Длинная дорога на запад
Шрифт:
– Да ничего с ней не будет. С неё как с гуся вода. Выкрутится наверняка. – По виду Риты было видно, что она так не думает. – Но все равно её надо выручать. Мне это стало, не нравится. Какая бы не была Элла, но она моя сестра. Кроме неё у меня никого больше нет. Только вот что-то в голову ничего не приходит, как ей помочь. Да и не сможем мы вдвоем с тобой что-то сделать. Бежим к нашим! Только вместе с ними сможем помочь дурочке.
– Не надо бежать никуда, вон она возвращается. – Лука мотнул головой, показывая на подъехавшую к ним машину. Из неё выпорхнула довольная Элла.
– Что, напугались? Не бойтесь, эти мальчики из хорошей семьи и я им пообещала сегодня посидеть с ними в кафе нашего отеля. А за это они нас отвезут к твоему магазину. Риточка, ну как я могу тебя оставить одну, ты же без меня пропадешь. – Она приобняла надувшуюся от злости Риту и продолжила – Садитесь, мальчики хорошо знают этот магазин. Вернее – водитель знает.
Лука, все еще не отошедший от шока, произведенного на него девушкой, недоверчиво посмотрел на молодых людей в машине. Они вполне доброжелательно смотрели на него и Риту.
– Может здесь это в порядке вещей – подумалось ему – если возникнуть и поднять шум то, как я буду выглядеть, если все это вполне нормальное поведение?
Садимся! – Решительно сказал Лука Рите. Хуже не будет. Зато уже никто больше не будет на вас пялиться. С мальчишками я смогу и сам разобраться.
– Не надорвись, Лука. – Ехидно так проговорила Элла. – Ты же их не знаешь. Смотри, какие у них игрушки на поясе висят.
Лука покосился на пояс сидящего рядом с водителем молодого бразильца.
– Пистолет как пистолет. – Подумал он. – Ну да, большой, ну да, хромированный и со щечками на рукояти из слоновой кости. Подарочный, папашка видимо и подарил.
Парень, увидев заинтересованный взгляд на свое оружие, этого странного русского, вытащил из кобуры и протянул его Луке, при этом что-то сказал, на своем языке.
– Смит и Вессон, Милитари энд Полис, калибра 38. – С какой-то гордостью за бразильца стала переводить Элла. – Ему достался он от старшего брата, который был убит в перестрелке с бандитами.
– Хороший пистолет – Поспешил сказать Лука. – Я уже здесь у кого-то подобный видел.
Он отдал револьвер хозяину, а так как из иностранных слов помнил только несколько слов из немецкого языка, который еще в школе в него вдалбливала его училка со странной фамилией ИДТ, то и сказал что помнил:
– Гут, зер гут.
Его видимо поняли хорошо и тот стал вытаскивать другой пистолет, который висел на ремне у водителя. Вообще-то Луке было непонятно, кто этот водитель для пассажира на переднем сиденье, толи слуга, толи друг. Такой же молодой и такой же смуглый, и также как и его сосед без негритянского вмешательства в гены. Вытаскивая оружие у водителя, он невольно мешал ему ехать и тот что-то стал выговаривать ему. Другой что-то отвечать, причем повышая голос. Водитель, продолжая ехать, полностью повернулся к напарнику, при этом бросив руль, стал, размахивая руками что-то громко кричать.
Пассажиры чуть ли не хором заорали, чтобы водитель взял руль, скорость хоть и небольшая, но при такой езде можно запросто врезаться во что-нибудь. Наконец водитель нехотя вернулся к исполнению своих обязанностей. Потом они посмотрели друг на друга и громко рассмеялись.
– Шутники, блин. – Понял их пантомиму Лука. – Так можно и инфаркт заработать.
Девушки, поняв, что их разыграли, тоже присоединились к смеющимся молодым повесам. Один Лука не смеялся. Зато тут же получил оружие водителя для просмотра.
