Чтение онлайн

То, что Несущий смерть может любить Гарот сильно сомневался. Вот поиздеваться над девушкой — это да. Вполне возможно у него низкие и грубые интересы на Дию. Но для постельных утех женитьба не обязательна. Все это какая-то издевка, дешевое представление.

— Гарот, неужели мы оставим Дию этому чудовищу?

Мужчина уперся головой в сырую стену. Радриг озвучил вопрос, который терзал его самого.

— У нас нет выбора, Радриг.

По крайней мере пока они сидят здесь, выбора точно нет — только покориться воле чародея. Вот если они выберутся… Но это пока также туманно, как и вообще все, что связано с непостижимым и таинственным магом.

Это чувство… Странное чувство, как будто в груди что-то мешает дышать. Сердце стучит почти болезненно, отдаваясь горячими ударами во всем теле. Мармагон никогда в жизни не испытывал таких ощущений. Может он болен? Его даже лихорадит. Позвать лекаря? Но у него их нет. Кажется, была где-то травница. Ах, да — травница…

Маг вызвал каменного:

— Приведи мне веорийскую целительницу.

Каменный поклонился и поспешил выполнять приказ.

Мужчина стоял у окна, глядя во мрак ночи. В его душе такая же темень. Только один огонек горит и полыхает все ярче, грозя сжечь мага. Надо с этим что-то делать.

Послышался шум — гулкий мерный грохот и торопливые неуверенные шажки. Они остановились у его порога.

— Войди!

Каменный великан, привел сгорбившуюся, растрепанную старушку. Вся в саже и пыли, она смотрела на него без страха, серьезно и настороженно.

Мармагон махнул рукой, отпуская каменного.

Старушка проводила взглядом воина и вновь посмотрела на мага. Он тоже изучал ее. Но сколько ни вглядывался — найти что-то общее с чертами Дии не мог.

Наконец, он презрительно спросил:

— Как тебя зовут, травница?

— Дарилла. — смерив его взглядом ответила старушка.

— Ты помогаешь людям, когда они хворают, ведь так?

— Помогала, пока Ваши воины не похитили меня.

— У тебя осталось еще что-нибудь для лечения? Травы, порошки?

— У Вас что-то болит?

Маг сжал губы. Вызывающая манера старушки разговаривать с ним — вопросом на вопрос, раздражала. Но к кому еще ему обратиться, и тем более она — бабушка Дии… Глубоко вздохнув, Мармагон успокоил злобу и проговорил:

— Да, болит. Вот здесь. — он дотронулся рукой до сердца.

Дарилла проследила взглядом за его рукой и хмыкнув сказала:

— Как камень может болеть?

Мармагон стремительно шагнул к ней и поднеся открытую ладонь к лицу старушки, процедил:

— Не дерзи мне, травница! Может сердце у меня и каменное, но вот терпение — нет!

— И что Вы сделаете? Убьете меня? Я слишком стара, чтобы бояться смерти. — спокойно проговорила Дарилла.

Убить бы ее! Прямо сейчас! Прямо здесь!!

Мармагон сжал руку в кулак и бешено смотрел на старуху. Одно движение — всего один взмах руки, и она упадет к его ногам. Но… смертельный порыв, поднявшийся было в его теле, улегся. Магия не была освобождена. Усилием воли маг подавил в себе злость и желание убивать. Нужно взять себя в руки. Иначе ОНА его не простит.

— Не хочешь лечить — не нужно. Ты не для того здесь.

— Зачем же я Вам понадобилась?

Мармагон изогнул губы в усмешке, от которой так и веяло ужасом.

— Ты поможешь моей невесте подготовиться к свадьбе.

Старуха долгим взглядом посмотрела на мага.

— А девушка хоть знает, что является Вашей невестой?

— Разумеется.

— А знает ли она, какое Вы чудовище?

— Несомненно.

— И она согласилась выйти за Вас замуж?

— По своей воле.

Старуха сжала губы.

— Ну, тогда она стоит Вас, раз идет по доброй воле за убийцу. Как ее зовут?

— Дия.

Гордость и достоинство мгновенно слетели с лица травницы. Ее глаза распахнулись от ужаса, а губы беззвучно задвигались. Мармагон с наслаждением смотрел на разбитую новостью травницу. Вот так. Ранить можно не только магией.

— Дия…моя девочка. — наконец прошептала старуха. — Зачем она Вам?

— Вскоре мы станем мужем и женой.

— Она невинный ребенок!

— Она сделает меня счастливым. Украсит мою жизнь.

— Жизнь убийцы? Вы хотите, чтобы моя чистая девочка разделила с Вами грязь и тьму?

— Ничего подобного. Я дам ей все, что она пожелает — власть, богатства, магию.

Старуха вертела головой из стороны в сторону, прикрывая рот рукой.

— Нет-нет, не может быть. Это не она. Она бы не стала… — шептала Дарилла.

Мармагон приблизился к травнице.

— Если обещаешь вести себя хорошо, я так и быть, позволю тебе увидеться с внучкой. И может даже разрешу тебе быть с ней рядом после свадьбы.

Дарилла вскинула наполненные ужасом глаза на мага.

— Пожалуйста! — прошептала она, протягивая руки к магу и опускаясь перед ним на колени. — Пожалуйста, отпусти мою девочку! Я сделаю все что скажешь! Ты говорил, что болен? Я вылечу тебя!

— Вот как заговорила? — высокомерно протянул Мармагон. — Как же насчет каменного сердца? Ты же сказала оно не может болеть?

— Раз болит, значит оно у тебя есть, и оно живое, настоящее, не каменное. Скажи, что с ним не так, я помогу!

Мармагон молча глядел на травницу. К кому еще ему обратиться? У его каменных воинов никогда ничего не болит, рабы его лишены возможности говорить. А вдруг он действительно болен?

— Вот здесь. — мужчина еще раз показал на сердце и постарался сосредоточиться на своих ощущениях. — Здесь, как будто стягивает что-то и трудно дышать.

Дарилла смотрела на него нахмурившись.

— Иногда, кажется будто сердце начинает колотиться слишком быстро, а потом вдруг замирает, и тогда во всем теле жар. — маг помолчал. — Ну? Что это? Хворь?

Травница молча поднялась с колен и почему-то помрачнела еще больше.

— Скажи маг, ты никогда никого не любил? — спросила наконец старушка.

Он удивленно посмотрел на нее.

— Я не умею любить. Меня этому не учили.

— Любви не учат. Она — дар. Или проклятье. Смотря по человеку.

— Куда ты клонишь, травница? Я спрашиваю, сможешь ли ты вылечить меня?