Дитя луны, дитя пророчества
Шрифт:
" - Гвен?"
" - А то кто же! Нет, все таки здорово они над тобой поработали, раз почти никого не узнаешь!"
" - Еще как... Знаешь, я ведь тебя совсем недавно вспомнила. Еще когда вы только появились, ты для меня была просто незнакомкой. Память только недавно стала возвращаться, поэтому я сейчас как слепой котенок"
" - Именно поэтому я, никогда и не любила людей, они всегда делают гадости друг другу. Может, спустишься? Хочется нормально пообщаться, а не стоять, прислушиваясь одновременно к двум разговорам, боясь пропустить что-нибудь важное"
" - Конечно, я как раз об этом подумала. Кстати, не думаю, что теперь следует держать нашу дружбу в секрете: мне уже все равно, а если кому-то что-то не понравится, то это их личные проблемы"
" - Тебе решать, я только "за". Все, кажется, меня втягивают в разговор, спускайся"
Прервав связь, Лина быстро сбежала вниз и, под изумленное молчание собравшихся, подбежала к Гвен, крепко обняв подругу, заставив ее весело рассмеяться.
– Лин, ты меня задушишь!
– Не дождешься, ты мне живая нужна!
– отойдя от девушки на несколько шагов, внимательно оглядывая подругу, принцесса заметила, что та совсем не изменилась, о чем не замедлила тут же сообщить.
– Ну, спасибо. Да и ты с годами только молодеешь, - Гвен весело подмигнула Райлин.
– Мне все же пришлось жить заново.
– И сколько ты прожила в том мире?
– Глава Клана Верховной Богини с любопытством взглянула на девушку, замечая, с каким интересом все собравшиеся прислушиваются к разговору.
– Двадцать лет.
– Не может быть! За двадцать лет невозможно так повзрослеть, - Гвендалин недоверчиво хмыкнула, выказав, таким образом, свое отношение к ее ответу.- Ты, верно, шутишь.
– Нет, Гвен, не шучу. А сколько лет мне было в этом мире?
– Семьдесят пять, - заметив ошарашенное лицо принцессы, девушка нахмурилась.
– В этом мире время, видимо, сильно отличается от того, к которому ты привыкла. У нас детей отдают в академию в двадцать пять, где они обучаются до Ритуала Выбора еще пятьдесят лет. Однако, если учесть, что с момента твоего изгнания прошло пятьдесят пять лет, то тебе фактически сто тридцать лет. Не удивляйся, в нашем мире, в зависимости от Клана, конечно, продолжительность жизни в среднем около двух-трех тысячелетий.
– Да...
– Райлин отчаянно пыталась "переварить" внезапно свалившуюся на нее информацию.
– Думаю, мне еще очень многое придется вспомнить.
– Лина?
– обернувшись на тихий голос, девушка холодно посмотрела в глаза женщины, некогда называвшейся ее матерью, наткнувшись на полный боли и надежды взгляд.
– Лина, доченька, это действительно ты?
– несмело дотронувшись до руки дочери, женщина счастливо улыбнулась сквозь покатившиеся из глаз слезы, заключая ее в свои объятья.
– Ты вернулась...
– Боюсь вас разочаровывать, леди Лорелейн, - не обращая внимания на содрогающиеся от рыданий плечи женщины, Лина отстранила ту от себя.
– Но боюсь, что той Райлин, которую вы когда-то знали, больше нет. Вы сами убили ее, когда собственноручно отправили в Дальний мир, - сердце девушки предательски дрогнуло, в ответ на отчаяние, читающееся на лице матери, однако вставшая перед глазами картина изгнания, заставила лишь сильнее сжать зубы.
– Память понемногу возвращается ко мне, открывая довольно-таки интересные, хоть и не всегда приятные, подробности прошлой жизни. Кстати, у меня есть вопрос: почему я стала забывать свой мир?
– девушка обернулась к правителю.
– В этом нет ничего удивительного, ты принадлежишь нашему миру, поэтому, возвращая тебе память, он забирает воспоминания, противоестественные для этого места. По всей вероятности, на то воля Богов,- Никоэль ободряюще обнял за плечи супругу.
– Как много ты вспомнила?
– Не так много, как хотелось бы, однако для меня пока достаточно и этой информации, - не в силах больше видеть страдания матери, Лина отвернулась, посмотрев на шестерых незнакомых мужчин, сопровождающих правительницу и Гвендалин. Трое из них, одетых, как и глава Клана, в черные цвета, и будучи, явно, ее ларрьянами, поглядывали на девушку с неприкрытым интересом.
– Гвен, милая, а кто эти молодые люди?
– очаровательно улыбнувшись, Лина посмотрела на подругу.
– Извини, это моя ошибка. Леди Райлин, позвольте вам представить моих ларрьянов: лорд Баред, лорд Айрон и герцог Миларский, - по мере представления, всадники склонялись над протянутой рукой принцессы.
– Очень рада знакомству, прошу прощения за инцидент, свидетелями которого вы невольно стали. Мы рады приветствовать вас в своем доме, надеюсь, вам у нас понравится, - заметив застывшего с открытым ртом Рейнальда, девушка ласково ему улыбнулась, с интересом размышляя о том, что его так поразило.
– Рей, братик, закрой рот, а то ворона ненароком залетит.
– Что?
– принц непонимающе уставился на сестру.
– Рот, говорю, закрой - неприлично, - язвительно усмехнувшись, девушка, подмигнула парню, чем вызвала приступ хохота у ларрьянов Клана Жизни и Смерти.
– Я что-то не так сказала?
– Леди, вы само очарование!
– отсмеявшись, лорд Баред поклонился принцессе, весело посматривая на смутившегося Рейнальда.
– Я просто, в отличие от некоторых, имею представления о вежливости.
– Лина с усмешкой посмотрела на покрасневшего брата.
– Прошу меня простить, но, как оказалось, я целых пятьдесят пять лет не видела подругу, так что нам надо многое обсудить.
– Конечно, леди, мы все понимаем.
– Надеюсь, вы нас извините, - обернувшсь к Никоэлю, Гвен вопросительно посмотрела на мужчину.
– Да, конечно, - правитель был ошарашен, однако быстро взял себя в руки и поклонился главе Клана Верховной Богини.
– Думаю, все вопросы мы сможем обсудить позже.
– Надеюсь, леди Райлин, вы осчастливите нас своим присутствием за ужином?
– герцог Милорский вопросительно посмотрел на девушку, даже не подозревая в какое незавидное положение ставит Лин, не желающую находиться рядом со своей семьей.
– Только ради вас, герцог, - она заставила себя мило улыбнуться и, взяв Гвендалин под руку, направилась в замок.
– Нет, и чего это ты ухмыляешься?
– забравшись с ногами на кровать, Лина подозрительно уставилась на подругу, сидящую в кресле.
– Просто вспоминаю твою великолепную речь, - Гвен мечтательно закрыла глаза, припоминая все подробности, - Я, когда услышала, думала, что не выдержу и полностью испорчу образ великой главы таинственного Клана Эихни и Смерти своим безудержным смехом. С каких это пор ты начала так пафосно выражаться?