Дитя человеческое.Психофизиология развития и регресса
Шрифт:
В-третьих, 10—12-летнее книжное познание условносигнальной абстрактной жизни — это формирование и укоренение виртуального миропредставления. Переход в реальную жизнь для таких молодых людей всегда страх и стресс. Они во всей остроте вдруг почувствуют: в реальной жизни им невыносимо одиноко, тоскливо и холодно. Непреодолимый страх перед реальной жизнью, страсть ухода в привычную для них виртуальную жизнь — вот что сформировала школа за 10–12 лет доминирования книжного метода «познания добра и зла».
А теперь суммируем все отмеченное выше: это расщепление слов от образов, угасшая воля тела и косность (рабство и страх) духа, искаженное распадающееся воображение, во многом угасшее чувство жизни — животворное мироощущение, страх столкновения с реальной жизнью на фоне страсти ухода из нее в привычную виртуальность и т. д. Вот это мы и называем запустением, охлаждением, затемнением, дезорганизацией и распадом души.
Заметим, что трагедию «книжных» душ детей и молодых людей ярко и образно выразил их кумир 1990-х гг. Виктор Цой. Он пел о запустении душ и духовном холоде, в котором почему-то оказались дети и подростки, о глубоком одиночестве и духовном замерзании детей и подростков, о бродяжничестве и бессмыслии жизни. Он пел об угасающем огоньке в душах (храмах на символическом языке). И эти слова оказались созвучны струнам душ миллионов детей и подростков. Каждый подросток, слушая песни Виктора Цоя, ощущал состояние, свое созвучие души, и от этого ему становилось «чуть легче от своего одиночества». Приведем лишь мизерную часть из стихов Виктора Цоя:
Мерзнут руки и ноги, и негде сесть, Это время похоже на сплошную ночь… В толпе я как иголка в сене, Я снова человек без цели… Ты видишь мою звезду, Ты веришь, что я найду, Я слеп, я не вижу свет… Мы не видим солнца уже несколько дней, Наши ноги утратили крепость на этом пути… Я знал, что будет плохо, Но не знал, что так скоро… Пришел домой, и как всегда опять один, Мой дом пустой… А мне приснилось — миром правит любовь, А мне приснилось — миром правит мечта, И над этим прекрасно горит звезда, Я проснулся и понял: беда… Я знаю мое дерево не проживет и недели, Я знаю мое дерево в этом городе обречено…» И прямо указывал юный пророк, откуда пришла беда: Мой дом, я в нем Сижу, пень пнем… Чтение книг — полезная вещь, но опасная, как динамит, Я не помню, сколько мне было лет, Когда я принял это на вид…Выполненные совместно с учеными СО РАМН (кандидатом биологических наук В.П. Новицкой и кандидатом медицинских наук В.А. Гуровым) исследования позволили вскрыть и следующий чрезвычайно важный факт. Спустя два года «книжно-седалищного» обучения у детей в 2,3 раза угасает флуоресценция (свечение) клеток крови (катехоламинов в лимфоцитах). В конце концов мы пришли к следующему глубокому убеждению: угасание чувства живой многоцветной образной жизни на фоне угасания свечения клеток и есть научное раскрытие центральной идеи всех священных писаний — «изгнание людей из РА’я», а также гибели «от познания добра и зла» (книжного познания жизни. — В.Б.).
Полученные научные факты позволяют осознать, отчего народы в сказаниях называли тех, кто навязывал книжные методы обучения, не иначе как «чернокнижники». Вспомним А.С. Пушкина:
«Дрожащий карлик за седлом Не смел дышать, не шевелился И чернокнижным языком Усердно демонам молился».Наши исследования выявили: укоренение на этапах детства телесной вертикали — это конструирование души. Укоренение телесной, эмоциональной (душевной) и нервно-психической стойкости. И наоборот, неукоренение на этапах детства тела в своей видовой телесной вертикали — это дезорганизация души. Разбалансировка телесной, эмоциональной (душевной) и нервно-психической стойкости. В широком плане это означает выдернуть главную точку опоры на уровне народа и даже всей цивилизации.
