! Уже больше недели, вместо радостных приготовлений к серьезному министерскому приему, официальному настолько, что на нем и помолвку объявить незазорно, она вынуждена сидеть в своей комнате под домашним арестом и даже не мечтать о бале! А ведь она все так хорошо продумала! Это была совершенная интрига! Любой аристократ-слизеринец, только языком бы цокнул в зависти! И основная цель полностью достигнута - деньги получены немалые, и авторитет повышен, как личный, так и семейный, и затраты сил невелики...