Дневник «Канатного плясуна»
Шрифт:
«С горя и радости начинается наша жизнь, — думал я, глядя на слезы их и улыбки, — но лишь от нас одних и зависит то, чем она завершится.
Кто не созидал, но брал и тратил, тот будет плакать, ибо накопил мусор. Кто привык слушать горе, только о горе и будет слышать, ибо горе нуждается в проговаривании!
Что скажут они о жизни своей, если бы теперь в ней ставилась точка? Как я жил? Многое сделал я, но разве же травинка, что родилась и погибла, отдав все, что имела, и все, что взяла, сделала не больше меня?
Во времени сгорят мои тексты, ибо даже если были бы они нетленны, разве же нетленно время? Дела мои и работа моя — лишь то, что не мог я не сделать, могу ли я похваляться делами своими?
Нет, эти весы играют против меня. Не в оценке деяний своих следует искать человеку ценность жизни своей, а в радости. Если радовался я, то не мог не радовать, а разве есть больше этого?
Вот скажите мне: "Завтра ты умрешь". О чем буду думать я? Судорожно подводить итоги? Составлять смету моего добра? Припоминать свои добродетели? Как смешны были бы эти попытки!
Нет, я, верно, оглянусь назад, ибо пришло мое время к своему концу, и придут ко мне радости мои, сколько их есть у меня. Глупец назовет их воспоминаниями, я же зову их Жизнью, ибо такова Жизнь.
"Нежна ли радость моя?" — вот о чем я спрошу себя в последний свой миг. И если увижу я на своих веках закрытых улыбки и смех, если увижу танец, что танцевал я с Другими, тогда и скажу я себе: "Нежна!"
Нет смирения во мне, нет, не смирился я и не проповедник смирения! Ибо утверждаю я радость в мире, что средь людей зовется страданием и великой скорбью. Нет, нету в мире этом бунтаря большего, чем радующийся!
Смирение есть в страдании, смирение кровоточит в разрушении, но если утверждаю я радость — я Танцую! Кто ж осмелится назвать мой Танец смирением? Лишь тот, кто путает его с пляской!
Пусть скажут мне, что я безбожник, пусть скажут мне, что язычник я, пусть скажут даже, что я нигилист, пусть отступником меня назовут — сильнее рассмешить меня будет трудно, а я рад смеху!
Пусть скажут мне, что я все потерял и ничего не имел, пусть скажут мне, будто бы то я творил, что нельзя создать! И теперь я буду смеяться, ибо назвали обличители мои то, что для меня пусто!
Пусть скажут мне, что нет правил; пусть скажут, что есть истина; пусть скажут, что всё тлен — я буду плакать от смеха! Пусть говорят! Ветер скажет мне больше, чем все эти иллюзии скопом!»
Смотрел я теперь на слезы слушателей моих, обводил я их взглядом и видел, что лишь Заратустра не плачет, но смеется. И захотелось мне, чтобы все смеялись, ибо нет ничего, кроме радости!
«У каждого из вас своя жизнь, и она одна, — так говорил я к собравшимся. — Зачем же слушать вам мои речи? Не слушайте никого, не торопитесь, а сядьте в тишине, закройте глаза и к самим Себе прислушайтесь.
В пустоту я предлагаю вам прыгнуть, ибо знаю, что в пустоте вашей найдется Свет, которого нет дороже. Много Света в сердцах ваших, да слишком много зеркал, оттого и захирел Он, тысячи раз отраженный.
Там, в пустоте вашей, увидите вы зеркала свои и будете глядеться в них, завороженные, ко глядите лучше! — чужие лица смотрят на вас. Когда же поймете это, то идите дальше. И снова зеркала, и снова лица чужие. Идите дальше!
Разобидится на вас пустота за небрежение ваше к зеркалам ее и будет говорить вам о смерти, желая запугать своих обличителей.
И когда она скажет, что умрете вы, если не будете смотреть в зеркала ее, пожмите плечами и ответьте: "Я уже умер!" Ответьте и следуйте дальше.
И тогда возопит пустота ваша в гневе бессилия своего: "Смирись! Смирись, не то пожалеешь!" Но не бойтесь вы злобы ее, а говорите ей: "Мертвый смирится!"
Тогда станет она ластиться к вам, усмиряя гнев свой, лебезя: "Так ищи же опору, ищи опору себе!" А вы отвечайте ей: "Хочу я пасть!"
И тогда предстанет она в облике страшного паука с огромными клешнями и крестом на спине. Испугаетесь вы образа ее, ибо знает она, чем пугать, — она пугает вас будущим.
Но и тогда вида не подавайте, будто боитесь, а пощекочите пауку брюхо его, ибо он боится щекотки. И тогда смеяться будет паук страшный, проясняя свое бессилие! Смейтесь же и вы с ним, ибо не страшится смеющийся!
Тут-то и смотрите, пока корчится в судорогах паук страха вашего: сейчас вы увидите Свет. Будет Он маленьким и бессильным, затерянным в пустоте паутины. Вы же возьмите Его в руки свои и накройте всем телом.
Далее произойдет страшное: все вокруг начнет грохотать и сотрясаться, зеркала образов разобьются и посыплются на вас ранящими осколками, корни мнимых опор ваших начнут жаться к вам, словно злобные псы, в миг подобревшие, паутина пустоты вашей душить будет вас, страхи ваши копошиться в телах ваших будут, как навозные мухи и черви трупные…
Но не бойтесь! Испугаетесь — предадите Свет! Бойтесь предательства своего, ибо не другого, но самого Себя предаете вы, предавая! Сжимайтесь, терпите и кричите во всю свою мощь заветное: "Нет!!!"
И когда достигнет нечисть ваша пика безумия своего, то услышите вы заветное: "Да!" То говорит Свет ваш, спасенный вами от страха вашего! А теперь должны вы сказать: "Довольно!"
И отступят тогда страхи ваши, и рассеются, как дым, иллюзии ваши, и станете вы нагими, ибо заново рождены вы, и рождены к Жизни, а не к смерти. Вставайте же, избранные, и идите!
Теперь увидите вы людей, что живут рядом с вами, но которых не знали вы. Здоровайтесь с ними и, что бы ни говорили они, отвечайте им: "Да!"
Чужими казаться будут вам люди эти, потому что они Другие, и страхи ваши поднимут отрубленные свои головы, поднимут и зашипят, вы же говорите им: "Нет!"
Тогда обратятся к вам люди эти, завидев силу вашу, и скажут вам: "Возлюби нас, как самого себя!"
"Так я и люблю вас, да только сами вы Себя так не любите! Оттого-то и не видите вы любви моей, оттого-то и просите о любви", — так скажете вы.
И зашевелят отрубленными хвостами своими иллюзии ваши, и захотят они создать свое новое царство в сердцах ваших.
Скажут они вам: "Ты теперь сильный, отчего же не потакаешь ты страхам людским нами, если любишь ты их? Ведь главное — радость, так порадуй же детей сих, скажи им, что ничего они не боятся и всё правильно делают!"
Теперь же должны вы молчать, ибо всякая иллюзия сама в себе ошибочна, так позвольте же ей сломаться самой в себе.
Помните о самих Себе в молчании своем, помните! Не предавайте самих Себя, не предавайте! Пусть идет от вас Свет, пусть будет улыбка на устах ваших!