Разработанные под нашим руководством и запатентованные открытые дидактические площадки для проведения занятий вне помещения, приемы проведения занятий в обычной школе в режиме телесной вертикали и малых форм двигательной активности на фоне сенсорного обогащения позволяют во многом предотвратить синдром «изгнания из РА’я», в том числе синдром острой душевной недостаточности.
Все дело за ответственностью науки за свои «целительные средства». Все дело за востребованностью не только и не столько средств лечения, сколько средств первичной их профилактики. Но до этого мы еще во многом не доросли в душевно-духовном плане. Пока ценим лишь то, что теряем. А вот то, что теряем навсегда и от чего гибнем, возводим в святыни и культы для всеобщего поклонения. Похоже, только страдания раскрывают замерзшие души людей.
Раздел IV
ОТ ОБРАЗОВАНИЯ В РАБСТВЕ «ТЛЕНИЯ» К ОБРАЗОВАНИЮ В СВОБОДЕ ДУХА
Известно, что базовые принципы современной модели образования предложил Ян Амос Коменский, который назвал их «машинной дидактикой». В последующем неустанным трудом его «апостолов» данная модель образования была умело навязана практически на уровне всей современной цивилизации [12] . Известны и базовые принципы «машинной дидактики». Это:
• подчинение учебного процесса жесткому, расписанному по дням и часам базовому учебному плану;
12
См. журнал Президиума РАН «Наука в России» (1999, № 1).
• построение учебного процесса на основе подавления и закрепощения телодвижений и ориентировочно-поисковой активности ребенка;
• культ абстрактной информации и виртуальных знаний на фоне игнорирования собственного телесно — чувств енн ого опыта ребенка;
• игнорирование в учебном процессе мотивов, интересов, особенностей воображения ребенка;
• авторитарный инструктивно-программирующий характер передачи информации;
• игнорирование пололичностных особенностей, интересов, мотивов, фантазий, воображения, игр мальчиков и девочек;
• строительство учебного процесса на основе дисциплины, послушания и наказания.
О том, что данная модель образования разрушает телесное и психическое здоровье каждого нового поколения, специалисты говорят давно (см. разд. III). Предложены многочисленные педагогические инновации, но базовая сущность организации и проведения учебного процесса на основе тотального закрепощения моторной, чувственной и эмоционально-волевой природы ребенка практически не менялась. Отсюда нарастающая в поколениях «секвестрация» телесно-функциональных и духовно-психических потенциалов видовой жизни, в том числе угасание психического и телесного здоровья.
4 апреля 1979 г. «Медицинская газета» рассказала о рождении качественно новой здоровьеохранительной (а точнее здоровьеразвивающей) модели образования, разработанной под нашим руководством (в те годы я — руководитель отдела сенсорных систем НИИ медицинских проблем Севера СО РАМН). Речь шла о том, что впервые за всю эпоху всеобуча дети не только не теряли здоровье, но и, более того, приумножали его в процессе обучения. Удалось это благодаря тому, что учебный процесс стал проводиться на основе базовых законов, подведенных под раскрепощение видовых потенциалов детей, а в итоге воссоздание людей посредством:
• прямостояния и прямохождения;
• ориентировочно-поисковой активности детей;
• эмоционального запечатления реальных и моделируемых видеорядов;
• последующего преображения впечатленных образов в руко- и речетворчестве;
• пололичностных особенностей, интересов, мотивов, воображения, игр мальчиков и девочек и т. д. (Сокращенный вариант программы см. в приложении).
В последующем под руководством Министерства здравоохранения РФ в течение 1980-х гг. с помощью головных институтов РФ в области детства (Ивановский НИИ охраны материнства и детства, Горьковский НИИ педиатрии) была проведена тщательная экспертиза разработанных здоровьеохранительных подходов к построению учебного процесса. После получения убедительных положительных данных по сохранению и укреплению здоровья детей в учебном процессе сугубо педагогическими технологиями в 1989 г. программа была утверждена Минздравом РФ и рекомендована к внедрению во все образовательные учреждения страны под следующим названием: «Массовая первичная профилактика школьных форм патологии, или развивающие здоровье принципы конструирования учебно-познавательной деятельности в детских садах и школах» (В.Ф. Базарный, Л.П. Уфимцева, В.А. Гуров, Э.Я. Оладо).