Чтение онлайн

– И это не все, маленький ванакт. Погляди на запад, где Орионов Пес. Тот, что Большой...

На Пса я уже смотрел без всякого удивления. Пес и Пес, справа от Ориона, как и положено. А слева Арго, тот, на котором коряга плыть не пожелала...

– Собака! Собачья Звезда!* Она же сейчас в море должна нырнуть, она же...

*Собачья Звезда-Сириус.

Привычное имя заставило улыбнуться. Интересно, кличут ли в Небесах Собачью Звезду - Дурной Собакой?

– Она же на восток идет, Диомед! Не на запад - на восток!

Я лишь плечами пожал. С чего это коряга волнуется? А ведь волнуется, впервые меня по имени назвала! После того, как ОНИ словно на смотр выстроились, чему уж удивляться? Ладно, запомним, Собачья Звезда, Дурная Собака, спешит на восток. Ну и ладно!

Другое с толку сбивало. Отчего это мне котел привиделся? Бездонный, черный - с желтым Кроновым глазом над безвидной бездной? Может, потому, что слыхал я уже. Не так давно, год с небольшим назад...

"А ты знаешь, мальчик, что такое Кронов Котел?"

Мы тогда с дядей Эвмелом о Лигероне-выростке говорили, о том, что Крон-Время не торопится, но и отставать не любит. То есть это я так считал, а дядя... Эх, дядя Эвмел, не дослушал я тебя! Дурак - и башка у меня этолийская. Дурная!

Ладно, и об этом - после!

– Дядюшка Антиген! Значит, Лесбос прошли?

– Ну?

Я усмехнулся. Сейчас будет этой коряге "ну?".

– Поворачиваем. Всем кораблям - вправо! На восток, к берегу!

Впервые я увидел, как кормчий растерялся. Да так, что на миг короткий из коряги снова в человека превратился. Удивленного, с толку сбитого.

Старого.

– Но... Маленький ванакт... Диомед... Тидид! До Трои еще...

– А кто сказал, что мы плывем в Трою, дядюшка Корягиос?

Переспорил я все-таки Агамемнона! Он-то как раз с Трои начать хотел. Не жалко ему головы его длинноносой!

В нашем, ахейском наречии - двадцать два значка для письма (это без тех, что Паламед Пухлый придумал). И в финикийском - столько же. А вот в Древнем шестьдесят три. Но это что! В Кеми, говорят, значков с три сотни. А вот у моряков их всего пять - белый, желтый, красный, синий, зеленый. Днем - флажками над мачтами, ночью - огнем в лампах бронзовых.

Пять значков - легко выучить. Белый - внимание. Красный - тревога. И синий - тайный.

Белый, красный, синий!

К берегу! На восток! За Собачьей Звездой!

АНТИСТРОФА-1

Пленных сгоняли к берегу Каика - грубо, безжалостно, тычками, еле сдерживаясь, чтобы не повернуть копья бронзовыми жалами. Оно бы и без тычков обошлось, но я вовремя сообразил - велел прокричать по строю, дабы сдавшихся щадили. Кое-кто все же послушался...

– Старшего!
– бросил я, не оглядываясь.
– Сотника или геквета.

Двое гетайров, кивнув, скользнули к растерянной окровавленной толпе. Старшего найти легко. Тут, в Азии, каждый десятник норовит золотую бляху на панцирь нацепить. А уж сотник!.. А панцири-то паршивые! Тоже мне, вояки!

Злость не исчезала, не уходила, черным морским раком вцепившись в печень. Я ждал всякого: долгих переговоров, закрытых, заваленных камнями ворот, но чтобы так! С ходу, не спрашивая, в упор!

...Нет, ждал! Потому и приказал зажечь красный огонь на мачте "Калидона". Но ведь был еще синий!

– Вот, ванакт! Сотник. Зовут...

Имя скользнуло мимо, не задев, не запомнившись. Какое мне дело, как кличут этого варвара в золоченом панцире с бронзовой юбкой до колен? И на лицо смотреть не стал - еще озверею...

– Синий огонь!
– вздохнул я, отвернувшись и глядя на поле - страшное поле в молодой зеленой траве, покрытое трупами. Нашими. Чужими. Мы выиграли эту битву - нежданную, ненужную...

– Синий огонь!
– сдерживаясь из последних сил, повторил я.
– Вы видели синий огонь на мачтах?

– Не понимай! Ахейски не понима-ай-й-й! По тому, как он взвизгнул, стало ясно - по ребрам. И хорошо врезали, не иначе - рукоятью меча.

– Синий...

– Видела, видела!
– разом обрел язык варвар (чудо, не иначе!).
– Огонь видела, тревогу поднимала, к берегу войска бежала, бас идея Телеф войска посылала!..

– Но почему?
– не выдержал я, не в силах оторвать взгляд от мертвого, залитого кровью поля.
– Мы же союзники! Я же сам писал басилею Телефу! Синий огонь - условный знак!

...Писал - но не верил. Поэтому и приказал повернуть на восток, к берегам Мисии. А ежели бы я Агамемнона послушал, да прямо к Трое поспешил? На севере, у Геллеспонта, - хеттийцы, на юге - Телеф-союзничек. Капкан! Скилла с Харибдой! Не верил, но все-таки надеялся. Потому и синий огонь зажег. Мне так был нужен союзник на этом берегу! Мне так нужен был хотя бы клочок земли, где можно беспрепятственно высадить войско...

– Почему?!

– Басилея Телеф! Басилея!
– отчаянно возопил сотник-варвар.
– Басилея сказала: синий плохо. Басилея сказала: синий - трояна. Корабли трояна синий, огонь трояна тоже синий...

Вот даже как? Я поглядел вперед, на приземистые, неуклюжие, неладно слепленные стены Пергама Мисийско-го. Ворота они все же успели захлопнуть, значит, "басилея Телеф" где-то там. Неужели правда? Но ведь это глупость! Зачем нападающим заранее сигнальные огни зажигать? Впрочем, что взять с варваров? Такие, как этот болван в бронзовой юбке, поверят еще и не в такое...

– Басилея Телеф говорила...

Я дернул бровью, и болван-сотник сгинул. Все стало ясно, оставалось одно: разъяснить самому "басилею Телефу". Союзничек!

Впрочем, я снова ошибся. Разобраться с кучей валунов на холме, по недоразумению именуемой славным городом Пергамом Мисийским, - даже не полдела. И даже не четверть с осьмушкой...

– Диомед! Диомед!

Ну вот, только его здесь не хватало. Любимчик! Я сделал вид, будто не слышу, - пусть попрыгает рыжий, пытаясь пробраться через кольцо гетайров - или хотя бы внимание мое привлечь. Куреты - народ вежливый, никто басилея итакийского локтями не пихает... но и пропускать не спешит. А росточку-то мы ма-а-аленького, тетайрам-здоровякам как раз по плечо. Попрыгай, попрыгай, хитромудрый Одиссей, жаба ты рыжая!