Чтение онлайн

"Мда. Нет. Отличаются. У нас вроде как на... еду по сути, еще детей не научились рожать. Или научились, но я, в полном соответствии со словами из песни "...Не верь старик, что ты за все в ответе. Что где-то гибнут дети, те - не эти...", стараюсь о таком оставаться в неведении..."- подумал я и встал из-за стола.

И тут на меня резко и внезапно накатил очередной приступ. Причем настолько сильный, что я от боли согнулся и был вынужден сесть обратно на стул. Теперь я в полной мере смог прочувствовать ее источник. Как ярким огненным кольцом вспыхивает боль в правой руке, как она расскаленной плазмой проносится волной по телу, как медленно и неохотно затихает где-то в затылке и пятках.

"Черт. А как все было так хорошо!..." - отдышавшись, я бросил мимолетный взгляд на последних услышанных мной собеседниц, встал и уже собирался было уйти... как молнией меня пронзило узнавание и понимание!

За столиком сидели две молодые женщины. Блондинки. Скромно и небогато, но аккуратно одетые. Прямо - воспитанницы пансиона благородных девиц, на секундочку вырвавшиеся в большой мир... если бы у одной не было, как говорится, "лезущего на глаза пуза". И если бы в обеих я не узнал девчонок, что весьма изобретательно скрасили мне и Барти вечерок в соответствующем заведении Лютного. Та, которая сидит слева, Эльза, сделала это тело мужчиной, а над второй - Хильдой, "работал" Крауч. И если судить по виду живота, неплохо так поработал. А он ли? Я быстро на пальцах прикинул сроки. Вроде все совпало...

"Точно он! Так вот откуда эта боль! Обеты! Долг жизни!" - я мысленно пробежался по всему тому, что выучил про них сам, и какие страшные и курьезные истории про них мне порассказал Барти.
– "Сама Мать Магия ворожит нам, волшебникам. Она не желает прерывания родов тех, кто честно и верно служил ей многие века. И чем древнее род, тем сильнее эта поддержка. Отсюда проистекают такие невероятные для магглокровок возможности, как [при крайнем истощении рода] принять права, долги, обязательства и обязанности [лорда] даже весьма и весьма отдаленному от основного древа листку..."

– Теперь мне ясно, почему он не исчез!
– прошептал я, имея в виду долг жизни.
– Есть еще один Крауч!

"Вот какие шансы у меня были пересечься с этими б... хм, гетерами? Совпадение? Судьба? Магия? Я вынужден признать, как бы это невероятно ни звучало, но Магия действительно охраняет своих детей. Но... блядь! Ну как, как тут можно построить нормальную модель? Как, если со всех сторон и постоянно лезут на глаза факты, полностью опровергающие предыдущие, железно обоснованные предположения? Сука! Как же меня бесит этот магический мир со своей хитровыебанной логикой! Ладно. Все исследования - на потом. А сейчас нужно вернуть долг. Это в высшей степени правильно и справедливо. Я тогда должен был умереть, а меня без всяких условий спасли. Спас. Крауч. А вот теперь настолько же смертельная опасность угрожает сыну Барти. Честный и обязательный, классический, можно сказать, Долг Жизни. А ведь есть еще клятва, данная Основательнице..."

В качестве ответной реакции на правильный ответ на поставленный Магией вопрос, боль мгновенно утихла. И лишь на предплечье, намекающе, теплом грел невидимый браслет-обязательство Долга Жизни.

Быстро прикинув план беседы, я встал с места, неторопливо подошел (идти-то там было семь шагов) и сел на свободный стул за столиком проституток.

– Привет, девчонки. Рад снова вас видеть.

– Молодой человек, - чопорно произнесла одна из блондинок. Та, которая без "пуза".
– Вам не кажется, что совершенно не подобает так фамильярно обращаться к незнакомым вам леди...

