Дитя Света и Тьмы
Шрифт:
Серафаэль искренне улыбнулся белокурой демонессе и, не отрываясь от изумрудных глаз, поцеловал ее. В голове Элен пронеслись тысячи мыслей, но она не задумываясь ответила на самый желанный поцелуй этого вечера и, возможно, самый нежный в ее жизни.
Демонесса готова была отдать свою душу, чтобы этот момент длился вечно, руки ангела нежно держали ее за талию, а она обвила его шею, прижимая ближе к себе. Невинный поцелуй ангела наполнился страстью демона, и, казалось, что никто не может их прервать в этот момент.
Нехотя отстранившись, Серафаэль снова взглянул в глаза девушке, читая в них все эмоции девушки, которые она ощутила за сегодняшний день. Признаться, ангел был причиной практически всех из них.
Усмехнувшись, Элен встала на носочки и нежно поцеловала ангела в щеку.
– Спасибо за вечер, ты сделал этот невыносимый праздник лучше, – шепотом произнесла девушка, обнимая Серафаэля
– Я надеюсь, что это наша не последняя встреча, – также шёпотом, чтобы слышала только она, сказал ангел. – Жди от меня письмо, и не вздумай игнорировать его, иначе мне придётся взять Ад штурмом.
С этими словами он поцеловал дьяволицу и исчез, оставляя жасминовый запах своих духов и забирая с собой ее сердце. Но Элен чувствовала, что сердце ангела тоже осталось в ее руках, и она его никому не отдаст.
Глава 2. «Счастливая» весть
Потянулись годы тайных свиданий и встреч. Серафаэль тайно от матери и отца, словно школьник, сбегал ночами через окно. Падая камнем вниз, он виртуозно раскрывал белоснежные крылья прямиком у земли, резко взмывая вверх. Лениво паря между летающими островами, он бесшумно добирался до границы Эдема, чтобы, не вызывая подозрений вспышкой магии, пересечь границу.
Их вечной точкой сбора было большое, старое дерево, чья размашистая крона закрывает все небо.
Так и Элен, отнекиваясь от вечерних посиделок с братом, и встречи с советником, сбегала из черного замка. Наивный братец даже не догадывался, куда может уходить его сестра, размышляя, что видимо дел у правительницы просто много. Темноглазого друга же было труднее провести.
Он нередко ловил девушку на выходе из комнаты, при параде и с красивой прической. Слушал ее быстрые, наспех придуманные оправдания и, отходя в сторону, пропускал ее то на встречу с подругой, которой у той отродясь не было, то на осмотр владений никому неизвестного демона.
Главным вопросом было, почему два взрослых, состоявшихся, а самое главное уважаемых всеми правителя играют в детские игры, скрывая от семьи.
Но и ответ был весьма прост. Они попросту не хотели огласки и сплетен, к тому же родители явно будут против таких отношений. А если брать в расчет невозможность заиметь наследника, то две правящие династии будут костьми ложиться, чтобы разрушать любые связи между Элен и Серафаэлем.
Поэтому два верховных стража тихо и мирно радовались таким встречам, разглядывая ночное небо, считая звезды, или же морща глаза от яркого рассветного солнца.
Им было просто хорошо вместе, они не задумывались о будущем династии, о мнении родителей, которые бесщадно продолжали подкидывать им варианты суженных.
Кстати об этом. Элен уже порядком надоело придумывать причины деликатных отказов для непутевых женишков, которые и рядом не могли стоять с серафимов, да она и не сравнивала, это было незачем.
Но чего стоил один только Азазель, который совершенно не растерял уверенность в собственной неотразимости после провала на балу, продолжая таскать своей возлюбленной цветы и подарки. Однако в последнее время куда-то запропастился, но и черт с ним.
Серафаэль же настрадался со своей старой подругой Леей, с который был знаком с рождения. Да, они были отличной командой, вместе спускались на Землю, поправляя развитие людей, занимались развитием Эдема. Светловолосый ангел наивно верила, что когда-нибудь их дружба перерастет в нечто большее, но серафим всегда был иного мнения. А сейчас так вообще отвернулся от девушки и ее навязчивой привязанности.
***
Пара в очередной солнечный день нежилась на зеленой траве, разглядывая небо через густые ветви. Элен перебирала тонкими пальцами гладкие темные волосы серафима, от чего тот прикрывал глаза, растягивая губы в улыбке.
Прошло уже пятьсот лет с их встречи на балу, и уже пятьсот лет они скрывают все от любого стража. Но риск провалиться был слишком велик и оба начали задумываться о вскрытии карт.
– Нам надо сжать зубы и сделать это, – мурчит, будто кошка, дьяволица, потягиваясь на груди ангела. – Иначе правда вскроется сама собой, а за реакцию своего отца я не отвечаю.
Серафаэль хмыкнул, наслышанный о не самом гладком и терпеливом характере бывшего правителя, а зря гневить потенциального родственника не очень-то и хотелось.
– Надо, – согласился он, оставляя на розоватой щеке поцелуй. – Но сначала надо выбрать место, боюсь мои родственники не стремятся поужинать в Аду.
– Как и мои в Раю, – немного зло оскалилась Элен, представляя во всех красках, как ее папочка протыкает столовым серебром запястье ангела, только потому что тот налил ему неправильное вино. – Но тогда где?
Серафим лукаво улыбнулся, прижимая девушку еще ближе к себе. Его глаза разглядывали окружающую их природу, огромную гору вдаль, близкий лес и сверкающе в лучах солнца озеро.
– Да прямо здесь, – неожиданно выпалил он, заставляя Элен привстать и заглянуть ему в глаза, проверяя наличие в них здравого смысла.
– Устроим пикник в честь такой новости? – покрутила пальцем у виска дьяволица, мол, ты что несешь, блаженный. Солнце напекло голову или ветер выдул остатки разума.
Но серафим был непреклонен, лишь немного привстал, обнимая девушку со спины, опуская подбородок ей на плечо.
– А ты просто представь, – аккуратно шепнул он, оставляя невесомый поцелуй у основания шеи. – Вон там, – мужчина указал на берег озера, – построим домик, небольшой, но и немаленький. А там, около леса, будет беседка, где смогут играть наши дети.
Ангел закусил губу, ругая себя за такую оплошность. Какие дети, об этом они вечно спорили с Элен, рискуя разругаться в прах.
Но сейчас дьяволица лишь обреченно вздохнула, откидывая голову на сильную грудь. Да, она хотела детей, но не с кем иным, кроме серафима. Представить кого-то рядом с собой она не могла, только он, темноволосый и светлоглазый страж.
– Мне нравится, – несвойственно тихо шепнул Элен. – Нравится твоя идея, так и поступим.
***
Царская семья Преисподней насчитывала всего четыре стража. Но зато каких стража. Их мощи и влияния было более чем достаточно, чтобы каждый демон, трепеща, вспоминал их имена, боясь даже подумать о преступлении против действующей власти.