Диктатура Евы
Шрифт:
Удар застал их на лестнице ведущей вниз. Адмирал, громко выругавшись, бросился обратно. Вейн, цепляясь за перила, побежал за ним, чувствуя как раскачивается корабль и как вокруг закручиваются магические потоки невиданной силы. Мощной, неконтролируемой силы трех стихий.
Снаружи творился кошмар. Казалось, что вокруг флагмана собрались все свободные тали. Море вокруг бурлило, поднимая огромные волны, которые били в корабль со всех сторон, выталкивая его резко вверх и со злостью швыряя вниз, вокруг носились пылающими вихрями огневые, но они не нападали, скорее просто развлекались, пугая людей, зато в небе прямо над головой опешившего Вейна расправив огромные крылья застыл зеленый орел. Знакомый орел!
— Да кто ты такой? — пробормотал Вейн быстро закатывая рукава.
— Недаром запрещенные ритуалы называют запрещенными, да, командор? — прокричал Диего, задрав голову он тоже смотрел на зависшего в небе таля. — Это ведь та самая птичка?
— Ты был без сознания, — рявкнул Вейн и улыбнулся.
Пусть его считали сумасшедшим, но он любил такие моменты. Мощная непокорная стихия, могучий соперник, который в итоге склонит перед ним голову. Достойная победа.
— Что он делает?
К застывшему воздушнику со всех сторон стекались тали помельче и вливались в него, давая силу и увеличивая и без того мощный потенциал.
— Он поглощает более мелких талей, — с восторгом прошептал Вейн, наблюдая за орлом. — Никогда такого не видел.
— Не могу разделить ваши восторги, шат Ридверт, но меня очень волнует один вопрос, — светским тоном проорал ему на ухо Диего. — Кто контролирует эту тварь?
Вейну тоже хотелось это знать, но он не чувствовал ни одной связующей нити, ни одного канала по которому заклинатель направлял собственную силу, чтобы поработить таля.
— Этого не может быть, просто не может быть! Он где-то прячется! — крикнул он Диего, который под порывами ветра пробирался к штурвалу, на ходу отдавая приказы мечущимся по палубе морякам.
— Закрепить груз! — орал боцман. — Гарпун вам в глотку!
— Трави фал…
— Поднять парус…
— Такелаж…
— Не рею тварей ленивых…
Команды, маты, злой азарт. Вейн широко улыбнулся, как никогда ощущая себя живым, достал из-за голенища ритуальный клинок, с которым не расставался и полоснул себя поочередно по запястьям.
— Где ты прячешься, неудачник? — поинтересовался весело, соединяя разрезы — Посмотрим, кого из нас любят боги. Кровь к крови, цепи к цепям, две части станьте целым, — начал читать речитативом заклинание контроля, с удовлетворением ощущая, как выстраивается от него к воздушнику толстый и надежный канал. Еще немного и он перехватит контроль и тогда вражеский заклинатель будет вынужден показаться…
Воздушный что-то почувствовал, потому что взмахнул огромными крыльями и сорвался в стремительный полет. Вейн думал, он упадет на палубу, но в последний момент птичка резко вильнула вбок, задевая крылом мачту.
— Иди к папочке, тварь, — оскалил зубы Вейн, набрасывая на шею талю призрачный поводок. — Попался!
— Мальчишка, — обдало порывом ветра. — Рано тебе мешать мне.
— Сзади! — заорал кто-то.
Вейн дернулся, но не успел, сильный удар по голове отправил его во тьму.
Приходил в себя командор тяжело, сознание возвращалось урывками, тягучее болезненное забытье не спешило уступать контроль над разумом. Наконец Вейн вынырнул на поверхность и обнаружил себя лежим в собственной каюте, рядом в кресле сидел знакомый матрос и, выпучив глаза, смотрел на Вейна.
— Что? — прохрипел тот. — Воды.
Когда напился, стало легче, он даже смог поднять руку и пощупать голову. Повязка, но вроде ничего серьезного.
— Чем это меня?
— Ветром гик сорвало и аккурат вам по башке, значит.
— А как остальные?
— Я адмирала позову!
