Чтение онлайн

Когда они вошли в холл, Элеонора оглянулась, приятно пораженная пышностью организованного праздника. Она взглянула на молодого человека рядом с собой — он казался ей очень юным: темно-русые волосы, совсем светлые, песочные ресницы и мягко очерченный рот. Чем-то он напомнил ей овцу. Сердце ее по-прежнему занимал другой образ, и не такому жениху было под силу его вытеснить. Ее привлекал совсем иной тип мужчины — с военной выправкой, волевой и уверенный в себе, с улыбкой победителя. Достойный муж в ее представлении должен быть сильным, широкоплечим и мускулистым, напоминающим породистого скакуна. Что хорошего она могла увидеть в этом нервничающем мальчике с лицом поэта и телом танцора?

Но когда их взгляды встретились, она вдруг подумала, что это ее избранник, подаренный ей судьбой. Она вспомнила о его трогательном подарке — щенке, лучшем из выводка его любимой собаки. Подарок мог показаться незначительным и глупым в сравнении с теми дарами, которые выгружались во дворе, но своим подарком он не просто выполнил формальную обязанность, а старался порадовать ее, и она не могла не оценить этого. Элеонора улыбнулась Роберту в первый раз. Улыбка лишь на миг озарила ее лицо, но Роберту и этого было достаточно. Его сердце бешено забилось, он улыбнулся ей в ответ с обожанием, безошибочно почувствовав, что с этого момента он принадлежит ей навсегда.

Они заняли свои места за столом. Челядь, слуги и другие обитатели дома расселись вдоль длинных столов, поставленных у стен холла. Труба заиграла фанфары, и все погрузились в молчание, когда лорд Эдмунд торжественным голосом произносил благодарственную молитву. Снова раздался звук трубы, и пажи внесли серебряные чаши, чтобы гости омыли руки. После этого дворецкий принес деревянную чашу с серебряными украшениями и круговую чашу, необходимую при произнесении церемониальных тостов.

— За господина Роберта и госпожу Элеонору, чтобы их союз хранил Бог, чтобы брак был долгим и плодовитым, чтобы их путь озаряли набожность и добродетель, — такой тост произнес лорд Эдмунд, и Элеонора опустила глаза, чувствуя, как густой румянец заливает ей щеки. Она не привыкла быть в центре внимания. Затем прозвучал тост во здравие короля, а затем — в честь дорогого гостя Эдуарда Морланда, который поднял в ответ чашу за процветание дома хозяев. Чашу убрали, после чего в зал внесли бесценное блюдо в форме корабля, украшенного драгоценностями, которое поместили в центр стола, и каждый из гостей мог побаловать себя яствами. Раздались звуки чарующей музыки.

— Мой достопочтенный лорд Эдмунд, да у вас замечательный стол, — произнес Морланд с нескрываемым восхищением. — Должно быть, у вас отменный повар.

— О да, сэр, — ответил лорд Эдмунд. — Мне прислал его мой дядя, кардинал. Он был поваром у Элдермана в Лондоне, и никто не мог его переманить к себе, пока Элдерман не умер. Так что он не только гениальный повар, но еще и верный слуга — два редких качества, тем более редких в одном человеке. Значит, блюда пришлись вам по вкусу?

«Еще бы не пришлись», — насмешливо подумала Элеонора. Оленина в сладкой пшеничной каше на молоке, приправленной корицей, нежнейшее заливное филе, зажаренный лебедь с искусно выполненным «оперением», так что он был почти неотличим от живой птицы. А еще впереди гостей ожидали две перемены блюд, по меньшей мере по четыре в каждой и разные изысканные яства в перерывах. Да уж, похвалу такого варвара можно было получить, приложив гораздо меньше усилий.

Она повернулась к Роберту и резким тоном спросила:

— Я полагаю, у вас не часто подают такой обед. Наверное, то, что вам подают на обед, обычно не превышает трех блюд?

Роберт вспыхнул от стыда и ответил, не глядя на нее:

— Боюсь, что да. Мы не можем похвастаться хорошим поваром. Трудно найти добросовестного слугу.

— Совершеннейшая правда, — поддержал сына Морланд, следивший за разговором. — Я уже давно ищу, но все не вижу кого-нибудь подходящего.

Лорд Эдмунд тонко улыбнулся:

— Хороший повар — основа хорошего дома. Примите мое сочувствие за все ваши долгие страдания, но, вам, госпожа Элеонора, нечего бояться. Я не обреку вас на столь тяжкую долю. Жак, мой второй повар, согласился сопровождать вас и готовить в вашем новом доме, так что в Йорке вам будет так же сытно, как было в Дорсете.

Элеонора была растрогана до слез подобной щедростью. Повар считался самым важным слугой, его работа оплачивалась наиболее высоко. Повар — один из самых уважаемых людей среди господской челяди.

— О милорд! — воскликнула она. — Как мне вас отблагодарить? Это так любезно с вашей стороны.

Лорд Эдмунд легонько похлопал ее по руке и добродушно улыбнулся:

— Неужели вы думали, что я отправлю вас с пустыми руками? Хотя у вас и нет приданого, я позабочусь о том, чтобы ваш муж оценил, какой подарок он получил в вашем лице.

Он взглянул на Роберта и увидел в его глазах искреннее чувство человека, который будет любить Элеонору безоглядно и бескорыстно. Однако лорд Эдмунд намеревался поразить своей щедростью вовсе не Роберта, а его отца.

— Я распорядился, чтобы вам выделили мебель, — продолжал он, краем глаза наблюдая за Морландом. — Еще вы возьмете большой отрез на свадебное платье и несколько гобеленов. Кроме того, с вами поедут ваша горничная и конюх. Особа вашего происхождения не может в дороге обойтись без слуг.

Все сказанное имело целью лишний раз поразить воображение Морланда и внушить ему, какую выгодную партию составил его сын, но удовольствие Элеоноры от этого ничуть не уменьшилось. Ей предстояло уехать в сопровождении трех собственных слуг (а это было крайне важно для организации домашнего хозяйства!), ей выделили мебель и ткань на одежду. Это было по-настоящему благородно. Она чувствовала себя намного лучше, чем ожидала. Поехать на неизвестный Север как бедная попрошайка, благодарно принимающая кусок хлеба из рук человека, не годящегося ей в подметки, что могло быть хуже этого?

Пока она благодарно улыбалась своему попечителю, Морланд одобрительно кивал головой. Затем он произнес:

— Все это очень правильно, милорд. Мои слуги, пожалуй, грубоваты, но только такие вояки и требуются в Йоркшире, так что меня они вполне устраивают. Но, конечно, для услужения леди они не подойдут. Нет, нет, они у меня настоящие мужчины. Что касается дома, скрывать не буду, за все эти годы он утратил свою красоту, ему не хватало заботливой женской руки. Ваша горничная может решить, что дом следовало бы приукрасить, но все эти вещи легко исправить. А еще я обещаю подарить своей невестке после свадьбы лошадь.

Теперь Морланд пытался показать лорду Эдмунду, что не нуждается ни в каком приданом; пока они хорохорились друг перед другом, Элеонора только выигрывала, поэтому посчитала нужным одарить милой улыбкой благодарности каждую из сторон.

В конце первой подачи блюд принесли чаши для омовения, а затем пришло время сладкого деликатеса: в зал внесли великолепное произведение кондитерского искусства в виде головы оленя.

— Чудесный экземпляр, — одобрил лорд Эдмунд, — посвящен сезону охоты. Вы много охотитесь в Йоркшире?