Чтение онлайн

Ты думаешь о нас гораздо меньше, чем мы о тебе. Перед тобой открыт весь мир, в нем нет наших следов, и они никогда не смогут медленно исчезнуть. А здесь только дом, где нет тебя, и мы бережем твои следы, чтобы они сохранились здесь надолго, чтобы ты признала их, когда решишь вернуться. Если вернешься.

В то утро я проснулась рано. Церемониальная одежда чайного мастера висела на плечиках на карнизе перед открытым окном, слегка покачиваясь на ветру. Ее время еще не настало. Накануне отец сообщил, что после завтрака мы сходим в тундру, конечно, за водой для чайной церемонии моего посвящения, но я знала, что речь идет о чем-то другом, иначе зачем я ему понадобилась. Я надела свою обычную одежду и походные башмаки на толстой подошве, позавтракала сваренной отцом пшенной кашей, налила в бутылку воды и положила в карман немного еды. Выходя на улицу, взяла с собой москитную сетку.

Отец разравнивал граблями сад камней. Нанятые им работники успели привести все в должный вид, оставалось совсем немного — сущие мелочи. Лужайка и сад выглядели, как и прежде, если не считать нескольких стершихся волн на песке. Чайный домик пострадал больше всего, часть пола даже пришлось заменить, и теперь разница между старыми и новыми досками бросалась в глаза. Все было в полном порядке и пригодно для церемоний. Глядя на это, я вспомнила слова отца о том, что несовершенство, недостатки и перемены являются частью чайного мастерства, что им следует отдавать должное равно как идеальному и незыблемому.

Отец увидел меня и с восхищением произнес:

— Тебе суждено стать гораздо лучшим мастером чайной церемонии, чем я даже могу себе представить.

Он вышел из сада камней и стер граблями следы за собой. Волны окружили грубые камни, словно молчаливое морское дно.

— Пойдем, нам предстоит длинный день.

Мы пошли в тундру тем же маршрутом, что и в первый раз, когда отец отвел меня к сокровенному источнику. Однако на склоне сопки вдруг повернули в другую сторону, затем прошли еще немного и остановились перед извилистой трещиной с гладкими стенками, на дне которой были камни и песок.

— Как ты думаешь, что это? — спросил он.

Конечно же я знала. Такое мне приходилось видеть и раньше.

— Русло высохшего ручья, — ответила я. — Судя по густым мхам на камнях, там давным-давно уже не течет вода.

— Молодец, умеешь подмечать детали, но ты должна научиться еще кое-чему. Наверное, мне следовало давно рассказать тебе о тайном знании чайного мастера, но традиция такова, что оно переходит от учителя к ученику именно в тот день, когда последний становится мастером чайной церемонии. У источника ты поймешь, что я имею в виду.

Мы повернули обратно к пещере. Отцу было интересно, сумею ли я найти дорогу к входу в форме кошачьей головы. Это не представляло особого труда, ведь места эти мне были знакомы с детства. Затем от меня потребовалось найти тайный рычажок, открыть лаз в потолке пещеры и пролезть первой в проход к источнику. Отец шел следом, передав мне один из фонарей. Шум источника становился все отчетливей, чем ближе мы подходили к нему, а потолок и стены становились все более влажными.

Наконец мы вошли в пещеру: вода вырывается из расщелины мощными струями, искрящимися на фоне темных камней, и уходит вновь в глубь горы. Я встала на краю озерца, отец же обошел его и поставил фонарь у самой кромки воды. В глубине виднелось белое пятно — я смутно припомнила, что видела его и в первый раз. На высоте полуметра от поверхности воды в скалу был вбит металлический стержень с остатками белой краски. В полумраке я его почти не видела.

— Вот, смотри, здесь та часть работы чайного мастера, что сокрыта от глаз остальных, — произнес отец. — С давних времен чайные мастера считаются хранителями воды, и в прошлом, как говорят, каждый мастер имел свой собственный источник. Они обладали разными свойствами: вода в одном излечивала, другая продляла жизнь, третья дарила умиротворение. Вкус тоже различался. Люди даже специально приезжали издалека, чтобы насладиться чаем, приготовленным на воде из определенного источника. Чайному мастеру следует следить за чистотой воды и за тем, чтобы она расходовалась умеренно.

Лицо отца было похоже на истонченную временем бумагу, на которой тени пещеры и отблески фонаря боролись между собой.

— Ты ведь знаешь, что в эпоху неомира почти все источники иссякли, оставшиеся экспроприированы военными. Возможно, где-то еще есть сокровенные источники, но мне это неизвестно. Наверное, этот — последний.

Между нами повисла простая весомость сказанных отцом слов. Он поставил фонарь у самого края и посветил: в воде почти у самого дна был виден еще один выкрашенный белой краской металлический стержень.

— Видишь этот знак? — спросил он.

Я кивнула.

— Если поверхность воды опустится ниже его, это означает, что случился перерасход и источнику нужно дать отдохнуть и набраться сил. Задача чайного матера в том, чтобы проследить за тем, чтобы это было сделано.

— Как долго источник должен отдыхать? — спросила я.

— Несколько месяцев, — сказал отец. — В любом случае чем дольше, тем лучше. Я всегда стараюсь быть аккуратным, потому что при моем отце такое случалось дважды, и в обоих случаях он давал источнику отдохнуть целый год, пока он полностью не восстанавливался.

— А вот этот второй знак? — спросила я, указав на стержень над поверхностью воды.

— Он не менее важен и требует постоянного наблюдения. Если вода поднимется до этого уровня, ее нужно срочно сбросить по водопроводу в дом, иначе пересохшее русло, которое мы видели, станет заполняться водой. При мне такого не случалось, но все возможно, если перестать понемногу пользоваться водой.

— Как быстро?

— Не могу сказать в точности, думаю, что вода просочится на поверхность через пару месяцев.

Мне стало понятно, почему он так часто ходил в тундру.

— Нориа, тебе следует научиться регулировать уровень воды и пользоваться водопроводом. Пока я не стану возлагать на тебя всех обязанностей, но отныне мы с тобой будем по очереди проводить чайную церемонию в этой деревне. Помни, что однажды все перейдет тебе, так что запоминай все мои наставления.

Отец подошел к стене пещеры, поднял фонарь и подозвал меня жестом. В стене виднелась повернутая влево ручка.

— Вот этим краном можно регулировать подачу воды в наш водопровод. Сейчас он закрыт, потому что еще не израсходована месячная норма и уровень воды не слишком высок. Сегодня мы все же откроем кран, поскольку для церемонии посвящения нужна природная вода, да и уже середина месяца. Давай, попробуй сама.

Я взялась за ручку и повернула ее вправо. Вода в озере вздрагивала, словно беспокойное животное, и, хотя никакой перемены в ее движениях не случилось, мне показалось, что к шуму воды примешался еще и другой звук.

— Ну вот, теперь в дом поступает горная вода. Обычно я делаю это через две недели, потом закрываю кран, жду две-три недели и снова открываю его. Самое главное — это ходить сюда регулярно, проверять уровень воды и регулировать ее расход. На следующей неделе твой черед, — сказал он, наполняя принесенные с собой бутылки прямо из источника.