Чтение онлайн

— Я ждала Вас, Ваше Величество.

Её слова не то что удивили меня, а напрягли.

— Откуда Вы знаете кто я? — спросила я первое, что меня озадачило.

— Я всё знаю, Ваше Величество, и когда нужно обязана об этом предупредить.

— Вы о чём?

— Зайди — узнаешь, — спокойно промолвила она, а моей озадаченности только прибавилось.

— Вы так наивно полагаете , что я поверю Вам и зайду? — бросила я и стала внимательно осматривать эту странную старуху.

— Иначе бы Вас не потянуло ко мне. А потянуло именно потому, чтоб Вы узнала то, что я Вам скажу. Считайте, судьба решила Вам помочь, — проскрежетала она своим старческим голосом и я молчаливо на неё уставилась, не понимая как реагировать на её слова. — Ну же, смелее Ваше Величество, не могу же я до вечера здесь стоять, и сами понимаете, уже не то здоровье и физическая выдержка

Не понимая, что сейчас происходит, я всё-таки сделала шаг по направлению к ней, и не из-за того, что сама так хотела, а меня действительно будто что-то тянуло зайти к ней и выслушать.

Через пару минут я уже сидела в бедно обставленной хижине, которая внутри была точно такой же ветхой как и снаружи, и с любопытством и лёгким переживанием ожидала, что произойдет дальше. Старуха долго любопытством меня не томила, и уже через несколько минут села передо мной за грубо сколоченный стол и вперила на этот раз уже внимательные и серьезные глаза в меня.

— Часто судьба шлёт кармических людей нам, в иных случаях нужно отдавать должное подаркам судьбы, потому что именно они даны нам для чего-то. И вот те люди играют особую роль в нашей жизни, потому что именно после них наступает переломный момент и приходит понимание. Но это предисловие, то о чём я хотела Вам сказать кроется на поверхности, которую Вы ещё не замечаете или не хотите замечать. Ваш друг, тот самый король, которого никто не видел и мало слышал о нём, и был послан Вам по судьбе. Не для кармической отработки, а именно по судьбе, но так как судьбу вершит человек, то часто он эти дары отталкивает от себя, как сделали это Вы. Дальше я вижу его смерть, потому что его путь поменялся, и тот путь приведет его именно к смерти. Но так как Вы монарх, то я имею право дать Вам такую информацию, причем сами Высшие силы указали мне на это, также как и притянули Вас сюда. На Вас возложена очень большая миссия в этой жизни, поэтому иногда можно вмешиваться в судьбу таких как Вы, ведь если Вы её не исполните, то это чревато отразится на будущей цепочке жизни. Каждый из нас должен заботиться об этом мире и делать его лучше, поэтому я и делаю это, ведь именно Ваша миссия сможет возобновить немного справедливости и подарить людям веру, а ещё, уменьшить количество войн и кровопролития. Важную миссию будет нести и ваша будущая дочь, но это потом, не сейчас. Сейчас мы говорим о доугом, о настоящем, том настоящем, которое позволит свершится будущему. Простыми словами, Вам нельзя терять этого человека. Это то, что я хотела Вам сказать, — проговорила старушка то, что было удивительно слышать и чему я ещё не понимала верить или нет.

Я поблагодарила её, сунув несколько золотых монет, и попрощавшись, вышла из её хижины. Мысли окольцевали меня вопросами, в которых сложно было найти ответ. Что-то из них мне казалось безумным, а во что-то моё сердце хотело верить. Я долго шла в размышлениях, и наверное прошла бы ещё, если бы мне не встретился Рован.

— А ты что здесь делаешь? — спросила я его.

— Охраняю Вас, — просто ответил он.

— Вижу, но мы ведь договорились, что ты останешься в замке.

— Так я и остался. Больше времени я Вам дать не мог, Вы не простой человек, чтоб вот так просто и беспечно разгуливать, Вас слишком много кто знает и слишком много кто хочет убить.

— Впору закончить это фразой "Да будет так". Это стало слишком привычно, чтобы я продолжала обращать на это внимание, а когда этого много, то это превращается в паранойю, а мне этого не нужно.

— Но и быть беспечной тоже нельзя.

— А кто сказал, что я беспечная? Беспечность это разгуливать без стражи в таких местах, а вот разгуливать в накидке и без стражи — совсем другое.

Мужчина неожиданно рассмеялся.

— Ваше Величество, если Вы думаете, что Вас спасет накидка, то Вы очень ошибаетесь.

— Я не думаю, я знаю. И я имела в виду её не как защиту, а как элемент для сокрытия.

