Чтение онлайн

На сбор вещей и доставку нужного оборудования ушел почти целый день. Пока мастер временно закрыл помещения для расследования и связывался с клиентами, я вооружился своим хлыстом, ружьем, а заодно решил опробовать новые доспехи, которые заказал у мастеров. Обычно призраки любят набрасываться на своих жертв и высасывать жизнь, причем делают это очень быстро. Так что комплект легких доспехов из серебра, железных пластин и покрытых специальным слоем освященного масла резко повысили мои шансы на противостояние с духами. Эх, будь эти доспехи тогда, в деле о Песчаном призраке, я бы справился гораздо быстрее и легче.

В мастерской я обследовал сначала основной этаж, где располагалась комната для изготовления, а также офисное помещение и личные покои. Везде я не обнаружил никаких признаков потустороннего присутствия, потайных ниш со скрытыми останками. Даже мышиных нор — и тех не было. Что ж, значит, кладовая. Я надел на себя доспехи, надел специальную маску, созданную из тех же материалов, что и доспехи, взял хлыст и несколько приборов для определения температуры, влажности и других показателей. Внизу было действительно темно, поскольку окна были полностью заколочены, а электричество было еще в диковинку и мало кто мог пока себе это позволить. Оставив у лестницы приборы, я вернулся за несколькими фонарями. Пока я расставлял их по углам кладовой и готовил приборы, все было тихо. Даже слишком. Верно подметил мистер Гжегош, словно за тобой кто-то наблюдает, это теперь почувствовал и я. Вскоре я все наладил и принялся искать источник потусторонней активности.

Я провел за исследованиями уже пару часов, но не обнаружил ровным счетом ничего. В кладовой все было спокойно, температура не падала, призрачного тумана или перепадов в эмоциональном фоне тоже не наблюдалось. Видимо, это существо не решалось действовать при полном свете, поэтому я, скрепя сердце (в темноте боязно оставаться даже при полном вооружении), потушил все фонари, кроме последнего, у лестницы наверх. И вот тут началось. Сначала послышались шорохи и тихий смех, а затем что-то упало справа от меня. От неожиданности я подпрыгнул и сам чуть не упал, наступив на выкатившуюся из темноты игрушку. В этот момент раздался лязг за спиной и внезапно послышался звон разбитого стекла, а потом наступила полная темнота: тварь уничтожила последний фонарь. Вот тут мне стало не по себе. Я ощущал, как это нечто ходит вокруг меня, пытаясь найти слабое место. Несколько раз чуть ли не рядом со мной раздавался жуткий смех, а потом я чувствовал движение воздуха. Мне пришлось устроить небольшой хаос в кладовой, поскольку размахивание хлыстом сопровождалось грохотом падающих стеллажей и раскидываемых игрушек.

Внезапно я почувствовал сильный удар в спину, который заставил меня упасть вперёд. Оружие выскользнуло из моих рук. Не успев прийти в себя, я ощутил на шее крепкую хватку и увидел причину. Механическая кукла, издавая жуткий смех, вспыхнула призрачным пламенем и пыталась задушить меня своими тонкими ручками.

Хотя игрушка была небольшой, она обладала невероятной силой. Я пытался сбросить её с себя, но безуспешно. От её железной хватки перед глазами потемнело, я задыхался. Собрав последние силы, я достал из нижнего кармана штанов широкий посеребряный нож, который всегда носил с собой с тех пор, как он помог мне в деле о Костяном големе.

Извернувшись, я вонзил лезвие прямо в бок куклы, обшитый бархатом. Раздалось шипение и протяжный вой, напоминающий скрип ржавых колёс. Кукла отпрыгнула от меня, и из её бока начал вытекать призрачный туман, словно кровь.

С трудом встав на ноги, я размахивал ножом, не давая твари подобраться ближе. Её жуткие глаза, наполненные красным светом, смотрели на меня с такой ненавистью, что мне стало не по себе. Мой хлыст лежал неподалёку, но нужно было отвлечь врага. Я сделал рывок влево, кукла рванулась мне наперерез, но в последний момент я изменил траекторию и со всей силы побежал к моему оружию. Я схватил его вовремя, так как сзади раздался ужасный вой. Тварь прыгнула прямо на меня, вытянув руки, но я успел взмахнуть хлыстом и рассек зловещую игрушку напополам. Вспыхнул яркий синий сноп света и погас, оставив меня в обычной тишине и полной темноте.

