Чтение онлайн

"Даже думать об этом не хочу. Больше я такое не выдержу.

Чувствую себя половой тряпкой. Потому что не могу его оставить. Потому что, не смотря на все, что он мне сделал, я не даю ему развод. Я просто очень сильно люблю его. Жизнь без Димы будет в миллион раз хуже, чем жизнь с ним. Пусть даже так, пусть в его жизни есть Марина, но я не могу его оставить. И тем более не сейчас, когда в НАШЕЙ жизни может появиться малыш"

Я, сам того не замечая, глажу страницы дневника.

Нехватка информации просто добивает меня. Почему я так мало знаю о том, что происходит в моем доме? Когда, и главное как Катя потеряла нашего ребенка?

То, что это был наш, я не сомневаюсь, потому что я был у жены первым.

Но почему она мне ничего не сказала, я не понимаю. В нашей жизни произошло такое страшное событие, а я даже не знаю, что вообще мог стать отцом.

Хоть одно меня радует – я не бесплоден. А значит, могу иметь детей от любимой женщины.

В то же время, это признание моей жены, пусть и не мне, заставляет чувствовать себя каким-то подонком. И то этого я еще больше злюсь на Катю. Это она во всем виновата. Она ничего мне не говорила.

Но пришло время узнать правду.

Видимо, все-таки придется мне прочесть весь её дневник.

Не зря утверждают, что мужчины и женщины с разных планет. Потому что понять друг друга нам бывает очень сложно.

Я читаю Катин дневник, и у меня начинается зубной скрежет. Бл..., описывать нашу свадьбу, вернее то, что она чувствовала, когда выходила за меня замуж, на семи страницах – это бред. И, видимо, мы с ней участвовали на разных торжествах, потому что её это "мурашки по коже", " сойти с ума от радости" и "самой счастливой женщиной на планете" точно не про нашу свадьбу.

И какой я, нахрен, самый лучший жених? Или она действительно дура, раз не замечала, как по-скотски я себя вел?

Да я к концу вечера набрался так, что мой друг Стас практически нес меня на руках к нашей машине. А мой этот откровенный флирт с её десятиюродной сестрой, который закончился минетом в туалете ресторана. Разве Катя всего этого не замечала? Что с ней такое? Неужели можно просто так проглотить такие обиды, и даже не упомянуть об этом в дневнике?

Если бы меня попросили описать нашу свадьбу, мне бы хватило одного слова. "Фарс". Все было театральной постановкой. Каждый тост, каждое пожелание было враньем. Ну не могло у нас быть "долго и счастливо". Не в нашей ситуации.

Единственное, что было настоящее, это первая брачная ночь. Но её я почти не помню. Я просто проснулся утром и увидел следы уже успевшей засохнуть крови на краю кровати и на своем члене. Понял, что свадьба состоялась, и с чувством выполненного долга пошел к себе в комнату. Это потом я понял, что Кати не было рядом, когда я выходил. Но разве меня это волновало?

Тем интереснее будет увидеть это событие Катиными глазами. Правда, странно, что оно описывается только спустя три дня после свадьбы.

"19.04.17

Я даже не знаю, что писать. Какие слова надо подобрать для того, чтобы точно выразить свои чувства.

Боль. Это самое точное, что я могу применить к нашему первому сексу.

Но не физическая. Нет. Я не наивная дура и понимала, что мой первый раз будет болезненным. Что, скорее всего, я не испытаю удовольствие. И морально была готова к этому.

Но то, что сделал Дима, просто убило меня. Нет, это показало мне, какой наивной я была. И как глубоко ошибалась в его чувствах.

Хочется описать каждое слово, каждый жест, которые исходили от, как мне тогда казалось, самых родных людей. Я не могу вычеркнуть из памяти ни один их вздох, ни один их взгляд, обращенный на меня и медленно убивающий своей холодностью.

И поэтому описываю все подробно. Чтобы потом читать и каждый раз вспоминать ЭТО. Чтобы не стерлось, не забылось предательство. Чтобы смаковать свою горечь раз за разом. Чтобы больше не поддаваться иллюзиям.

Но все по порядку.

Я кое-как разделась сама, хотя в мечтах все представлялось совсем по-другому. Оо, в моей неуемной девичьей фантазии Дима с горящим взглядом опускался на одно колено и с предвкушением стягивал с меня сначала один чулок, потом другой. Он, успокаивая или наоборот, возбуждая, плавно подводил меня к самому главному. Чтобы затем сплестись со мной и душой и телом.

Но нет, ничему этому не суждено было сбыться.

Я сходила в душ и, переодевшись в тоненькую сорочку, легла на кровать.

Меня бил мандраж. Я постоянно кидала взгляд на дверь, задаваясь вопросом, где же Дима.

Тогда я еще не знала, что у нас с ним разные спальни. И поэтому очень сильно волновалась – я видела, что он выпил. И сильно.

Но с кем не бывает, правда?

Я даже думала отправиться на его поиски, но меня останавливало то, что я вообще не знаю, где в этом большом доме искать своего мужа. Я до этой-то комнаты дошла с помощью домработницы.

Не знаю, сколько проходит времени, но вскоре дверь в мою комнату распахивается с такой силой, что ударяется об стену. Я непроизвольно вздрагиваю и натягиваю одеяло до самого подбородка.

Дима идет ко мне нетвердой походкой. Идет, и не отводит взгляда. И это совсем не тот взгляд, которого я ожидаю.

Взгляд ненависти. Он прожигет меня насквозь, заставляя скукожится. Разве так смотрят на свою жену в первую брачную ночь? Разве он не должен соблазнять, раздевать, заставлять мучиться в нетерпении?

Дима подходит к кровати:

– Боишься меня? – грубым голосом спрашивает он, и тут же, не дожидаясь ответа, продолжает – правильно делаешь.

Муж сквозь одеяло резко хватает меня за лодыжку и тянет к себе на край кровати.

Я вскрикиваю и пытаюсь отползти. Но Дима еще крепче сжимает ногу, вызывая боль.

– Отпусти – спокойно прошу я, хотя сердце стучит как бешеное.

Это алкоголь. Это все он. Наверно, спиртные напитки вот так действуют на моего мужа.

– Отпустить – Дима щурит глаза – а разве ты не этого хотела?

– Нет, то есть да. Но...

– Ну, так получи, что хотела. – усмехается он, не давая мне ответить – Жена!

Он придвигает меня к краю и, грубо задрав тонкое одеяло, а потом и мою ночнушку, тянет за трусы. В местах, где ткань режет кожу, я ощущаю режущую боль.

– Пожалуйста – прошу снова – Отпусти. Мне больно.

– Оо, – не отрывая взгляда от своих действий, хищно улыбается Дима. – Это только начало.

Не выдерживая давления, ткань рвется, и я остаюсь практически голой.