Чтение онлайн

– Ты куда?

– Наберу этому идиоту ванну.

– Нет, – Макс запротестовал, затолкав обувь под пуфик, – я сразу спать.

– Ты не ляжешь спать перенапряженным.

Дверь ванной комнаты закрылась с гневливым грохотом, а Ленни попытался помочь другу подняться, но тот неожиданно отшатнулся от него, раскрыв практически слипшиеся от усталости глаза. Какое-то время он внимательно всматривался в его лицо, а затем обнял себя за плечи и прошипел:

– У тебя голова болит.

– Откуда ты знаешь? – Ленни догадывался откуда, но почувствовал необходимость в подтверждении своей догадки.

– Почувствовал. Когда я вытягиваю слишком много боли, то начинаю чувствовать ее даже тогда, когда совсем не хочу этого.

– Извини, я не знал, что ты и такое умеешь.

Выражение лица Макса смягчилось и сменилось на виноватое. Он вытянул руку и коснулся пальцами виска Ленни. Это прикосновение сначала обожгло, но затем его словно укутали в мягкое одеяло и, взяв на руки, попытались укачать. Это продлилось всего несколько секунд, но их оказалось достаточно, чтобы тяжесть внутри черепной коробки отступила, а гул в ушах поутих.

– Спасибо.

Макс устало улыбнулся. Он как раз двинулся в сторону ванной, когда из-за двери показалась Майя.

– Ты должен пролежать не меньше пятнадцати минут, – напомнила она. – Если почувствуешь, что за пятнадцать минут мышцы не расслабились, полежи еще немного.

– Он отключится минут через пять, – встрял Ленни, но его проигнорировали.

– Хорошо, босс, только не прожигай во мне дыру взглядом, – простонал Макс. Он зевнул в изгиб локтя и скрылся в ванной. Щелчок дверного замка так и не раздался.

Ленни пихнул Майю в бок и, наклонившись, заговорщически прошептал:

– Не хочешь пойти помочь ему раздеться?

Щеки девушки покраснели. Эта передружба, тянущаяся вот уже несколько лет, изрядно утомила, но, кажется, не Макса, который из года в год продолжает делать вид, что все в порядке, и те взгляды, которые он и Майя исподтишка бросают друг на друга, являются обязательным элементом настоящей крепкой дружбы. Во всем этом Ленни отведена особая роль: он опускает глаза в пол и тяжело вздыхает, когда его друг обращает любую попытку приглашения на свидание в дружеские посиделки

– Лучше продолжай помогать Катарине, – Майя сонно потянулась. Смущение отхлынуло от ее лица так же быстро, как и завладело им.

– Мы расстались.

– Когда?

– То ли до, то ли после того, как все закончилось между мной и Робби.

Майя замерла на полпути к своей комнате и обернулась через плечо. Ее густые, но аккуратные брови образовали красивый отточенный изгиб.

– Что за Робби?

Ленни отмахнулся.

– Мы с ним всего пару раз виделись.

Ответ Майи был неразборчивым и утонул в зевке. Она отсалютовала ему и скрылась у себя. В отличие от Макса, который неоднократно укоризненно высказывался об образе жизни друга, ей не было дела до количества его партнеров. Ее больше волновала его безопасность: «Не забывай предохраняться», – повторяла она. Строго Майя высказалась на эту тему всего один раз, пару лет назад, когда за один день застала Ленни с двумя разными девушками:

– Мне плевать, насколько свободных отношений ты придерживаешься. Главное, не забывай предупреждать об этом тех, с кем закручиваешь свои интрижки. Очень нехорошо обманывать людей, которым ты нравишься.

Ленни не забывал и никого не обманывал. Он не питал надежд на полноценные отношения сам и не давал почву для их укрепления тем, кому пришелся по вкусу. Был честен в своих эгоистичных порывах и порой ему приходилось чувствовать себя ужасно, понимая, что он оказался чьим-то скелетом в шкафу сексуальных утех. Даже сейчас, оглядываясь назад, парню было тяжело найти ответ на мучающий его вопрос: когда он свернул не туда? Где ему стоило повести себя иначе, чтобы не оказаться в съемной квартире практически на шее своих друзей: без карьеры, без образования, но со звенящей пустотой внутри, на месте которой у нормальных людей разливается трепещущее тепло от пылающей, пусть и не всегда сказочной, любви?

– Все еще поверить не могу, что ты решилась оставить Макса одного.

Ленни продолжал удивляться, пока Майя искала электронный ключ от машины на дне своего рюкзака.

Это был не первый раз, когда их друг переборщил со своим альтруизмом и заболел сам. Вот уже вторые сутки никто и ничто не может заставить его вылезти из постели. Кажется, у него даже пропала надобность в посещении ванной. В таких ситуациях Макс никогда не жаловался на боли, лишь просил оставить его в покое, но тяжесть, с которой он переворачивался на другой бок, всегда была громче любых слов. Его светло-карие глаза будто выцветали, обманчиво худощавое, но сильное тело время от времени сотрясала мелкая дрожь, а вены пугающе выделялись под тонкой оливковой кожей. Это зрелище пугало, но Макс уверял, что через пару дней ему станет лучше. И становилось же, каким бы нездоровым он ни выглядел.

Несмотря на мучения, которые приходится переживать парню, Ленни завидовал тому контролю над силой, который у него есть. Когда Майя высказала свое опасение и уточнила, не задается ли никто вопросом, почему малолетним преступникам, оказавшимся в лазарете, становится легче только в его присутствии, тот развел руками, одарив ее своей теплой улыбкой:

– Я же не дурак. То вытяну немного, когда помогу главному по смене, то невзначай прикоснусь во время процедуры, то загляну через пару минут под дурацким предлогом измерения температуры или давления. А если пациент без сознания, беспокоиться вообще не о чем.

Он говорил об этом так обыденно, так просто, словно происходящее с ним – это абсолютно естественная вещь, самая естественная в этом мире. Ленни похвастаться этим не мог, а ведь прошло больше двух лет с того вечера, когда он вышел из себя и заставил вкусить свой гнев целый район, опустевший на восемь дней. Его ноутбук был единственной вещью, питающейся от электричества, которую не затронула непонятная аномалия. Однако ощущение безграничной силы и чувство контроля Ленни помнил до сих пор и ловил себя на желании вновь испытать их, но и по сей день ему приходилось довольствоваться лишь крошками. Хуже, пожалуй, было только Майе, которая время от времени просто открещивалась от всей этой чертовщины и отказывалась принимать факт наличия у себя странных способностей.

– Я думаю, Максу действительно нужно побыть одному, – пробормотала она, поставив рюкзак на капот старенького, но еще вполне рабочего электромобиля первого поколения Б-класса, – знаешь, чтобы не сдерживаться. Возможно, ему нужно даже поплакать от боли, покричать. Он знает, что мы все видим, но продолжает закрываться от нас. Идиот.

– Он всегда делает это, когда ему плохо. Мы уже не сможем ничего изменить.

Это был бессмысленный разговор, который не нуждался в продолжении, и Ленни решил сменить тему.

– Мы точно все купили?

Майя кивнула. Несколько пакетов, набитых до отказа, стояло возле их ног. Раз в пару месяцев они втроем выбирались в торговый центр и совершали глобальную закупку, иногда забегали и на третий этаж, чтобы посетить 5D-кинотеатр или взять в парке на прокат ролики и оставить на теле несколько ссадин и синяков после неудачных падений на гладкий асфальт. Веселиться, пока Макс страдает, Ленни и Майе показалось неправильным, поэтому сегодня никто из них даже не заикнулся об этом.