Чтение онлайн

В момент падения я слышу мощный удар, сотрясший состав — это ревущая стихия докатилась до тамбура и, перемолов все на своем пути, остановилась. Все. Я цел. ЦЕЛ. Заряд, ненавистный заряд несецца мне в спину, но никто меня не пытаецца догнать и я спокойно забегаю в лес. Никого нет. Где же все???

Иду через лес и выхожу на дорогу. Поднимаю руку. Первая же тачка останавливаецца. Дед на старой шестере.

– 'До ближайшей платформы или автовокзала подкинешь? Очень надо'

– 'садись'

Дед ехал медленно, чертовски медленно. Я попросил поторопицца. Не наглея, но достаточно жестко. Я опаздывал. Заезжаем в какой-то насел. пункт. Подьезжаем к вокзальной площади и я мертвею. Повсюду кучи тех самых парней, разнесших все и вся. Сюда они и ехали, мне сейчас это понятно как никогда, а мне надо уносить ноги отсюда, и поскорее. Выскакиваю из машины и иду к стоящему неподалеку непонятному служебному басу, стараясь ни на кого не смотреть. Это единственный транспорт на площади, в здание вокзала заходить нельзя, предчувствие у меня четкое и сомнению не подлежащее. Водила едет в Москву по каким-то своим делам. меня берет за 150 рублей, хотя ему это почему-то запрещено. Болт с тобой. Даю денег. И сажусь. Залезает еще кто-то, я не могу разглядеть лиц. Едем.

Кадр в минус. Я сплю. Смена кадра. Я смотрю на пол. Ищу взглядом бычок — чертовски хочу курить. Наш автобус едет по путям. Почему-то. Бычка все нет. Вдали контур Ярославского вокзала. Мы близко. Я поднимаю взгляд — бас стоит. Нас трое — я, водила лет сорока и девчонка чуть старше меня.

– 'Там стена. Мы не проедем по шпалам. И не пройдем. Надо идти через склады, да только оттуда никто еще не выходил'

Я хочу спросить что там, но язык меня не слушаецца и я кое-как мычу — 'пойдем'.

Мы идем сквозь склады. Залезаем на какую-то крышу и идем по них. Пусто. Грязно. Тихо. Ни человека. Страшно. Только мы втроем. Промзона, ей нет конца. Земля все ниже, мы все выше. Мы идем, очень долго идем. Здесь отовсюду веет жутью и безысходностью. Это место высасывает из меня все силы. Иногда мы о чем-то разговариваем. Неважно. Мы обречены.

Движение. Через три крыши от нас на улице вижу движение. Машины, люди. Можно сьехать по крыше, но она слишком крута и слишком высоко — я разобьюсь. Страшно.

Мои спутники расходяцца в стороны в поисках выхода, и тут я вижу лестницу в низ, в бетонный глухой дворик, из него за углом должны быть ворота на эту улицу, где жизнь, я вижу их край. Перелезу, не вопрос. Спускаюсь вниз. Ступаю на дворик. Иду к повороту. И тут появляюцца ОНИ. Грязные, вонючие, с уродливыми лицами, они внушают мне ужас. Они идут ко мне отовсюду.

Проходящий мимо ободранный человек спрашивает — 'Ты один? Сколько вас' 20. НЕт, 30. Сейчас подойдут, они рядом. 'Врешь', смееца он, Я здесь уже 4 года, я был таким как ты. и ты таким станешь'. Они рядом. Хватают меня. Шепчут — 'ты наш'.

Я ору от ужаса и луплю их по рукам, бью во все сторону и рвусь к воротам. Бегу. Хватаюсь за решетку.

Вот они люди, я что-то им кричу. Кажецца, 'помогите'. Но они идут мимо, машины едут по своим делам и всем на меня насрать.

Десятки грязных рук отрывают меня от решетки.

Свет и звуки врываюцца и все тускнеет и расплываецца, сьеживаецца и чернеет, как картинка, фотография, брошенная в огонь и пожираемая пламенем…

– 'САШ, ИДИ ЗАВТРАКАТЬ, Я КАШУ ПРИГОТОВИЛА. ПРОСЫПАЙСЯ, СОНЯ!

''Да, мам. 'Я встаю, одеваюсь и иду на улицу. Курить хочецца страшно. Четкий сон, я запомнил все, до деталей. Интересно, к чему он… Мыслей много. Вот так иногда и думай, чего же мне хотело этим сказать подсознание, мое второе Я… А впереди еще один день работы. Опять таскаю воду с родника, копаю, корчую, таскаю. Становлюсь из человека обезьяной. Вечером едем в Москву. На машине, слава кому-то там…

Седня мне очень не хочецца ехать куда-либо на собаке…

27 апреля.

Ничего у меня нормально не получаецца: (— не в армию призвацца, не с работы уволицца. Оказалось, что этот дирехтур будет тока 10 мая, без его подписи и одобрения уволицца никак и поэтому такая тягомотина с увольнением… ну ничо, подожду, тем более приказом руководства мы не работаем с 1 по 9, 30 — го я уже уеду, два дня переждать не вопрос.

Купил комплект долбаного Билайна (МТС рулит!!!), паеду на выезд с другим номером, вдруг да что — не хочецца потерять номер, которым пользуюсь уже больше 5 лет, да и на симке до болта номеров, которые не дай бог потерять… а я все ленюсь переписать их куда-нить.

На улице дождик. Все какие-то сырые. Даже лица у людей мне седня какими-то сырыми кажуцца. А где-то за семью морями есть золотые страны… круглый год лето улыбки бананы

Надо буит попробовать кого-нить где-нить флиртануть, а то как-то нехорошо, весна проходит и все мимо… Еще апять жутка хачу нажрацца….. ни знаю пачему, просто хотца:)

28 апреля.

Сходил на Затойчи. Любопытный фильм. Посмотреть стоит, однозначно. И лучше в кино — ради того, чтобы прочувствовать его озвучку, она оставляет весьма интересное впечатление.

Впереди очередные бессмысленные для меня праздники. Я рад любому лишнему свободному дню, правда, со стыдом могу признацца, что абсолютно не знаю и не представляю исторических корней первомайских праздников и гуляний. 9 мая, это понятно (хотя через пару-тройку поколений и этот праздник может вполне стать абстрактным, я думаю таким и станет, а потом и восе станет для людей датой вроде как для нас сейчас дата Куликовской битвы — не каждый вспомнит, что это за день-то, а ведь судьба всей Руси и наших предков зависела от ее исхода…), а вот первое…

Праздник блять весны и труда… лишний повод покалдырить для многострадального населения нашей страны, повтрахивать на садовом участке жителю мегаполиса….. лично я встречу его наступление в транспорте, несущем наши драгоценные тела на выезд.

Почему нет праздника лета и труда, осень, зимы? Что мы, весной только трудимся, что-ли….. Страна маразмов и непуганных идиотов. Летом вообще один праздник, 12 июня, день какой-то там Независимости, судя по всему приуроченный к тому, что от нас нихуя не зависит, а может я плохо знаю нашу историю, не учил что-ли, но как-то не воспринимаю я эти новые празднички… Побольше бы летом праздников, а то все отмечалова как-то на мороз да сырость со слякотью приходяцца. Вот.