Чтение онлайн

8 октября. Переживаю трудное время. Ищу и не нахожу. В довершение ко всему читаю Локка «Опыт о человеческом разуме». Конечно, Локк интеллектуально честен, добросовестен, прилежен, но его плоский сенсуализм меня удручает и наводит тоску. Глотком свежего воздуха стало стихотворение Рильке, которое оказалось под рукой:

Будда

Я бы хотел, чтобы после моей смерти посещали бы не могилу мою, а тетради, в которых записаны мои мысли.

10 февраля.

Вот уже несколько месяцев пытаюсь понять: что такое религия? В разное время прочел: Гедфинга «Философия религии»; Эйкена «Основные проблемы современной философии религии», Канта «Грезы духовидца, пояснение грезами метафизики»; его же «Единственно возможное основание для доказательства бытия бога»; его же «Жизнь Иисуса, Дух христианства и его судьба», «Фрагмент системы 1800 г.»; дважды прочел «Введение в философию религии» и «Понятие религии» Гегеля из его «Лекций по философии религии»; Николая Кузанского «Об ученом незнании» и «О вершине созерцания»; ряд книжек по истории религии: Коростовцев «Религия древнего Египта»; Оля «Боги тропической Африки»; Окот и Бишок «Африканские традиционные религии»; Жуковская «Ламаизм и ранние формы религии»; Гусева «Индуизм»; Трофимова «Историко-философские вопросы гностицизма»; Топоров «Дхаммапада и буддийская литература»; сам памятник «Дхаммапада»; «Бхагаватгиту»; книгу Роузентала «Торжество знания»; Массэ «Ислам»; Sabatier «Les religions d’autorite et la religion de l’esprit»; Schur'e «Les grands initi'es»; Schneller «Courses d’apotre»; главы из курса Draper «Histoire du developpement intellectual de l’Europe», Ренана «Апостолы». Все это не помогло мне найти готовый, удовлетворяющий меня ответ. Надо думать самому, что, впрочем, я и делал, читая. Я верил и верю, что если много и постоянно думать в одном направлении, над одним и тем же, в конце концов, должно наступить озарение. Такое со мной бывало. Кажется, что случилось это и теперь. Возвращаясь вечером домой около девяти часов 7 февраля, я вдруг понял, что религия — это отношение, но не отношение человека, как элемента Мира к другим его элементам, а отношение его к Миру, как к целостности, как единству, то есть отношение к тому, чем Мир, как система, отличается, или, лучше сказать, — превосходит все составляющие его элементы. Но дело не только в этом. Это и раньше приходило в голову — новым было другое: если религия — это нечто такое, что возникает в результате отношения человека к целостному Миру, а люди разные (ведь это несомненно так — древний египтянин — это нечто другое, чем Кант, а Кант — это нечто другое, чем наш современник), то результат отношения одного человека к Миру будет обязательно отличаться от результата отношения к этому же Миру другого человека. Истинное значение этих отношений будет разным. Надо понять, что речь идет здесь не о разной психологии людей, не об их разном восприятии одного и того же, нет, — речь идет о разных истинных значениях этих отношений: Мир, как целостность, для разных людей не только кажется другим, а он на самом деле другой. Именно в этом все дело.

Столько, сколько истинных значений этих отношений — столько истинных религий. Если же вообще человек по тем или иным причинам, не чувствует, не осознает своего отношения к целостности Мира, истинное значение такого нулевого для него отношения есть атеизм. Наши материалисты с величайшим осуждением говорят о фантастичности религий, об обязательном присутствии во всякой религии веры в сверхъестественное. Убедительного же объяснения того, почему это так (насколько я знаю) не дается. А это надо понять. Понять изнутри. Дело в том, что в подобных случаях мы оцениваем отношения элемента (человека) к целостности (к Миру) с позиций отношений элемента (человека) к другим элементам (людям, вещам) и тогда все проявления первого класса отношений предстают перед нашим взором как фантастические и сверхъестественные. Так мы в религии ничего не поймем.

19 февраля.

То, что в аспекте отношения человека к Миру как к целостности полно глубокого смысла, может быть «фантастично» и «сверхъестественно» в аспекте межэлементных отношений, отношений человека к другим людям и вещам.

В этой связи обратить внимание на символ.

11 марта.

Мне 71 год. Моим занятиям сильно мешает нездоровье. Вероятно, это спазматическое состояние сосудов головного мозга. Удивляться не приходится — многие до моего возраста вообще не дожили.