Парень сорвался и сбежал, а Вейн попытался вспомнить, что было перед тем как он рухнул без памяти. Вроде таль что-то говорил… Но тали не разговаривают. Показалось.
— Очухались, ваша светлость?
Диего в одних закатанных по колено штанах, с черной щетиной на скулах и в красной косынке на голове выглядел как настоящий пират. Хотя ведь он и был настоящим пиратом…
— В общем, не буду радовать рассказом, как нас мотало по морю, скажу только что мы в неделе от берега, рядом с архипелагом Шинавака. Из хорошего — корабль не пострадал, все живы. Из плохого — здесь полный штиль и если вы не сможете призвать таля воздуха, нам не выбраться до зимы, когда ветер сменится.
— Как все произошло? — сипло спросил герцог.
Диего задумчиво смотрел на Вейна, не спеша отвечать.
— Море и ветер. Командор, что вы знаете о древних архимагах? — спросил он неожиданно.
— Еще одна сказка моей кормилицы, — скривился Вейн.
— Эта сказка велела передать, что вы мешаете его планам, поэтому не стоит вам спешить домой. Кого вы призвали, командор?
Диего взял со стола зеркало на ручке и протянул его Вейну.
— Вы еще сомневаетесь, шат Ридверт?
На левой щеке сиял и переливался изумрудный знак: две горизонтальные линии перекрещенные зигзагом.
— Это…
— Вы тоже учили герба исчезнувших Домов? — хмыкнул Диего. — Тайра Монтоку. Первый род.
— Девичья фамилия моей супруги Ганзо…
— А они ведут свой род от первого Дома, — закончил Диего. — Мне кажется, ваша жена не хочет, чтобы вы поспешили в крепость, — он кивнул и вышел, оставив Вейна наедине с мрачными мыслями.
Дорога до крепости заняла еще сутки, но прошла без приключений. Бурхун держался в рамках «хозяйка-работник», только иногда Ева ловила на себе его задумчивые взгляды, но что творилось в голове у наемника она гадать не бралась. Выкупленный у трактирщика, за один золотой, парень признался, что его имя Дамгар, в услужение он попал еще ребенком за долги непутевой мамаши, которая в этом же трактире подрабатывала проституткой и здесь же его и родила, а потом сгинула неизвестно где. О своем отце он ничего не знал, а молчал, потому что так научила мать, она боялась, что красивого ребенка украдут, а кому нужен глухонемой? Но все равно когда в Гарпиках останавливались большие караваны, трактирщик отсылала парня в ближайшую деревню с поручениями. Люди они были по своему добрые, но когда Ева сказала что забирает с собой понравившегося ей парня, возражать не стали, а вот про долг быстро вспомнили.
— Ну и зачем он мне? — спросила Ева у примостившегося на плече таля. Мэтр периодически исчезал, но низменно появлялся, когда Ева уже надеялась, что его развоплотило где-нибудь в поднебесье.
— Его отец из сильного рода, в мальчишке древняя кровь. А еще он видит суть предметов и сможет создать амулеты приличнее того никчемного колечка, что украшает твой палец, — брюзгливо скрипел бывший архимаг. — Найдешь ему нормального учителя и будет у нас свой артефактор.
— Слушай, тебе от этого какой резон?
— Узнаешь в свое время.
— Боюсь, явится мой супруг через пару дней, и вся моя инициатива накроется медным тазом. Начнет требовать исполнения супружеского долга, правильного поведения, неукоснительных манер…
— А тебе не хочется?
Ева не видела таля, но очень четко представила, как он склонил голову и смотрит с ехидцей своими птичьими глазами полными разума и мудрости.
— Знаешь, — с улыбкой ответила она после небольшой паузы. — У меня словно второе дыхание открылось. Новый мир, новое тело и такие возможности! Мне хочется спешить, бежать вперед, пробовать. Мне кажется, что если я остановлюсь, то не успею, потеряю этот волшебный шанс на новую интересную жизнь. Я ощущаю себя ребенком, мне все интересно, все хочется попробовать на зуб. Здесь и сейчас, а не когда-то потом. Не знаю, понимаешь ли ты меня…