Дитя скорби
Шрифт:
Не теряя больше ни секунды, бросилась к выходу, стремясь как можно скорее покинуть Сокрытый город и, оказавшись в относительной безопасности, обдумать все, прикинуть и действовать. Больше всего сейчас я хотела оказаться в Гремучем царстве, чтобы свершить то, что предрек мне отец: спасти этот мир, что был мне необъяснимо, неописуемо дорог. А потом.
Потом, если получится, хотелось заглянуть в изумрудные глаза Витэана и спросить, почему он так поступил со мной? Почему предпочел Глассе? Предал мои чувства даже не объяснившись.
Мы выскочили из туннеля, и яркое рассветное солнце больно ударило по глазам. Зажмурилась, стараясь привыкнуть к свету после темноты подземелий.
– Не двигаться!
– неожиданно раздался незнакомый мужской голос.
– Вы арестованы.
Постаралась проморгаться, смахивая выступившие от бьющих прямо в глаза солнечных лучей слезы, с трудом сфокусировала зрение. У выхода из скрывавших нас подземных ходов стояло около полутора десятков хорошо вооруженных, державших наготове луки с наложенными на тетивы стрелами, эльфов из стражи Сокрытого города.
Мы опоздали. Слишком долго выбирались из подземелья, слишком медлили. У нас не осталось никаких шансов покинуть земли эльфийской Владычицы, потому как троим нечего противопоставить такому количеству стражников, - это очевидно. Горький ком безысходности и отчаяния болезненно застрял в горле.
Глава 42
Клянусь светом полуночной звезды, в первый момент мне хотелось броситься на стражников, наплевав на отсутствие оружия, вгрызться в ближайшего из них зубами, рвать и метать. Потому что я была не готова попасться в ловушку сейчас, в тот самый момент, когда пришло понимание, что и как нужно делать, когда был план! А главное... Витэан... Я должна была спасти его! Обязана прийти на помощь, не могла иначе!
Симлар аккуратно положил руку мне на плечо и несильно, но настойчиво сжал.
– Спокойно, - тишайшим шепотом произнес уже бывший начальник стражи Сокрытого города.
– Шутить они не будут. Убьют быстрее, чем ты успеешь сделать шаг. Точно знаю, сам их обучал.
– И что прикажешь делать?
– процедила я сквозь зубы.
– Мы должны сдаться, - посоветовал Симлар.
– Нас с араненом казнят - тут вариантов нет,
– но ты будешь жить.
Злобно стрельнула в этого горе-советчика испепеляющим взглядом, пытаясь понять, в своем ли он уме. Неужели действительно думает, что я соглашусь на подобное: сохранить свою жизнь, положив их головы на плаху. Никогда я бы не пошла на такое! При этом прекрасно понимала, что стоит мне дернуться, и действительно погибнем мы все. Безвыходная, тупиковая ситуация.
Отчаяние накатывало горячими волнами, заставляя напрячься каждую мышцу тела, каждую извилину мозга, ища хоть какой-то выход, какую-то лазейку, зацепку, соломинку. Хоть что-то! Но ничего не находилось. Нас обступили со всех сторон, прижали, загнали в угол, как крыс. На глаза навернулись злые слезы.
– Опустите оружие!
– раздался дрожащий голос Эриэль из-за спин стражников.
– У меня новое распоряжение от Владычицы: отпустить их!
Подмога пришла оттуда, откуда никто и не ждал. Может быть, именно это называют судьбой?
– Отпустить?
– удивленно поинтересовался один из эльфов, видимо, назначенный старшим.
– Да, и мне приказано лично выдворить их за границы Сокрытого города!
– уже немного увереннее сказала молодая эльфийка.
– Опустите оружие!
– Но элетт Эриэль.
– начал старший стражник.
– Я жрица каурусовской рощи!
– прервала его девушка, старательно придавая своим словам властность.
– Ты смеешь мне перечить? Не веришь переданному мной приказу?
– Нет, элетт Эриэль!
– чуть стушевавшись, отозвался эльф.
Он сделал короткий знак своим воинам, и те опустились луки, расступаясь.
Бледная, как полотно Эриэль, не произнеся ни слова, развернулась и стала удаляться не слишком твердой походкой.
– Идем, - прошептал мне Симлар и первым направился вслед за эльфийкой.
Уговаривать меня не пришлось. Быстро посеменила вперед, обходя стражников, краем глаза наблюдая, что и Эсфиль двинулся за бывшим кауром войск Сокрытого города.
Шли в полном молчании, практически след в след за Эриэль, которая вела нас куда-то через густую рощу. Наконец вышли на знакомую мне, мощеную камнем дорожку. Недалеко виднелся тот самый, вырубленный в скале проход, через который мы с Эсфилем и попали сюда, в этот проклятущий Сокрытый город. Очутиться в нем оказалось намного проще, чем выбраться обратно.
– Идите сюда, скорей!
– произнесла Эриэль, подходя к одному из раскидистых деревьев.
– Я принесла и спрятала тут все, что смогла.
Мы втроем приблизились к куче веток, скрывающих под собой наше с Эсфилем оружие, теплую одежду, клинки Симлара и даже небольшой рюкзачок со съестными припасами.
– Спасибо!
– произнес Симлар, порывисто и нежно обнимая Эриэль, как сестренку.
– Уходите скорей!
– ответила она, чуть краснея и выбираясь из объятий эльфа.
– Временный начальник стражи уже наверняка послал кого-то к Владычице, чтобы проверить мои слова. Скоро станет ясно, что я соврала. Вы должны торопиться.
– А как же ты?!
– встрепенулся Эсфиль, натягивая на себя перевязи с мечами.
– Разве ты не идешь с нами?
– Нет, я не могу, - ответила Эриэль.
– Я нужна своему народу, нужна роще.
– Но Владычица казнит тебя за предательство!
– запротестовал аранен, хватая эльфийку за ладошки.
– Ты должна уйти с нами!
– Я единственная жрица каурусовской рощи в Сокрытом городе.
– смущаясь, сообщила девушка.
– Казнить меня не станут. А все остальное я переживу, зная, что спасла тебя.
– Эриэль...
– выдохнул аранен и наклонился к эльфийке, касаясь своим лбом ее.
В одном этом, произнесенном им слове, было столько эмоций, что сложно было бы передать их целой поэмой. И горечь, и страх, и нежность, и.
– Что происходит?
– шепотом спросила я у Симлара, наблюдая эту странную, даже какую-то интимную сцену.
– А ты не заметила?
– усмехнувшись, спросил тот.
– Хотя, чему я удивляюсь? Ты столько лет не замечала моих чувств. Как бы смогла разглядеть вспыхнувшую между ними искру.
– Что?
– снова не поняла я.
– Твой Эсфиль и наша Эриэль обрели друг друга, - пояснил Симлар.
– Это называется любовь, Ниэнель. Она иногда приходит нежданно и стремительно. Пронзает сердце, как метко выпущенная стрела.
Я удивленно, обескураженно посмотрела на держащихся за руки аранена и жрицу. На губах появилась легкая, печальная улыбка. Я была рада, что Эсфиль обрел ту, что заставляет его сердце биться, и грустила, потому что он должен был так скоропалительно с ней расстаться.