Чтение онлайн

Через минуту нас втащили во второе отделение, где находился весь совет. Эльфы были также крепко связаны, и их тела сковывало странное оцепенение, это было похоже на какое-то заклятие, но несмотря ни на что они гордо стояли в окружении десятка ветеранов Ракота. Один только Мэльир еще барахтался на полу, с ним не могли совладать ни магия, ни четыре бывалых бойца.

— Нари! Что они с тобой делали? — Алвар, конечно, видел кровь, запекшуюся у меня на губах.

Я увидела точно такой же щит и вокруг него, и даже вокруг Иледара, колдовать они также не могли.

Аадары при виде меня только сжали кулаки, осыпая людей проклятиями, Мэльир слегка замешкался при моем появлении, и его все-таки скрутили, опутывая веревками с ног до головы.

Мои руки тоже грубо связали за спиной, я сразу же почувствовала боль в запястьях.

Глаза наполнялись слезами при виде Алвара, взятого в плен, взгляд скользнул по вывернутым рукам, заведенным назад, сильным плечам, туго стянутым колючей толстой веревкой, и вновь магический смерч рванул из груди с ошеломляющей мощью, но натолкнулся на уже знакомый щит. Когда моя собственная сила, отразившись от него, вернулась обратно, сердце, казалось, может взорваться, разлетаясь мириадами осколков. Мое тело дернулось так, что людям пришлось приложить серьезные усилия, чтобы меня удержать, кровь хлынула снова, побежав ручейками по шее и груди. Если бы я не была так слаба после битвы, возможно, мне бы удалось проломить этот щит, а может… а может и убить себя, пытаясь сделать это.

— Нари! — закричал Алвар, и его крик сорвался на шепот, — Не сопротивляйся, прошу тебя…

— Я не могу… ничего сделать… — ответила я не своим голосом. Тело обмякло в руках людей, державших меня, ноги подогнулись, а голова бессильно откидывалась назад.

Крепкие веревки затрещали на теле могучего Владыки и люди отпрянули от него в страхе, но тут в дверях появилась Карна и медленно подошла к нему почти вплотную, покачивая бедрами. Люди провожали ее легкими ухмылками, Мэльир выругался в ее адрес, да так витиевато, что мне не хватило всех моих знаний эльфийского.

Принц же смотрел не на свою теперь уже бывшую невесту, а на меня, от чего она пришла в абсолютное бешенство и ударила его по щеке.

— Зачем ты предала нас? — спросил он, уже зная ответ, просто так, для формальности.

— Потому что я люблю тебя, — ее тонкие пальцы коснулись щеки Алвара, но он с отвращением отшатнулся, в ее нежно голубых глазах заклубилась неистовая злоба и ненависть, — Я попросила людей, чтобы ее убили на твоих глазах.

При этих словах она снова занесла свою руку для удара.

— Ты предала весь наш народ. Отныне ты дважды проклята.

Мэльир изловчился и метко плюнул в ее тень.

Она натянуто улыбнулась и опустила руку.

— Это не имеет значения теперь. Моя любовь так сильна, что я пойду на все, чтобы ты не достался другой. Настоящая любовь близка к настоящей ненависти! — Карна как-то странно засмеялась ему прямо в лицо.

— Ты ничего не знаешь об истинной любви, — ответил Алвар своим ровным непоколебимым голосом, и посмотрел на меня, в его взгляде было столько нежности!

— Ты не сотрешь теперь ни своего предательства, ни моего плевка! — казалось, что Мэльир тоже был спокоен, но я видела какая ярость клубилась в его глазах.

— Довольно! — оборвал его один из людей, тот самый русоволосый капитан, затем он обратился к эльфийке, — Мы готовы. Ты обещала вывести нас!

— Да, — игриво сказала она, глядя на принца, — Это так. Это я провела их сюда. И теперь все, наконец, в сборе. Желаю вам счастливого пути и быстрой дороги в царство мертвых.

— А тебе, — она повернулась ко мне, и голос ее стал похож на шипение ядовитой змеи, — Я желаю, чтобы пытки в Ореноре тебе показались раем. Идемте!

Карна вывела нас далеко за пределы лагеря и когда нас с Алваром затолкали в обитую железом карету с решетками вместо окон, она встала в отдалении и еще долго провожала принца печальным взглядом, в котором уже рождалось безумие.

Остальных Аадаров разместили в еще двух таких же каретах, каждая была запряжена двумя сильными лошадьми. Мы с Алваром сидели друг напротив друга, по бокам село по два воина, и один из них все время держал нас на прицеле арбалета.

Щит держал нас все также крепко, как и веревки. Где же мог быть этот маг? Я так и не увидела его среди этих людей.

Не теряя времени, рыцари тронули лошадей и кареты понеслись по узкой дороге, поднимая пыль.

У меня была масса времени, чтобы погрузится в тяжелые раздумья и увязнуть в пучине вины и сожалений. Я жалкий маг-самоучка, не сумевшая даже защитить тех, кто мне дорог, не сумевшая отстоять свое право называться надари-нандиром, магом эльфийского войска. Я с радостью бы отдала свою жизнь, если бы можно было спасти Алвара и своих друзей.

Я теперь чувствовала себя пленницей в руках собственного народа, кто знает, на что похоже это ощущение — не пожелает такого и злейшему врагу.

Принц даже связанный сидел с прямой и гордой осанкой, и я видела, что люди боялись его. Их мечи были обнажены, заряженный арбалет смотрел ему точно в грудь.

Веревки больно впивались в запястья, я принялась тихонько шевелить за спиной пальцами, чтобы хоть немного ослабить их. Кисти рук начинали затекать. Когда боль стала сильнее, я начала ерзать на скамейке, и сидящий рядом со мной начальник стражи достал из-за голенища короткий кинжал. Я сразу затихла, пытаясь унять крупную дрожь и быть мужественной, я не знала, что у него на уме.

Алвар внезапно поднял на человека взгляд своих глаз, и тот отпрянул от него в страхе. Это взгляд, от которого по телу пробегает ледяная дрожь, в котором есть несгибаемая воля и огромная сила, он пригвоздил бывалого воина к скамье на несколько долгих мгновений, затем принц тихо и спокойно сказал ему:

— Если ты ее коснешься… я убью тебя.

Это даже не было угрозой, ни у кого из присутствующих не возникло ни малейшего сомнения — у него достанет сил сделать это, несмотря на все эти путы. Затем взгляд Алвара отпустил его, и воин, наконец, еле промолвил каким-то хриплым сдавленным шепотом:

— Дай… Я освобожу твои руки, — при этом он даже не осмеливался смотреть на меня, боясь, что так он каким-то образом может меня коснуться.

Через несколько секунд я уже осторожно растирала свои окровавленные запястья, Алвар ответил на мой благодарный взгляд настоящей волной тепла и заботы. Отчаяние и страх сразу растворились в этой уверенности, в этой силе противостоять любым невзгодам, в этой силе принять смерть, если ей суждено прийти к нам. Я смотрела в его глаза и думала, что когда он рядом я ничего не боюсь.