Пытаюсь соединить воедино разрозненные мысли и религии. Написал, но еще не закончил диалог на эту тему. Никаких художественных целей я в нем не преследовал — не до того. Лишь бы разобраться в существе вопроса. Это очень трудно, а я быстро устаю — глаза особенно.

12 марта. Именно так: умственное напряжение, без которого я не могу сдвинуться с места, вызывает это неприятное ощущение в глазах, будто я смотрю на все сквозь чужие очки. Но мне очень надо додумать это до конца. Во мне теплится вера, что может и даже должен наступить момент, когда все встанет на свои места, потому что найдет общее и убедительное решение. Это может и не наступить, если не смогу или не успею.

30 июня. Весь раздел о религии можно назвать «Метареализм». Отношение части к целому, элемента к системе существует даже тогда, когда не осознается этой частью или этим элементом. Надо привести примеры. Когда осознается — это религия. Власть целого над частью не является вещью, не является для нее и объектом, так как часть — это функция целого, а целое — ее собственный закон, по которому она живет.

4 июля, Карташевская. История религий — это история того, как отношение элемента к системе из отношения в себе становится отношением для себя. Все остальное, что наводняет сочинения многочисленных авторов, пишущих на эту тему, к делу не относится — оно принадлежит истории отношений людей друг к другу, а не истории отношений человека к Миру в целом.

31 июля, Карташевская. Недавно в газете «Советская Россия» была опубликована статья, в которой рассказывалось, что современные приборы и научные методы позволяют улавливать реакцию растений на настроение участвующего в эксперименте человека. Если это так, то Миру, в котором мы живем, вероятно не безразлично наше душевное состояние. Собственно, в более общей форме, это следует также из принципа дополнительности Н. Бора — неразрывность объекта и среды. Но тогда молитва находит в этом свое рациональное основание.

Когда атеистическая критика становится в ваших глазах убедительной, это означает лишь то, что ваше понимание Бога должно быть пересмотрено, что оно с одной ступени понимания должно перейти на следующую, высшую, ибо Бог — это бесконечность.

9 сентября, Ленинград. В религии человек реализует самую глубокую особенность своей природы — быть элементом Мира, или, иначе говоря, принадлежать Миру. Собственно элементом, принадлежащим Миру, он есть и будет независимо от наличия или отсутствия у него религиозных переживаний. Но если эти переживания отсутствуют, то отношения человека, как элемента Мира, к Миру, как к целостности, будут существовать «в себе», если же они имеются, то существование их будет «для себя». Отсюда можно сделать вывод, что задача религии состоит в том, чтобы средством такой сублимации…

12 мая.

Еще одна пилюля: обнаружилось, что скромное розовое пятнышко у правого плеча — это какое-то «новообразование» злокачественного характера: подтверждено гистологически.

8 июня. Сегодня меня прооперировали. Чувствую себя хорошо. Диагноз — базалиома. Фамилия хирурга — Лефельман Ефим Иосифович. В пятницу к 10 часам на перевязку.

19 июня. Сняли швы, но результат повторного гистологического анализа еще не известен.

29 июля.

Если элемент принадлежит системе, а система является элементом другой системы, высшего уровня, — тогда Мир имеет иерархическую структуру.

Если религия, в самом общем виде, это отношение элемента (человека) к системе, а в развитом виде — к Миру в целом, причем такое отношение, которое из состояния «в себе» перешло в состояние «для себя» — тогда ее история должна быть иерархична — она не простая замена старых верований новыми, а восхождение на новый уровень религиозных представлений и переживаний с сохранением реликтовых форм. Примеров полно, в том числе — язычество в христианском мире.

13 декабря. За эти месяцы воды утекло много: появилась новая бляшка — новый след от когтя моей базалиомы; заметно ухудшилось зрение. Бляшка теперь на щеке. Я пациент Березовой аллеи. Но ко всему привыкают, и меня все это волнует теперь мало. Читаю (с трудом из-за глаз) прозу Пастернака — это сборник «Воздушные пути», изданный в Москве в «Советском писателе», в 1982 году. Получаю огромное удовольствие. Чего стоит, например, такая мысль, высказанная им об искусстве: «Неумение найти и сказать правду — недостаток, которого никаким умением говорить неправду не покрыть» («Несколько положений», п. 3, стр. 111). В сборнике есть перевод двух стихотворений Рильке. Пастернаку, как мне кажется, удалось преодолеть языковой барьер, и Рильке в его переводе доходит до сердца.