— В любом случае, хватит для Вас на сегодня сокрытия, нам нужно отправляться назад во дворец.

Я бесшумно вздохнула, и не имея другого варианта, развернулась и последовала к карете.

Глубокая ночь

Я видела перед собой пытки короля Дельмонте. Он сидел на стуле со связанными за спиной руками, а по его лицу стекала кровь. Перед ним стояло двое мужчин, но лица их были направлены к нему. Изможденное пытками и ударами тело из последних сил силилось держаться прямо, но сильно подводили его, так как он опустил голову вниз и безвольно наклонился вперёд. Его истерзанное пытками тело ввергло меня в безудержный страх за него, более того, я не понимала жив он ещё или нет. Мужчина что-то спросил, и не услышав ответа, махом ноги поцелил ему в грудь. Король Дельмонте выплюнул сгусток крови. Мои глаза расширились от ужаса, и придя в себя, я бросилась на тех мужчин, не успев добежать до них, они растаяли, но мужчина остался сидеть передо мной, при этом не подавая никаких признаков жизни.

"Нет", — прозвучало мой крик и я вскочила.

— Нет, — повторила я, проснувшись и сев на кровати. Мысли постепенно успокоились и дали мне понять, что это был всего лишь сон, но тут я вспомнила про слова той старушки и страх обрёл новую силу.

"И что мне делать?", — подумала я, находясь в крайне тяжёлой ситуации. Ибо решения в таких случаях у меня всегда одни, никаких мужчин, а здесь мне следовало выбирать: моё одиночество и свобода или мужчина, который возможно действительно в смертельной опасности.

Я легла обратно на подушку, и за медленным потомком мыслей не заметила как снова уснула.

"Некоторые моменты невозможно избежать, так или иначе, а есть те, которые подарены нам судьбой, но мы с высоко поднятой головой проходим мимо них, ещё не понимая, что в тот самый момент наша корона падает с головы. Ведь кто мы перед судьбой, не так ли?" (Из дневника Её Величества)

Утро наступило быстро, и казалось, что я поспала каких-то несколько минут, видимо находясь всё это время в подсознательных оковах тревоги. Но меня беспокоило и другое, после слов той неизвестной старухи медленно и неизбежно подкашивался мой мир, и всё из-за того, что я задавалась одним и тем же вопросом, а вдруг это правда?

Размышления развеяла вошедшая в покои горничная, которая помогла принять мне требующий от меня облик. Бледное лицо налилось румянцем, и без этого вишневые губы сменили свой оттенок на ещё ярче, а черная подводка сделала глаза менее уставшими и более выразительными. Но как говорил один поэт "Никакой грим не в силах скрыть в глазах безразличие, только эмоции могут разрушить всё то, что однажды поселилось в них. И если женщины думают, что этим обманывают кого-то, то они обманывают этим сами себя. Сколько не подмешивай яркого цвета в черный, он всё равно останется черным".

Грусть в моих глазах отразилась в зеркале напротив, но от прежнего безразличия уже не осталось и следа, и всё это из-за эмоций, которые действительно сумели разрушить один отпечаток в глазах и поселить там другой. Игра в маски уже давно перестала быть приятной, и на мне всё чаще можно было наблюдать ничем неприкрытые эмоции. От этого стало не по себе, казалось я становлюсь слабой, и это ещё больше портило моё и так паршивое настроение.

Поднявшись со стула, я подобрала подол платья и направилась на выход.

Внезапно вспомнились слова старухи про дочь и я невольно задумалась об этом, рисуя в её образе черты короля Дельмонте. Покачав головой и развеяв эти мысли, я тихо вздохнула и решила, что я уже схожу с ума.

— Ваше Величество, к Вам пожаловал король Ателард, — уведомили меня и с меня вмиг сошли всё прежние эмоции и мысли, сменив их на другие. Злость мигом обуяла меня, посчитав этот визит чрезмерной наглостью, а также вспомнив разом все те беды, которые он мне принёс. Я сцепила зубы, а взгляд моментально сделался острым и решительным, кто кто, но только с этим человеком моё тело приобретало быструю и кардинальную трансформацию. Каждый мой шаг был нетерпимым и в то же время пронизанным яростью и болью, именно потому, что его действия уже остались в прошлом, то есть безвозвратном, и наложили уже свой отпечаток. Вся та кровь и смерть была именно по его вине, и её до сих пор помнила земля. Эту смерть не смыть дождем, она уже впиталась вместе с кровью, оставив там кусочек того человека. И эти земли всегда будут помнить кто на ней пал. Как и я.