– Нификасе, то-то не сразу смог вытащить. Сантиметров тридцать пять в длину, а если еще и магазин пристегнуть, то будет как узи почти.
– Германский. – Стала переводить опять Элла. Пистолет – пулемет «Хеклер и Кох». Бронебойными пулями стреляет и магазин на шестнадцать патронов.
Лука посмотрел на парня, который от гордости за свое оружие как-то даже приосанился, и тут же вспомнил, что им говорил про бразильцев Петр Николаевич, про их непомерную влюбленность в себя и в то, что их окружает.
– Приехали, Лука скажи парнишкам «Muito obrigado».
– А что это?
– Большое спасибо.
– Сама и говори, ты же их подцепила.
Машина стояла возле достаточно большого здания. Полуподвальное помещение, сделанное из дикого камня, напоминало что-то из крепостных сооружений древности. Верхний этаж, с большими окнами сооруженный из брусьев, а может просто оббитый деревом, по внешнему виду сразу не поймешь, напоминал Луке его дачу, которую он продал соседу почти за бесценок и о которой с грустью вспомнил сейчас при взгляде на строение. Магазин создавал впечатление добротности и надежности. Яркий рисунок над широкой двустворчатой дверью вызывающе кричал, что здесь продают продукты. Можно было бы глядя на неё перефразировать известные стихи про Бородинскую битву: «смешались в кучу кони, люди». Посмотрев на этот рисунок, Лермонтов наверняка бы написал что-то типа: «смешались в кучу мясо, фрукты и залпы тысячи бутылок нам кажется слышны». На взгляд Луки полнейшая безвкусица, но заметная издалека. Видимо это и преследовали хозяева продуктового магазина.
В это время пока Лука разглядывал «ремесло» местного живописца один из парней захватив в свои руки ладонь Эллы что-то ей наговаривал. Не зная языка, Лука, чисто на слух поймал фразу: «муйту празер эй кунесэ – лу-ла.»
– Что он там ей бормочет – обратился он к Рите.
– Рад с вами познакомиться, он ей сказал.
– А как будет «до свиданья»?
– Ата авишта.
– Ата авишта – повторил Лука, протягивая руку парню, которому пришлось выпустить из своей руки ладошку Эллы, чтобы ответить ему. – Вот и отлично, катитесь дальше.
– Рита рассмеялась и что-то сказала молодым людям, после чего они тоже рассмеялись.
– Esta noite, Sinhorita. – Проговорил второй молодой повеса вдогонку покинувшей машину Элле
– Si, senhor.
– Сегодня вечером – парень сказал, а она ему ответила – хорошо сеньор. – Поспешила перевести Рита, не дожидаясь просьбы Луки.
– Ну, ну, посмотрим. – Луке почему-то хотелось вытащить свой старенький «Макаров» и стрелять, стрелять, в отъехавший мерседес. Он и раньше, будучи свидетелем как приставали к молоденьким девушкам смуглые парни с Кавказа, всегда хотел сделать что-то типа «пострелять», наглость и самоуверенность этих самцов всегда заставляло его скрипеть зубами от своего бессилия что-то изменить. Да и что тут изменишь, если девушки, как те мотыльки, сами спешат на этот огонек.
– Лука – смеющие глаза Эллы с интересом разглядывали стоящего перед ней мужчину. Он был на голову ниже девушки и ей пришлось даже слегка нагнуться поближе к нему, обдав того запахом своего разгоряченного тела, чтобы заглянуть в его глаза. – Лука, а ты, правда, меня ревнуешь?
– Вот еще, придумала невесть что. Просто я не хочу потом выслушивать от бати упреки, что тебя не сберег. – Лука засмущался, ему это и в голову даже не пришло. Он так думал, во всяком случае, но что-то в то же время говорило ему, что эта дурочка ему не безразлична, и желание перестрелять всех кто будет её домогаться пришло к нему не просто так.