Чтение онлайн

Увидев нашу форму и звездочки на пилотках, бандиты разразились страшным матом, но пара ударов по яйцам самым горластым, от которых ругань превращалась в жалобное скуление, заставили всех остальных замолчать.

Отведя меня в сторону, Суховей приказал.

— Возьми пять человек и на броннике смотайтесь на бандитский хутор, обыщите его, вдруг, что найдете интересное, но аккуратно. Хоть пацан и говорил, что их десять человек, но мало ли что, вдруг у них на хуторе еще кто-то есть. Мы сейчас повезем пленных в штаб, а ты найди Стаську, он где то недалеко спрятался, как я и велел, и выдвигайтесь. В случае чего — связь по радио. Но не задерживайтесь, на 24–00 командир назначил совещание всех офицеров дивизиона. Понял?

— Так точно!

— Выполняй!

Подводы с пленными, сопровождаемые конвоем, вскоре скрылись из вида, а не поляне появился Станислав, незаметно соскользнувший с телеги и спрятавшийся в лесу в начале заварухи. Подозвав его к себе, я пошел с ним к БТРу и помог забраться внутрь, где уже сидели пятеро моих бойцов. Во время недолгого пути, я успел немного расспросить мальчишку, поскольку он уже не дичился и отвечал охотно.

— Как твои родители отреагируют на то, что мы захватили ОУНовцев? Ведь их главарь — ваш родственник.

— Я думаю, что мама даже обрадуется.

— Это почему?

— Потому, что убитый бандитами поляк, о котором я рассказывал, был мужем ее младшей сестры. Она успела убежать и теперь прячется с детьми на нашем хуторе.

— Почему же тебя отец отправил к бандитам?

— А что делать? — грустно, совсем по взрослому, вздохнул он. — Бандиты, если нет сообщений, сами ночью проверяют хутора. Если находят военных, убивают хозяев хутора, и сам хутор сжигают, как я Вам рассказывал. А нам некуда больше бежать!

— Да, как у вас тут все перепутано!

Хутор, к которому мы подъехали минут через пятнадцать, был довольно большим. Пять крепких домов стояли в ряд, образуя короткую улицу. За ними виднелись сараи и сараюшки хозяйственных построек.

Жильцы хутора наверняка слышали гул нашего двигателя, да и собаки во дворах дружно лаяли, гремя цепями, но ни в одном их темных окон, не зажегся свет. Стас указал на средний дом, пояснив, что в нем жил его «дядька». Остальные бандиты обычно размещались по два — три человека в соседних домах.

Оставив БТР на опушке, мы, разделившись на две группы по три человека, обошли лесом хутор и стали осматривать многочисленные хозяйственные постройки, постепенно приближаясь к жилым домам. В каждой группе была рация, позволявшая держать связь между группами и БТРом.

Стаса я оставил в БТРе, приказав не высовываться, чтоб его не увидел, кто ни будь из хуторян.

Передвигаясь от сарая к сараю, мы пока не обнаружили ничего интересного. Одни сараи стояли пустые, в других лежала солома или сено, в третьих хранился всякий сельскохозяйственный инвентарь. Практически все сараи стояли открытыми, в крайнем случае, двери были подперты колышком. Поэтому я сразу обратил внимание на большой сарай, недалеко от дома главаря банды, ворота которого были заперты на большой висячий замок. Такие еще называют «амбарными». Подойдя к дверям, мы стали шепотом совещаться, как лучше открыть этот замок, чтоб не особенно нашуметь. Неожиданно из-за двери послышался негромкий женский голос.

— Товарищи, товарищи спасите нас!

Это было так неожиданно, что мы замолчали, а потом Галенко сказал.

— Товарищ старший лейтенант, там кто-то есть!

— Спасибо! А то б я сам не догадался!

Приблизившись к двери, я спросил.

— Кто вы?

— Мы жены командиров Красной Армии. Бандиты нас захватили и держат в этом сарае.

— Вы знаете, где ключ от замка.

— Он висит на гвозде, с правой стороны, метрах в двух от двери.

Вскоре мы обнаружили висящий на гвозде ключ, приличных размеров, под стать замку. Такой в кармане не поносишь.

Открыв дверь, мы зашли в сарай и включили фонари. Жмурясь и прикрывая глаза руками от яркого света, в сарае стояли с десяток молодых женщин.

— Старший лейтенант Лучик. — Представился я. — Кто у вас здесь за командира?

Ко мне подошла невысокая, темноволосая женщина и, протянув руку, сказала.

— Варвара Короткевич. Мой муж, капитан Короткевич, командир роты в одном из полков 87-й стрелковой дивизии.

Оставив бойцов снаружи, наблюдать за обстановкой, я, прикрыв свет фонаря полой маскхалата, прошел вглубь сарая.

— Как вы все здесь оказались?

Оказывается, все они, в начале войны, были отправлены автомобильной колонной не восток. По дороге колонну разбомбили немецкие самолеты. Кто уцелел, спрятались в лесу. Дальше пробирались пешком, по лесным дорогам. Прошлую ночь решили провести на одном из хуторов, где и были захвачены бандитами. Из сарая их не выпускали, но еду и воду давали.

— Что и в туалет не выводили? — не удержался я от вопроса.

— Нет. — грустно и немного смущенно ответила Варя. — Мы как кошки, выроем ямку, сходим в неё, а потом закапываем, чтоб не так воняло. Иначе в сарае задохнешься от вони.

— Как же так, вы жены командиров Красной армии, а бандиты вас не тронули?

— Ну, мы ведь не совсем глупые! Мы сказали, что работали медсестрами в Владимир-Волынском гарнизонном госпитале. Перевязку сделать и укол поставить мы все умеем, к тому же среди нас действительно есть врач.

Каждую из женщин один раз вызывали на допрос в дом главаря, но вопросы задавались, что называется, для протокола. Имя, фамилия, возраст, место жительства и пр.

В общем, как я понял, бандитам пока было просто не до них. Ночью банда отправлялась проверять близлежащие хутора, днем отсыпались и готовились к новым ночным набегам. С оружием бандиты не расставались и, еще какое-то оружие хранилось в доме главаря, в большом дубовом шкафу.

Приказав по радио второй тройке расположиться сзади дома, служившего бандитам штабом, мы направились к его крыльцу. Расположив солдат под окнами, я стал сбоку от дверного проема, чтоб не получить пулю, если кто то решит стрелять через дверь, и постучал в нее прикладом.

— Эй, хозяева! Открывайте!

Из-за двери послышался женский голос.

— Кого там леший носит. Убирайтесь, а то собак спущу!

— Красная Армия пришла. Откройте дверь!

— Пошли вон! Нет уже никакой Красной Армии.

Это она, конечно, зря так сказала.

— Считаю до трех! Не откроешь, в каждое окно бросим по гранате. А чтоб не думала, что мы шутим, для начала постреляем твоих собак. Степанов, пристрели этих брехунов, надоели уже.

Раздались две короткие автоматные очереди, оборвавшие собачий лай.