Дневник Бриджит Джонс (др.перевод)
Шрифт:
Впрочем, она сразу пригорюнилась и прошептала:
– Почему тетя Талита такая грустная?
«Тетя Талита» посмотрела на меня, на Мейбл и широко улыбнулась.
– Все в порядке, мои дорогие! – произнесла она таким тоном, словно мне тоже было пять лет. – Не волнуйтесь за меня – я просто вставлю себе несколько прядей в «Хэрродсе». Конечно, это не совсем то, но на время они меня выручат… Главное, чтобы в них не было гнид, так?
23:30. Только что пришло СМС от Талиты:
<Сергею очень понравились мои настоящие волосы. Он говорит – они его здорово заводят. Фью-у!.. Я-то всегда думала, что если бы мы оказались на необитаемом острове и Сергей увидел меня «настоящую», я бы ему не очень понравилась.
Должна заметить, что со стороны Талиты сказать (точнее – написать) что-либо подобное было довольно умно, поскольку своей эсэмэской она окончательно развеяла во мне подспудное ощущение вины (а также чувство, будто кто-то пытается внушить мне это ощущение) и вдобавок представила ситуацию так, словно я сделала ей нешуточное одолжение.
Талита вообще довольно умная женщина. Чего стоит одна только ее теория о людях, которые живут в «примитивных государствах» и поэтому не умеют правильно себя вести!
Я уверена, что если бы Талита на самом деле считала, будто я в чем-то виновата (например, если бы я обнимала ее, зная, что у меня могут быть вши), то она бы, несомненно, сказала бы об этом прямо.
Потом прислал эсэмэску Том:
<Да, вши и площицы – это совершенно разные вещи. К счастью, у меня нет ни тех ни других. Аркис очень смеялся – его эта ситуация позабавила, к тому же он считает, что общие переживания сближают людей.
27 апреля 2013, суббота
Обнаружено вшей и гнид – 32; расходы на удаление (умерщвление) каждого обнаруженного экземпляра – 8 фунтов и 59 пенсов.
Наш поход во «вшивую клинику», как окрестил ее Билли, оказался (по его же словам) «развеселым занятием». Как бы то ни было, мы действительно получили удовольствие. Заботливые ассистентки, одетые во все белое, долго чистили нам головы пылесосами (но ничего не нашли, как они сказали), а потом набросились на нас с горячими фенами. Мы действительно ужасно веселились – пока не принесли счет. Вся процедура обошлась нам в 275 фунтов! За эти деньги мы могли бы побывать в европейском Диснейленде – если, разумеется, не бросаться на первые попавшиеся билеты, а как следует пошарить в Гугле.
После процедуры я не удержалась и спросила, насколько эффективны эти шаманские пляски с пылесосами и фенами и почему я не могу проделать то же самое у себя дома. В конце концов, фен у меня тоже есть.
– Потому что мы пользуемся только специально спроектированным оборудованием, – не моргнув глазом ответила с ног до головы одетая в белое ассистентка. – Эти пылесосы производят только в Атланте (США), а тепловые пушки привозят из Рио-де-Жанейро.
Вот как, подумала я. Оказывается, и в Бразилии люди болеют педикулезом. Кто бы мог подумать!
Пожар! Пожар!
1 мая 2013, среда
А, чтоб тебя!
Сегодня утром – вместо того чтобы остаться в спальне и подождать, пока я спущусь и разберусь с детьми, – Рокстер неожиданно предложил:
– Мне кажется, я тоже могу позавтракать вместе с вами.
– Ладно, – сказала я после непродолжительного размышления. Я была рада, что Рокстеру захотелось познакомиться с детьми, но боялась, как бы Мейбл не начала снова размахивать ножом или вилкой. Но чем руководствовался Рокстер? Меня это жутко интересовало. Желанием принять участие в нашей семейной жизни – или он просто проголодался?
– Дай мне минутку, я все подготовлю, потом ты можешь спуститься.
Вопреки моим опасениям все прошло гладко. Билли и Мейбл были одеты и чинно сидели за столом, а я решила приготовить в духовке сосиски, зная, что Рокстеру приятно будет получить Полный Английский Завтрак.
Когда он спустился – свежий, умытый, приветливо улыбающийся, – Билли никак не отреагировал. Мейбл тоже продолжала есть, только посмотрела на него пристально и серьезно.
– Привет, Билли, привет, Мейбл, – поздоровался Рокстер. – Меня зовут дядя Рокстер. А мне что-нибудь осталось?
– Мама готовит сосиски, – отозвался Билли, бросая взгляд в направлении плиты. – Ой, мама, они горят!
– Сосиски горят, сосиски горят! – радостно воскликнула Мейбл. Я бросилась к плите, дети за мной.
– Ничего они не горят, – с негодованием возразила я. – Это просто жир внизу… С сосисками все нормально, они…
И тут включилась пожарно-охранная сигнализация. Раньше она почему-то никогда не срабатывала, и сейчас я была неприятно поражена, насколько громкие и пронзительные звуки она издавала. Они были просто оглушительными, и я поборола в себе желание зажать уши ладонями.
– Нужно выключить сигнализацию! – прокричала я. – Я сейчас…
– Сначала потушим пожар! – крикнул Рокстер в ответ и, выключив газ, выхватил из духовки пылающую сковородку, на которой лежали завернутые в фольгу сосиски, и одним быстрым движением сбросил их в раковину.
– Где у тебя корзинка для пищевых отходов?! – прокричал он, с трудом перекрывая пронзительные трели пожарной сигнализации.
– Под раковиной! – ответила я, лихорадочно роясь на полках и в ящиках буфета в поисках инструкции к сигнализации. Увы, среди ненужных бумажек и буклетов мне попалась только инструкция к кухонному комбайну, который я давно выбросила.
Ну ладно. Придется искать щиток. По идее, туда должны вести какие-то провода… Я огляделась – и обнаружила, что осталась в кухне одна, а все куда-то исчезли. Но куда?! Может быть, дети решили, что я никуда не годная мать, и ушли жить к Рокстеру и его приятелям, где они смогут без помех играть в компьютерные игры, есть нормально приготовленные сосиски и слушать нормальную поп-музыку вместо псевдохристианского гимна «Настало утро» в исполнении Кэта Стивенса?
Внезапно наступила тишина. Потом из-под лестницы появился ухмыляющийся Рокстер. В его волосах запуталась паутина.
– Почему она выключилась? – спросила я.
– Потому что я ее выключил, – ответил он. – Там на щитке сигнализации написан код. Очень удобно и для воришек, и для заночевавших любовников – особенно если на плите горят сосиски.
– А где дети?
Он пожал плечами:
– По-моему, поднялись наверх. Иди лучше сюда…
Я подошла, и он крепко прижал меня к своей мускулистой груди.
– Не переживай. Ничего страшного не произошло. Напротив, это было даже забавно.
– Я не переживаю. Просто я всегда все порчу…