Дитя Тёмного Лорда
Шрифт:
«Сегодня случилось нечто необычное, связанное с твоим братом Магнусом» — нахмурился и напрягся. Может, здесь откроется причина, почему брат так себя повёл?
«Энжина заявила, что он владеет не магией землевика, и они вместе с Мэри убедили его пройти тест».
Улыбнулся, расслабившись. Я слишком хорошо знал свою возлюбленную и прекрасно понимал, что она не станет сидеть без дела. Значит, её деятельность и поиски принесли какие-то плоды.
И, похоже, у нас с братом одинаковый вкус на девушек — Энжина была точно такой же.
«Как оказалось, они (Мэри, Энжина и Аврора) готовились, придумывали тест, чтобы доказать свою правоту. Мэри предложила посоревноваться в водной стихии, и Магнус оказался сильнее. Затем они вынудили Магнуса затушить костёр его способностями воздуха, и он поборол огненные способности Авроры, что делает его куда сильнее простого землевика».
Его пересказ был сумбурным, местами не понятным, но основную мысль я уловил: Магнус оказался не землевиком, и это доказывало, что отец нам постоянно врал.
Пора бы наказать старого лжеца.
«После чего они сообщили, что Магнус — иллюзионист. Я, правда, ничего не понял — для меня это что-то новое и неизвестное, но решил, что это достаточно важная новость, чтобы сообщить тебе.
Буду следить за ситуацией.
Артур».
Самое ужасное во всём этом — я сам толком не знал, что это всё значит. Впервые слышал об этом даре. Наверное, это должно было многое объяснить, но, к сожалению, ещё больше запутало.
Вздохнул. Отложил письмо и отправился на прогулку по саду. Нужно было встряхнуться, проветрить мозги, о многом подумать.
Магнуса я нашёл сидящим на скамейке. Он уже никуда не убегал, когда заметил меня.
— Плохой день? — спросил я.
— Плохие последние тридцать лет жизни, — покачал он головой и подвинулся, приглашая присесть.
Удивился: ему как раз недавно исполнилось тридцать. Наш возраст отличался от земного, мы старели медленнее, могли жить до ста пятидесяти лет. Но были ли мы больше счастливы?
Скорее нет, чем да.
— Отец? — понимающе спросил я, опустившись на скамейку.
Магнус тяжело вздохнул и кивнул. В его руках была книга мифов и легенд. Нахмурился. Нас ждал конец света?
Некоторое время мы сидели в абсолютном тишине и полном молчании. Я чувствовал, что брат в раздрае — тут не нужно быть эмпатом, чтобы это понять. От него так и веяло напряжением, а негативные эмоции просто зашкаливали.
Я не знал всех подробностей и меня это убивало. Я вообще слышал как прошёл день моего брата со стороны мальчика-крестьянина, которому я представил работу — шпионить (как бы сказали на Земле) следить (как бы сказали у нас) за девушкой.
Вопрос «кто такой иллюзионист?» так и стоял в моей голове. Потому что я знал наизусть все магические дары, но этого в списке моих знаний, увы, не было.
— Что за книга? — я решил начать разговор издалека, чтобы не сильно ранить брата.
— Книга, подтверждающая, что отец нам врал, — с горечью в голосе ответил Магнус.
Покачал головой и забрал её у брата.
— Как будто ты меня сейчас удивил, — хмыкнул я. — Давно уже понятно, что Максимус — тот ещё фрукт.
И как мы раньше не замечали, что он не просто отравлял нам жизнь, но и в принципе уничтожал нас, как личностей изнутри?
Магнус тяжело вздохнул и неожиданно рассказал мне о том, как ужасно прошёл его день. О том, как Энжина и Мэри его обманули, заставив поверить, что он пользуется начальным уровнем стихии, а на деле заставили его выйти за навязанные границы возможного.
— И сейчас я в ужасе, потому что прекрасно понимаю, что я не землевик. Я гораздо сильнее, гораздо опаснее. И, судя по книжке, которую ты держишь в руках, — я нахмурился, услышав его слова, — я ещё и угроза всего человечества.
— Ну, что за чушь ты мелишь, а? — выдохнул облегчённо. — Как старая книга с легендами и сказками может сообщить, что ты угроза?
— Провидцы так не считали…
— Эти параноики, один из которых — мой отец? Смею тебе напомнить, он вообще смерти Марии и нашей дочери пожелал, — пробурчал я.
Магнус вырвал из моих рук книгу, полистал её, а затем сунул одну очень старую легенду одного маразматичного провидца. Мы её изучали в академии, а ещё до этого нас, детей, этим иллюзионистом запугивали. А я-то думал откуда я это слышал? Вот глупости какие!
— И с чего ты взял, что ты тот самый разрушитель? Ну, ты сильный маг, ты хорошо убеждаешь, иллюзии у тебя получаются отлично… — замер, потому что, по сути, это те самые способности иллюзиониста, описанные в легенде. — Да даже если ты иллюзионист, почему ты считаешь, что ты плохой? Из-за какой-то глупой легенды маразматика-параноика?
Ситуация была не просто сумасшедшей и патовой, всё становилось только хуже.
Некоторое время мы сидели в тишине. Я пялился в книгу, читая написанное. Никак не мог понять, было ли это про нашу ситуацию и про моего родного брата, или просто сказка спустя столетия чисто случайно совпала с реальностью.
И ведь очень много аргументов как в ту сторону, так и в другую. Господи, что за цирк?!
— Обсуждаете легенду о трёх братьев? — услышали мы третий голос. Одновременно вздрогнули и обернулись.
Артемиус стоял перед нами и улыбался.
Опять два старших брата забыли о младшем. Неловко вышло.
— Какую легенду? — первым очнулся Магнус. Он оценивающе смотрел на младшего, словно думал, стоит ли рассказывать брату о произошедшем.
— Ну, далёкие! — Артемиус покачал головой и улыбнулся.
Похоже, он выпил очередное увеселительное зелье и не скрывал этого. Слишком уж счастливым и непринуждённым выглядел.
— Мама в детстве постоянно рассказывала, — тяжело вздохнул он и покачал головой. — Вы, видимо не слушали. А я прямо с удовольствием представлял, что эти три брата из легенды — мы.
Мы с Магнусом вновь переглянулись. Артемиус подошёл к нам поближе и продолжил:
— Наизусть я не помню, но расскажу смысл. С древних времён существует легенда, что появятся три брата — вершителя мира, — заговорил он загадочным голосом. — Один из них будет иметь дар нести смерть, — вздрогнул, уж больно это походило на меня, но по взгляду Магнуса понял, что он тоже подумал о себе, — другое будет способен воскресить, — по телу побежали холодные мурашки, потому что это более точно описание некромантии, — а третий сможешь развеселить даже в самую непростой ситуации. Дать всем надежду, когда её почти не осталось…