– Какая ты... леди, я отлично знаю. С точностью до веснушек у тебя на крестце. Так что прекрати строить из себя принцессу в свинарнике, а лучше вообще помолчи У меня дело к твоей подруге. Значит так. Я невольно услышал ваш разговор. И хочу сказать, что имею интерес в том, чтобы твой ребенок остался жив и здоров. Я готов принять тебя и твоего ребенка у себя в маноре. И, если уж у тебя такая серьезная потребность в деньгах, я согласен удвоить сумму, которую тебе хотела дать бандерша. Ты получишь не пятьдесят, а целых сто галеонов. От меня. Кстати, как тебя зовут? Фальшивых Хильду и Эльзу оставь для борделя.

Надо отдать должное, думала женщина недолго. Видимо, и раньше все для себя решила, а сейчас просто удачно подвернулась нужная возможность.

– Рагнэйлт. Меня зовут Рагнэйлт.

– Ты волшебница?

– Да.

– Хорошо. Значит, твой ребенок тоже маг?

– Да. Скорее всего.

– Ты согласна с моим предложением?

– В целом - да.

– Тогда пойдем?

– Нет.

– Нет???
– удивился я.
– Почему?

– Видишь ли, все не так просто. Я... Я рабыня. Магический контракт привязывает меня к владельцу и заставляет делать все, что он прикажет. Без этого никто бы меня не выпустил из... заведения.

– Так. У кого контракт? Его можно передать другому, или это магическая клятва?

– У мадам. Контракт можно продать. Так меня в свое время купила мадам.

– Ясно. Мадам где живет? Или сейчас она в борделе?

– Или.

– Понятно... Хорошо. Так. Ждите меня здесь! Я сейчас... Или нет, лучше по-другому. Я пойду договариваться с мадам, а вы неторопливо возвращайтесь.

– Хорошо. Мы пойдем медленно. Вот только ты - поторопись. Срок может наступить в любой момент...

– Мордред! Ясно! Я побегу.

И побежал. Забитый магами Косой, оставляя позади себя возмущенные вопли, обиженных колдунов и ведьм. Срал я на них! Потом пустынный Лютный... Какого-то гоп-стопщика, попробовавшего заступить мне дорогу, я чисто на автомате оттолкнул заклинанием, а чтобы тот не бросился меня догонять, плетью крови рассек ему до кости ногу. Кого я там оскорбил наличием у себя кошелька, мне разбираться было откровенно недосуг. У меня были гораздо более серьезные дела, чем объяснять шпане всю бездну их заблуждений. Охранники на входе, комната приемов...

– Здравствуйте, - поприветствовал я бандершу, параллельно совершенно по-простецки, рукавом мантии, вытирая выступивший на лице пот.

– Хм. Юноша. Вы не ошиблись ли...

– Рагнэйлт. Контракт ее. За сколько продадите?

Окинув меня проницательным взглядом, особо отметив кольцо лорда, бандерша сально улыбнулась, кивнула каким-то своим мыслям и произнесла:

– Решили, господин, прикупить себе опытную постельную игрушку? И то, что она непраздна, вас, конечно же, не останавливает?
– и дождавшись моего утвердительного кивка, как обычно съязвила: - Уж не ваш ли ублюдок?

– Нет. Не мой. Но это неважно. Назовите цену, - потянулся я за кошельком.

– Три с половиной тысячи галеонов!

– Да ты охерела!
– с такими словами я отмер, словив поначалу ступор от озвученной цены.

– А что вы хотите, господин. Полторы тысячи галеонов за ребенка. Плюс пятьсот - неустойка. Да и контракт сам по себе не меньше тысячи стоит...

– Хватит с вас и двух! И не надо мне гнать про цены. Я год назад был в гильдейском... на Гильдейском базаре. Там за чистокровную молодую вейлу-девственницу просили всего тысячу шестьсот! А тут совсем другое. И не девственница, и не красавица...