Вернувшись за фонарями, я начал собирать останки куклы. Засыпав их солью и железными опилками, я укутал в серебряную сеть и отнёс наверх. Ночь уже заканчивалась, я сильно устал, поэтому позвонил мастеру Гжегошу и попросил его приехать, сказав, что дело сделано. Через полчаса он уже был на месте, взбудораженный и желающий узнать причину, но я уже хотел спать, поэтому отложил исследование на день. Благо, духи днём не могут причинить вред живым.

После хорошего сна и обеда, любезно предоставленного хозяином мастерской, я начал изучать компоненты игрушки. Механическая часть не содержала в себе ничего интересного, а вот остальные компоненты... Для начала, волосы куклы оказались настоящими, человеческими. Это, конечно, не редкость, многие куклы богатых детей были с настоящими волосами, принадлежавшими их хозяевам. Однако стоило с большой осторожностью использовать такой компонент, ведь в случае насильственной смерти эти волосы становились якорем для призрака, позволяя ему проникнуть в наш мир.

Кроме того, на краю подола платья для куклы я обнаружил еле заметное красное пятнышко, практически сливающееся с цветовой гаммой. Оказалось, что это пятно засохшей крови. Похоже, что волосы и пятно крови принадлежали какому-то ребёнку, который трагически погиб. Возможно, эти вещи забрали из склепа, что разгневало духа, и он отправился мстить. Сложно сказать, так ли это, но после того, как я провёл священный ритуал очищения останков, в мастерской воцарилось спокойствие и трудовая атмосфера.

Зачастую встреча с призраком — это смертельное опасное дело. По непонятным причинам потусторонние обитатели становятся всё злее, опаснее и принимают часто во время манифестации не человеческие, а уже гротескные и ужасающие формы. Практически каждое новое расследование — та еще рулетка со смертью, но я уже привык к такому риску, хотя и не скажу, что мне нравится. Всё чаще появляются мысли о почетной и спокойной пенсии, чтобы было время пожить для себя, потратить честно заработанное и больше не слышать ничего о проклятых предметах, жутких существах из другого мира, а также неугомонных покойниках. И все же каждый раз продолжаю принимать заказы и помогать людям. Вот такой вот я человек.

Однако мне хочется поведать об одном необычном и курьезном случае из моей практики. Со мной связался один состоятельный клиент из Винсбурга и попросил разобраться в одном щекотливом деле. Дело в том, что этот человек вращался в довольно солидных кругах общества и обожал приобретать всевозможные чудные изобретения. И однажды он урвал на аукционе одну любопытную вещь — фонограф. Относительно новое изобретение, сделанное Томасом Эдисоном, стало завоевывать популярность не только в Америке, но и в Европе. Люди стали словно одержимы им, покупали и перепродавали за еще более крупные суммы. Кто-то даже неплохо нажился на них. Доходило дело и до разборок, связанных со скупкой и продажей этих вещей. Так вот, мой клиент приобрел с третьих рук довольно качественный фонограф по приемлемой цене. И когда решил опробовать его, то столкнулся с довольно необычайным явлением.

Как он поведал по телеграфу, фонограф после записи звука на восковой цилиндр воспроизвел совсем другой текст, содержащий такую жуткую похабщину и отборную ругань, что все находившиеся в комнате гости и сам хозяин испытали форменный ужас и шок. Кроме того, голос на записи был совсем иным. Грешным делом хозяин фонографа подумал, что в фонографе уже был вставлен записанный ранее цилиндр, и заменил на свежий, без бороздок. Однако после записи разговора, во время прослушивания, фонограф опять выдал чужим голосом сплошную брань и похабные словечки, причем в этот раз они были адресованы конкретно к каждому, кто присутствовал в это время в комнате. Шокированные люди выбежали из дома, а сконфуженный хозяин связался со мной и теперь просил помочь с этим делом.

Заинтригованный, я согласился разобраться с необычным феноменом и вскоре прибыл к нужному адресу. После встречи и обсуждения деталей заказа я, наконец, приступил к изучению прибора. На вид фонограф был вполне себе обычный, не новый, так как игла чутка отходила в сторону, а рупор в паре мест покрылся пятнышками ржавчины, однако во всем остальном аномальных отклонений не было обнаружено. Для начала я на всякий случай опечатал стол, на котором лежал фонограф, различными охранными рунами и солью, а рядом положил орудия защиты. Успокоенный этим, я начал аккуратно и неторопливо разбирать аппарат. Снял звукоусиливающий рупор, затем изучил его подробно со всех сторон, в том числе проверил с новейших приборов обнаружения потусторонней энергии. То же самое я проделал с другими частями устройства, и все было спокойно. И лишь случайно под самый конец я заметил среди заводной пружины и металлических соединений странные пятна. Однако как только я попытался подробнее их рассмотреть, фонограф внезапно ожил.